Хлебные крошки

Статьи

Памятник Н.М. Пржевальскому на побережье озера Иссык-Куль
Исход Востока
История
Казахстан и Средняя Азия

Феофан Шестаков

Азиатские пути русских исследователей

Отрывок из книги "Русские исследователи Центральной Азии"

Их не останавливали ни непривычная жара, ни жесткие морозы, ни песчаные бури, ни разряженный воздух высокогорья, ни сбивающие с ног метели, ни нехватка воды, ни банды разбойников, ни противодействие коварных восточных правителей. Русские упорно шли вглубь Азии, они двигались упрямо и упорно, постигая новое, еще непонятное и невиданное. Они словно выполняли особую миссию, и эта миссия имела место…

Восток всегда манил русских своей неизвестностью и загадками. Европа всегда была надменно-вражеской по отношению к русским, в Европе русские были «чужими», к тому же тамошние земли были изучены и даже разделены. Потому Азия с ее просторами и пространствами представляла собой огромный полигон исследований и познания.

Русские люди активно стали посещать Среднюю и Центральную Азию еще в XVII веке. Инициатива этих походов, как правило, принадлежала купцам или «торговым людям». Более активными взаимоотношения стали после налаживания связей между Московским государством и Джунгарским ханством в 50-х годах XVII века. Потом активность возрастала.

Перемещались маршруты и перемещались интересы – русские, вроде Ивана Хохлова, Бориса Пазухина, Анисы Грибова охотно ехали в Бухару, Хиву и Кабул. Посольство Байкова добиралось в Пекин через Зайсан и Джунгарию. Безусловно, все эти визиты сопровождались изучением новых земель и народов.

В XVIII связи России с этим регионом стали расширяться, как и расширялись знания о нем. Значительную роль в изучении азиатских краев стали играть русские офицеры и военные, о которых пойдет отдельный разговор. Нельзя забывать и особой роли казачества в освоении и обживании новых земель.

После вхождения в состав Российской империи Младшего жуза казахского хана Абулхаира в 1731 году, российское присутствие только приобрело новый рамах. Известно, что в казахских землях в 1771 году проходила экспедиция казацкого атамана Волошанина. В 1813-1814 годах из Петропавловска в Коканд путешествовал Филипп Назаров, тщательно описавший увиденное и услышанное.

Большей притягательностью обладали земли Бухары и Коканда, потому сюда направлялись агенты и курьеры. В 1819 году в Хиву был отправлен Н.Н.Муравьев написавший «Путешествие в Туркмению и Хиву» - одного из первых русских описаний Средней Азии. Активность же Англии в этих местах, приводила к интенсификации русских попыток укрепления и изучения земель южнее Оренбурга.

С первой половине XIX столетия начался новый этап в деле познания и изучения Азии. Азиатская тема становилась актуальной. В самой Российской империи появилась даже мифологема «восточной миссии России». Лев Толстой писал, что «если России не удастся выполнить свою миссию на востоке, то за нее сделают это азиатские народы».
Есть мнение, что продвижение русских на Восток было связано с тем, что архаичные деспотии и традиционные общества «созрели», чтобы «великие державы» растаскивали их по кускам – завершалось разделение мира. Продвижение на юг экспедиции Перовского, военные походы Скобелева и Кауфмана лишь подтверждали имперские намеки. Действительно Россия расширяла свои имперские границы. Но это было совсем другая экспансия, она была не похожа на британские растерзание Индии и Афганистана, германскую экспансию в Китай. Азия для России было неким особым субъектом интереса. Изучая историю русского проникновения в Центральную Азию, можно убедиться, что никаких данных о зверствах, насилии, геноциде против местного населения, просто не существует. Для сравнения можно вспомнить, уничтоженное водкой, сифилисом и скорострельным оружием население целого американского континента, хищный захват Африки и последующую работорговлю, зверства англичан и голландцев в азиатских колониях.

Россия брала под свою опеку и охрану тех, кто присоединялся добровольно, серьезного военного противостояния здесь не было. Зато известно позитивное отношение к русским, которое ощущается и по сей день.

Итак, в первой половине XIX века сюда стали проникать научные экспедиции. Первой по времени была экспедиция полковника Берга, снаряженная в 1825 году для исследования Устюрта. В ней принимали участие геодезисты, астрономы и натуралист Эверсман. Интересным и важным результатом экспедиции было не только определение астрономических пунктов, описание геологического строения Устюрта, но и нивелировка, проведенная от восточного берега Каспийского моря к Аральскому, которая впервые доказала, что уровень Аральского моря лежит значительно выше уровня Каспийского моря.

В 1832 году появился первый обобщающий труд по географии Средней Азии, составленный А. И. Левшиным, под названием «Описание киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких орд и степей». Первая часть этой книги называлась «Известия географические» и в ней излагалось систематическое описание поверхности обширной территории Средней Азии от Б. Барсуков и восточного берега Арала до озера Балхаш. В конце книги Левшиным дается описание животных, растений и полезных ископаемых. Для своего времени труд Левшина был лучшим источником по северной части Средней Азии.

В 1841 году, после того, как англичане, перманентно воевавшие в Афганистане приблизились к Амударье, в Бухару отправили миссию горного инженера Бутенева, в которой приняли участие Ханыков Н. как географ, Богословский (горный инженер) и натуралист Леман. Проникнув из Бухары в верховья Зеравшана, тогда еще неизвестный Кухистан, Экспедиция Бутенева, по словам И. В. Мушкетова, «значительно обогатила нас естественно-историческими сведениями о Туркестане и особенно богата геологическими результатами».

Эта миссия, известная под названием «Бухарская экспедиция 1841 года», ценна прежде всего, своими уникальными материалами и исследованиями, в частности книгой Н. Ханыкова «Описание Бухарского ханства».

Значительным толчком в деле изучения Восточного Туркестана и Китая стало заключение межгосударственных договоров, согласно которым Китай был открыт для европейских географов. Содействовало расширению сведений об Азии и укрепление в здешних землях позиций России.

Но были и другие «толчки» к активизации изучения Центральной Азии. В 1845 году, по инициативе Ф.П. Литке - воспитателя великого князя Константина Николаевича и великого географа, было создано Русское императорское географическое общество, которому 6 августа 2010 года исполнится 165 лет. Общество ставило своими задачами содействие научно-географическому изучению различных регионов. Содействие заключалось в разработке маршрутов, снаряжении и ресурсной поддержке экспедиций. Для удобства были созданы отделы Географического общества, включающие в себя направления исследований.

Для азиатского направления был создан 1867 году - Оренбургский отдел. В 1895 году туркестанский генерал-губернатор барон А. Б. Вревский возбудил вопрос о необходимости учреждения отдела Русского географического общества в Ташкенте. В 1896 году был открыт Туркестанский отдел, с назначением ему ежегодного пособия в 2000 pублей. Определялась и цель: «заниматься изучением в географическом (в широком смысле) отношении и, главным образом, России и сопредельных с нею, преимущественно азиатских стран». Невзирая на весьма скромные средства и сравнительно небольшой актив ревнителей общества, оно занимало далеко не последнее место в географическом изучении Средней Азии.

Уже начиная с 1850 года, внимание общества было обращено на Среднюю Азию. Из ряда экспедиций, снаряженных для ее изучения, особенно выделяются экспедиции Пржевальского, Потанина и Певцова. Общество неоднократно снаряжало в Центральную Азию и меньшие по своим средствам экспедиции, которые нередко приводили к весьма важным результатам.

Поднимая вопрос исследования и освоения Центральной Азии невозможно обойти тему казачества, сыгравшую большую роль в этих процессах. Казаки всегда шли на острие первооткрытий, именно они нередко становились первыми исследователями новых земель. Нередко они выполняли важнейшую функцию военной охраны и конвоя экспедиций. Славу получали руководители, а казаки оставались как бы в стороне. Потому просто необходимо вспомнить, что практически во всех военных и научных экспедициях принимали участие казаки Оренбургского, Яицкого, Сибирского и Семиреченского казачьих войск.

До нас дошли имена казаков – первооткрывателей Азии. В 1771 году атаман Волошанин исследовал казахские земли южнее «бийской линии». Путешествие по Сарысу и Чу провели казаки Мамедьярова, сибирский казак Путимцев побывал в Кульдже и даже оставил ее описание.

Большой вклад в изучении российско-китайского пограничья внес есаул Н.В. Леденев, командир 2-й Семиреченской полусотни. В знаменитом походе Скобелева основную массу составляли казаки. В 1892 году в Памире путешествовала экспедиция полковника Михаила Ефремовича Ионова – наказного атамана Семиреченского войска. Серьезный вклад в результативность экспедиций П. Козлова внес семиряк Н. Шестаков. Россия не могла обойтись без этих смелых, умелых и смекалистых людей, готовых на все ради долга и родины.

Кроме того, нельзя не вспомнить добрым словом и о тех, кто на своих плечах нес издержки по обеспечению и снаряжению экспедиций. Русские купцы и промышленники, порой забытые и даже неизвестные выделяли (часто бескорыстно) огромные средства для того, чтобы путешественники выполняли свои задачи. Русское географическое общество не могло самостоятельно нести все расходы, потому обращалось за помощью к тогдашним бизнесменам. И те, охотно шли навстречу. Мы можем вспомнить сибирских меценатов И.М. Сибирякова, В.П. Сукачева, А.Н. Пахомова, Г.Л. Воротинцева, Д.Г. Сычева. Возможно, они преследовали какие-то свои цели, но пока истории неизвестны случаи их обогащения, наступившего после финансирования экспедиций. Они просто помогали, потому что верили в необходимость расширения и усиления России.

В 1851 году состоялась экспедиция инженера Влангали для изучения Семиреченского края, Результатом экспедиции было составление первой геологической карты Семиречья и географические наблюдения по пройденному маршруту. В том же году состоялась топографическая экспедиция на озеро Балхаш с топографом Нифантьевым во главе, при участии топографов Булатова и Сонина. Экспедиция Нифантьева впервые определила точное географическое положение озера Балхаш и представила данные о характере берегов озера и его глубинах.

С середины XIX века исследования развернулись с новой силой. Их начинали с плоскогорий, лежащих в центре этой части света. Во время своей поездки к киргизам на озеро Иссык-Куль в 1857 году русский путешественник Семенов положил начало исследованию Тянь-Шаня (Небесных гор). Уже через год здесь начал проводить измерение окрестностей топограф Голубев. Иссык-Куль продолжали изучать экспедиции Чокана Валиханова, Венюкова, Проценко.

В конце ХIХ века исследования Средней Азии и Казахстана окончательно утратили свой «казенный», «военный» характер и все более мотивировались научной любознательностью. Начинаются подлинно географические исследования. Особый интерес и детальное изучение вызвали берега Каспийского моря, которые проводили Н.Муравьев, Никифоров, Г. Данилевский, А. Бутаков. Стали появляться географические научные труды, расширялись знания и описания этого края.

В 1857 году в составе экспедиции Академии наук в «Арало-Каспийскую область» принимали участие зоолог Н. А. Северцов и ботаник Г. П. Борщов. Экспедиция исследовала северную часть Средней Азии по маршруту от Мугаджара вдоль северного Устюрта и вышла на низовье Сырдарьи. Ученые собрали обширный материал по геологии, растительности и климату территории.

Путешествия и исследования продолжались. В 1874 году под руководством известного геодезиста полковника Тилло инженером Мошковым и геодезистом Солимани Н. А. была произведена точная нивелировка через Устюрт, в результате которой оказалось, что уровень Аральского моря на 74,11 м выше Каспийского.

В те же годы в Хивинском оазисе и пустыне Кызылкум работал выдающийся зоолог М. Н. Богданов, написавший "Очерки природы Хивинского оазиса и пустыни Кызылкум". В 1886 году совершил большое путешествие по Тянь-Шаню ботаник А. Н. Краснов, который, кроме обширных результатов геоботанических исследований, доставил много ценного материала по географии не только гор, но и также озер Алаколь и Балхаша. На берегах этого последнего Краснов встретил и описал легендарных диких лошадей - куланов, ныне, как известно, давно там истребленных.

Особое значение Географического общества заключалось и в том, что все данные и результаты экспедиций не ложились мертвым грузом «под сукно», как иногда принято считать. Все данные издавались и печатались. Общество имело следующие издания: «Известия Императорского Русского географического общества», Записки «по общей географии», «статистике» и «этнографии», «Ежегодник Императорского Русского географического общества», в котором дается обзор по возможности всего, сделанного в России по географии. Кроме того, при Обществе издавались еще журналы: «Метеорологический вестник» и этнографический сборник «Живая старина» этнографического содержания. Общество составляло и издавало «Географо-статистический словарь Российской Империи» и многочисленные карты.

Начиная с 70-х годов XIX столетия, географическая активность России превзошла все ожидания. Императорское русское географическое общество в 1870 году отправило экспедицию под начальством Павлинова в западную часть Монголии, в 1871 году другую - в Южную Монголию, под начальством Пржевальского, которая посетила озеро Кукунор, наконец, в 1876 году - третью, под начальством Потанина, в Северо-Западную Монголию. В 1877 году Пржевальский достиг Лобнора. После в глубины Азии шли ученики и соратники Пржевальского – Козлов и Роборовский.

После присоединения Коканда, началось исследование Памира и Алая. Первую экспедицию провел сам генерал Скобелев, в составе которой работали географы и естествоведы Бонсдорф, Лебедев, Коростовцев, Ошанин. Потом сюда идут Федченко, Костенко, Жилин. В 1877-78 годах Памир посетили Северцов, Коростовцев, Мушкетов, Фетисов. Этнографические и археологические исследования здесь проводили Радлов и Фавицкий.

Нельзя забывать двухлетнее путешествие к югу от хребта Петра Первого ботаника А. Э. Регеля и топографа П.Е. Косякова, которые первыми проникли в Рушанское и Шугнанское ханства, а также экспедицию Д.В. Путяты, геолога и горного инженера Д.Л. Иванова и биолога Н.А. Бендерского 1883 года, которые буквально избороздили весь Памир и оставили массу карт, собрали гербарии и минералогические коллекции. В 1886 году Памире работала группа Н.Покотилло и В.Глагольева. Массу ценнейших исследований провел в здешних местах В.И. Липский. Несмотря на то, что он путешествовал в одиночку, ему удалось исследовать несколько долинных ледников, берущих начало на северных склонах хребта Петра Первого, который он пересек трижды.

Несколько позже, уже в начале века XX-ого, здесь побывали астроном Я.И. Беляев и географ П.И. Беседин. Центральный Тянь-Шань посещает экспедиция геоботаника В. В. Сапожникова, член которой Фридрихсен доставил интересный материал по геологии и географии Джунгарского Алатау.

Исследования почв Средней Азии были осуществлены известным почвоведом Н. А. Димо, совместно с В. В. Никитиным и Л. Л. Ножиным. В низовьях Аму-Дарьи производили исследования геоботаник М. Г. Попов и геолог А. Архангельский, уточнивший геологическое строение примыкающих к Аму-Дарье территорий.

Существенное место в изучении Средней Азии занимают также исследования почвоведа-географа С. С. Неуструева. Маршрутами экспедиций, под руководством С. С. Неуструева, при участии О. Э. Кнорринг, В. Н. Таганцева, 3. А. Минквиц, Тутурина была покрыта огромная территория Средней Азии от северного Приаралья до Памира включительно. Важные для изучения фауны Средней Азии результаты имели зоогеографические исследования Н. А. Зарудного.

В изучении пустынь крупный след оставили Н. И, Андрусов, А. Д. Нацкий, В. А. Дубянский, выдвинувший учение о стадиях развития рельефа песков, их закреплении и фитомелиорации. Андрусов организовал первую станции по изучению пустынь, основанную в 1912 году в Репетеке.

Для того чтобы перечислить всех, кто приложил свои усилия, свою волю и здоровье для познания Центральной Азии, наверное, не хватит размеров этой книги. Так, словно огромной волной, русские первопроходцы науки накрыли своей жаждой познания часть континента. Дать оценку их деятельности невозможно: они делали воистину Великое дело – они были первыми!

Об авторе: Шестаков Феофан Викторович 1929 г.р. русский, проживает в Алма-Ате, потомок семиреченских казаков. Его дед - Николай Шестаков, неоднократно сопровождал экспедиции Козлова и Роборовского, за особый вклад в дело исследований награжден медалями Русского императорского географического общества и пригашен на 300-летие дома Романовых, где был лично отмечен императором. Феофан Шестаков - кандидат геологических наук, автор многочисленных публикаций и книг по гидрогеологии, народной медицине, экологии. Несколько лет назад в результате автоаварии он полностью потерял зрение, но продолжает работать. Книгу "Русские исследователи Центральной Азии" автор посвятил своим предкам и всем русским, исследовавшим Среднюю и Центральную Азию.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie