Хлебные крошки

Статьи

День России в Тирасполе. Фото: novostipmr.com
Непризнанные республики
Политика
Молдова и ПМР
Илья Галинский

Приднестровские россияне в лабиринтах российской политики

От редакции портала RUSSKIE.ORG: 2 сентября 2020 г. Приднестровская Молдавская Республика отпразднует 30-летие своего основания. Именно этому юбилею посвящена вышедшая накануне в Тирасполе книга «Приднестровье в борьбе за суверенитет и международное признание», автором которой является ведущий приднестровский политолог, кандидат философских наук, профессор, заведующий кафедрой политологии и государственного управления Института государственного управления, права и социально-гуманитарных наук ПГУ им. Т.Г. Шевченко Илья Николаевич Галинский. Издание представляет собой сборник статей, написанных автором в период с 2000 по 2020 гг., часть которых была впервые опубликована в том числе и на портале RUSSKIE.ORG. Приглашая наших читателей ознакомиться с полным текстом книги в разделе «Библиотека», публикуем с любезного согласия автора статью о судьбе русского народа Приднестровья, вошедшую в настоящее издание.

Как известно, Приднестровье позиционирует себя в качестве неразрывной части русского мира, «кусочком», оторванным, вопреки воле своего населения, от своей «Аьма-Матер» - российского государства, «маленькой» Россией. Это позиционирование имеет под собой базисные основания, закреплено в сознании приднестровцев, реализуется в практической политике, во многом определяет внутреннюю и внешнюю политику Приднестровской Молдавской Республики, и ее геополитическую ориентацию. 

Приднестровье как государство было образовано 2 сентября 1990 года по итогам региональных референдумов и II съезда народных депутатов всех уровней, как республика в составе Советского Союза. Этим актом подчеркивалось имманентное стремление приднестровцев сохранить себя в качестве составной части своей Родины, большой Родины – СССР. Важно отметить, что самоопределение приднестровского народа и создание независимого государства, в полной мере соответствовало тогдашнему международному праву и политической практике государствообразования. В этот же период, Молдова, будучи советской республикой, руководимая националистическими политическими силами во главе с Народным Фронтом, осуществляла целый ряд действий и мероприятий по выходу из Советского Союза и объединению с Румынией.

Разумеется, как власть, так и большинство населения Приднестровья считало, что создание независимого государства, это явление временное, что в самое ближайшее время советское (российское) руководство признает законность и легитимность образования Приднестровья и оно опять воссоединиться со своей матерью-Родиной, Россией. Однако с каждым годом эта надежда становилась все более призрачной и тогда перед Приднестровьем, во весь рост, встал вопрос строительства полноценного государства в условиях враждебного окружения и отсутствия общей границы с Россией.

В связи с этими судьбоносными событиями возникает сущностный вопрос, почему люди, проживающие на одной территории, в рамках советской республики, но по разным берегам Днестра, так полярно оценили свою историю и ценности и выбрали разные пути политического и геополитического развития. Видимо, ответ на этот вопрос кроется в историческом прошлом Молдавской ССР, а именно, в проблеме законности или не законности ее образования в 1940 году, когда бывшая провинция Румынии, Бессарабия, была присоединена к существующей Молдавской Автономной Советской Социалистической Республике, которая, в свою очередь, была преобразована в союзную республику. По авторитетному заключению историков, политологов и юристов, при этом были допущены многочисленные нарушения законодательства, как МАССР, так и УССР и СССР. Иначе говоря, два чуждых друг другу политических пространства, МАССР, где большинство составляли русские и украинцы и Бессарабию, с преобладающим абсолютным большинство молдаван, искусственно объединили в одно целое.

Разумеется, союзными и республиканскими властями делалось все, для стирания ментальных, национальных, социальных, экономических различий между населением двух этих территорий и постепенно объединенная республика – Молдавская Советская Социалистическая Республика (Молдавия), становилась все более однотипной и монолитной. В то же время национальный состав населения по обоим берегам Днестра, не только не оставался на прежнем, дообъединительном уровне, но и видоизменялся. Так, на левом берегу, в бывшей МАССР, где преобладал основной промышленный потенциал республики, увеличивалось число населения, представляющего россиян, приезжающих по распределению на промышленные предприятия, на новостройки, типа Рыбницкого металлургического комбината. А на правом берегу, наблюдался обратный процесс, шло увеличение коренного молдавского населения. И только в городах Кишиневе и Бельцах, преобладали, так называемые, русскоязычные. Поэтому, когда в период перестройки были активизированы вопросы национального возрождения, правобережная Молдавия «ринулась» в воспоминания своей национальной исключительности, объятия молдавско-румынский государственности. В свою очередь, Приднестровье «вспомнило», что оно ранее, никогда не входило в состав молдавского государства, а является частью исконного русского мира, что ее территория, это бывшая «ничейная» земля - Дикое поле, пропитанная кровью русских солдат и присоединенная в 18 веке к России великим российским полководцем Александром Суворовым, что граница между Западной и Восточной цивилизациями проходит по реке Днестр, геополитически разделяя «единую» Молдову.

Создав свое государство, идентифицировав себя в качестве приднестровских россиян, осознав, что территория, на которой ты живешь искусственно, вопреки желанию его населения, под воздействием субъективного фактора, была отторгнута от территории России, приднестровцы начали предпринимать одну попытку за другой, чтобы обратить внимание российского руководства на необходимость безотлагательного решения, так называемой, «приднестровской проблемы, суть которой заключалась в двух словах – «возвращение домой», в Россию. К этому времени вся общественная жизнь Приднестровья основывалась на приоритете русского языка, как официального и языка межнационального общения, при равноправном хождении молдавского и украинского языков, на ценностях русской культуры, на изучении истории России, как своей, приднестровской истории. Иначе говоря, русскость, российскость буквально пронизывает все и вся в республике на Днестре. Абсолютное число приднестровцев, вне зависимости от национальности по паспорту, идентифицируют себя в качестве россиян. Об этом, кстати, говорят социологические исследования, проведенные в свое время на территории Приднестровья, центром социальных и политических исследований «Перспектива».

Однако раз за разом эти попытки населения и властей Приднестровья «достучаться» до руководства России в попытке воссоединиться с ней, заканчивались либо непониманием, либо объяснением необходимости исходить из принципа политической целесообразности. Другими словами, политические интересы России, как их понимает российская правящая элита, требуют «возвращения» в сферу ее влияния всей Молдовы, включая Приднестровье. Именно данная ошибочная стратегия, проводимая МИД России, в отношении Молдовы и Приднестровья, является камнем преткновения в решении «приднестровской проблемы», в возвращении Приднестровья, домой в Россию.

При этом российские власти, не хотят вникнуть в суть проблемы, понять, что приднестровское общество интернациональное, что приднестровский народ, это слепок с советского народа, который формировался в условиях Советского Союза, что у приднестровцев интернациональное мышление, что характерно для больших многонациональных государств, коим является Россия. Проводя политику объединения Приднестровья и Молдовы, пытаясь втолкнуть его в чуждое национальное пространство, в молдавское национальное государство, российские стратеги не отдают себе отчета в том, что в этих новых условиях, приднестровский социум, имеющий иные, чем молдавский, ценности и максимы, просто со временем погибнет.

За годы независимости Молдовы ее общество приобрело ярко выраженные черты национального типа, где все русское, российское вытесняется, гасится, игнорируется. Русские и русскоязычные, после провозглашения независимой Молдовы, постепенно начали покидать республику и уезжать на постоянное место жительства в Россию. Те же, кто из них еще остался в Молдове, вынуждены приспосабливаться жить в национальном государстве, неминуемо теряя, при этом, свою идентичность и свой интернационализм. Несмотря на наличие гагаузкой автономии, Тараклийского района, населенного на 80% болгарами и ряда территорий на севере республики, с преобладанием украинского населения, вся остальная территория Молдовы заселена молдаванами и румынами. С каждым годом Молдова все больше и больше превращается в ярко выраженное национальное государство, где интернациональному Приднестровью «делать нечего». За 28 лет независимости молдавская молодежь утратила знание русского языка. Выпускники молдавских сельских школ сегодня ни слова не понимают по-русски и это результат языковой политики, проводимый нынешними властями Молдовы.

Разумеется, Россия, отнюдь, не безразлична к судьбе непризнанного Приднестровья. Она оказывает ему существенную политическую, экономическую, социальную и моральную поддержку, без которой Приднестровье как государство вряд ли бы сумело в течение 30 лет, противостоять многочисленным вызовам и угрозам, выдерживать экономические и пограничные блокады, сохранить себя в государственном статусе. Да, Россия содержит в Приднестровье миротворческий контингент, не позволяя враждебным силам, военным путем реинтегировать Приднестровье в Молдову. Однако, начиная с 1990 года, ее политика в отношении Приднестровья, всегда была нерешительно-оглядывающейся. Самым благоприятным моментом, для признания Приднестровья и включения его в состав российского государства, был период распада единого государства СССР, когда преобладали центробежные тенденции. Это был период становления, на постсоветском пространстве новых государств. Однако, то ли в силу инерции, то ли, оглядывания на своего заокеанского «друга», Россия не решилась на этот шаг, тиражируя эту ошибку на перспективу.

Для того чтобы подтвердить, узаконить свою идентичность, свою геополитическую принадлежность, продемонстрировать какие ценности являются для приднестровцев определяющими, Приднестровье в 2006 году провело общенациональный референдум (Результаты референдума о независимости Приднестровской Молдавской Республики 17 сентября 2006 года), который подтвердил российскую составляющую приднестровского государства (Фактически, результаты референдума стали национальной идеей Приднестровья – утверждение суверенитета Приднестровья и возвращение в Россию). Референдум, буквально взорвал политическое пространство вокруг Приднестровья, вновь привлек к нему всеобщее внимание. В российских и зарубежных СМИ, интернете появились десятки и сотни публикаций известных ученых, политиков, экспертов, лидеров общественного мнения, призывающих российские власти к более решительным действиям по признанию Приднестровья, учета мнения его народа по воссоединению с Россией (Государственный суверенитет Приднестровской Молдавской Республики 2006, 103-219). Было инициировано даже специальное Заявление Государственной Думы Российской Федерации о признании итогов референдума. Однако и в этот раз исполнительная власть России «не увидела» и «не услышала» референдум и, соответственно, не сделала для себя соответствующих выводов.

Политика России на приднестровском направлении не претерпела никаких изменений. Складывается впечатление, что для России стратегия, это борьба за Молдову, за ее геополитическое возвращение к России, евразийское будущее, отказ от европейской интеграции и реинтеграции в Румынию. А тактика, это использование Приднестровья в качестве своеобразного козыря в борьбе за Молдову. Смысл подобной тактики заключается, по нашему мнению, в том, что Приднестровье абсолютно пророссийское, собственно, сама Россия. И чтобы Россия не делала, как бы, не поступала, никуда Приднестровью от России, не деться. Однако такое поверхностное отношение к Приднестровью со стороны российских властей уже вызывает ряд вопросов, в первую очередь, со стороны его жителей, 220 тысяч которых являются российскими гражданами. Кстати говоря, если бы процедура принятия российского гражданства для приднестровцев была бы упрощена, как в свое время для абхазов, то все 500 тысяч приднестровцев давно бы приняли российское гражданство.

Ни в одной стране мира, кроме России, нет такого числа российских граждан, как в Приднестровье, которые во время президентских и парламентских выборов в России голосуют за того или иного кандидата или партию, и это самый высокий процент голосования среди россиян, за пределами России. Фактически уже сегодня половина населения Приднестровья, это полноценные российские граждане с российскими паспортами, которых должны защищать, социально и экономически поддерживать властные российские структуры. В силу чего, нельзя, просто так, не получив от них согласия, сделать их гражданами Молдовы и подчинить юрисдикции молдавского государства.

Видя определенные нестыковки, противоречия и смысловые ловушки в политике России на приднестровском направлении, а иногда двойные стандарты, многие приднестровцы для себя, кардинально решают эту проблему, мигрируют, выезжают на постоянное место жительство в Россию. Каждый год, множество молодых людей из Приднестровья поступает в российские вузы, из которых более 200 по российской квоте, но после окончания вузов никто назад в Приднестровье не возвращается, обустраиваясь в России. И с каждым годом таких людей становится все больше и больше. Иначе говоря, Приднестровье сегодня «сидит» на миграционной подушке, теряя население, в первую очередь, русскоязычное, российское. С 1990 года население Приднестровье сократилось процентов на 40, с 750 тысяч, до 450-500 тысяч. В то же время в последние годы увеличивается число тех, кто приезжает в Приднестровье на постоянное жительство из соседней Молдовы, замещая выезжающих в Россию. И делается это не всегда по личному выбору. По некоторым данным в Молдове существует определенная программа, разработанная при содействии компетентных органов, по «тихому», латентному завоеванию Приднестровья через изменение его человеческого потенциала. Это в перспективе, может привести к изменению национального состава населения Приднестровья со всеми вытекающими последствиями.

Завершая наш небольшой дискурс, еще раз обратим внимание на неуверенность, озабоченность своей судьбой со стороны приднестровского социума – приднестровских россиян. Приднестровья, это народное государство, государство для своего народа – приднестровских россиян. Но самостоятельно удовлетворить их ментальный, геополитический выбор оно не может. Для этого необходимо встречное движение России, которая, на данный момент, не готово к реализации данного сценария, возвращения Приднестровья домой, в Россию. Есть надежда на то что, не реализовав свой долговременный сценарий по сближению с Молдовой, обкатка которого проходит сегодня в ходе парламентских выборов в Республике Молдова, России придется менять свою стратегию на молдо-приднестровском направлении и приходить к пониманию неизбежности признания Приднестровья с последующим вхождением в состав Российской Федерации.

                                                            Литература:

1.      Государственный суверенитет Приднестровской Молдавской Республики

[Текст] // Научн. изд.- ЦСПИ «Перспектива». Тирасполь, 2006.

2.      Результаты референдума о независимости Приднестровской Молдавской Республики 17 сентября 2006 года - (https//www.cikpmr.com/index.php/o-vyborakh-i-referendumakh/informatsiya-o-referendumakh/item/211-rezultaty-referenduma-17-sentyabrya-2006-goda )         

Галинский Илья Николаевич, кандидат философских наук, профессор, заведующий кафедрой политологии и государственного управления института государственного управления, права и социально-гуманитарных наук ПГУ им. Т.Г. Шевченко

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie