Хлебные крошки

Статьи

Украина оранжевая
История
Украина

Константин Стогний

Чье дите?

Украина - День Конституции

В девяностые годы фотограф «Столичной газеты» Андрей Гудзенко на передовицу ко Дню Конституции делал такую фотографию – красивая молодая мама, олицетворявшая Украину, держала на руках маленького ребёнка, который олицетворял Конституцию Украины. В годовщину Конституции – это был годовалый ребёнок. На двухлетие Конституции – это был, соответственно двухлетний малыш, ну, и так далее. Наверное, сейчас уже надо снимать цветущую девушку возраста Джульетты. Уже без мамы. Вот только остаётся вопрос: а чьё же это всё-таки дитя?

Авторы Конституции – известные в государстве люди, их имена традиционно появляются в заголовках интервью в периодических изданиях накануне Дня Конституции. Однако Вольтер верно заметил: «Все книги делаются из других книг». Непосредственные авторы нашей нынешней Конституции, когда набирали текст на персональном компьютере, руководствовались текстами, написанными ещё пером, которое нужно было обмакивать в чернила.

Мне всегда было интересно, кстати говоря, о стальных перьях, почему последний президент УНР в изгнании Микола Плавьюк в 1992 году официально передал первому президенту независимой Украины Леониду Кравчуку не Конституцию Украинской Народной Республики, а всего лишь грамоту о том, что Украина является правовым преемником УНР? Чем занималось Правительство УНР в изгнании? Разве оно не оттачивало долгими канадскими вечерами грани украинской государственности? Неужто не сказалась близость к США – образчику Конституции для всех стран западной демократии? Неужели канадские украинцы становились членами Правительства УНР в изгнании только, чтобы красиво тусоваться?!

В любом случае, Конституцию УНР, даже если была таковая, нам не передали, стало быть, наше дитё не от УНР. Хотя государственный флаг у УНР был именно такой, как наш жёлто-голубой. И герб как у нас – трезубец Рюрика. Вместе с тем, в начале прошлого века на территории нашей страны образовывалось ещё два государства. В частности, Западноукраинская Народная Республика или ЗУНР (С 22 января 1919 года ЗОУНР).

В ночь на 1 ноября 1918 года части сечевых стрельцов (украинские национальные части в австрийской армии) провозгласили власть Украинского национального совета парламента украинцев Австро-Венгрии во Львове, Станиславе, Тернополе, Золочеве, Сокале, Раве-Русской, Коломые, Снятыне и Печенежене. УНС принял декларацию о создании украинского государства на территории Галиции, Буковины и Закарпатья. 13 ноября 1918 была провозглашена ЗУНР и создано её правительство Государственный Секретариат во главе с Константином Левицким. Герб ЗУНР представлял собою золотого льва в голубом поле. Флаг, также как и наш, состоял из двух горизонтальных полос голубого и жёлтого цветов.

Конституцию правительство Левицкого не учреждало. ЗУНР для государственного строительства использовало как украинских, так и польских профессионалов и сохраняло ещё предвоенное административное устройство Австро-Венгерской империи. То есть, о какой бы то ни было Конституции речи не шло. А когда 9 июня 1919 года правительство ЗУНР сложило свои полномочия, то вся власть перешла к диктатору Евгену Петрушевичу. А о какой Конституции может идти речь при диктатуре?

Итожим: наша 15-летняя девушка не от ЗУНР, хотя флаг – да, флаг тот же самый.
После начала гражданской войны на территории Юго-Восточной Украины образовалось ещё одно как бы государство анархическая крестьянская «республика». 27 ноября 1918 года анархисты под руковдством Нестора Махно заняли Гуляйполе и объявили село «столицей» войска. Лидерам абсолютно нового государственно-политического образования Нестору Махно и Петру Аршинову удалось создать в предельно короткие сроки мощный Союз свободных общин, обеспечить совместную оборону и содействовать благоденствию вольных крестьянских общин и рабочих профсоюзов. Махно на территории свободных вооружённых мужчин создал, пожалуй, самую боеспособную армию среди независимых украинских государств того времени. Собственно, его государство и было армией – так до сих пор устроены армии Швейцарии и Эстонии.

Так же как и герои ЗУНР, свободные вооружённые мужчины Махно сражались одновременно на нескольких фронтах, заключая попеременно союзы с каждой из враждующих сторон.
Знамя Махновской Руси было чёрного цвета, как антитеза белому знамени – знаку капитуляции. Чёрное знамя махновцев означало «Мы никогда не сдадимся». С другой стороны, чёрный цвет означал отрицание всех остальных цветов: сине-бело-красного Деникина и Врангеля, жёлто-голубого Петлюры и красного Ленина. На знамени анархистов Махно была изображён «Адамова голова» с костями. Этот христианский символ напоминает о том, что когда Господь создавал Адама, Он не создавал королей, царей, вельмож и рабов. Он создал человека, но не создавал над ним государства. То есть, человек – от Бога, а власть государственная отнюдь нет. Именно своё неподчинение королям и их офицерам демонстрировали моряки, когда поднимали над взбунтовавшимся кораблём «Весёлого Роджера». С этого момента на корабле было самоуправление. А самоуправление (анархия) – мать порядка. Нет на земле твёрже порядка, установленного свободными вооружёнными мужчинами самими для себя и по собственной воле!

А ещё на чёрном знамени Революционной повстанческой армии Украины рядом с «Адамовой головой» была помещена надпись: «Смерть всiм, хто на перешкодi добутья вiльностi трудовому люду» (заметим, официальный язык государства-армии был украинский, как и в УНР и ЗУНР).

Простите великодушно за длинную цитату, но она необходима для того, чтобы понять, за что так ожесточённо бились анархисты Юго-Востока Украины: «Когда мы ещё в дни гетманщины и германо-австрийского угнетения подняли знамя восстания за своё освобождение, то мы боролись за поруганную нашу свободу, за свободу и радость быть вольными сынами революции, смело и независимо строящими свою жизнь без всякого циканья на нас какой бы то ни было государственной власти и без экономического порабощения нас этой властью...

Мы считали, что городские рабочие и трудовое крестьянство в революционный момент сами должны заботиться о своих нуждах и друг о друге и что эти заботы должны будут привести к прочной революционной связи рабочего города с крестьянской деревней, что между ними установится товарищеский продуктообмен, при котором крестьянская община будет снабжать союзы городских рабочих всем необходимым продовольствием и сырьём, а союзы городских рабочих будут взамен этого снабжать крестьян необходимыми в хозяйстве сельскохозяйственными орудиями, материалами, мануфактурой, обувью и всем необходимым для хозяйственного и социального организма деревни. Этот товарищеский продуктообмен, между рабочими союзами города и крестьянскими общинами деревни, сам по себе установил бы и утвердил бы великое здание свободного рабоче-крестьянского хозяйства, которое общими гигантскими силами всех трудящихся привело бы нас в единую свободную Анархическую Коммуну, цветущую садами, знаниями, чувством солидарности и покоящуюся на фундаменте, который гласит «от каждого по его силам-способностям и каждому по его надобностям-потребностям.

Между тем, взамен такого свободного анархического плана революции мы видим, как освобождающийся от буржуазии народ покрывается многочисленными органами государства, которые прибирают народ к своим цепким властным рукам и навязывают ему свою диктатуру, свой план строительства новой жизни. И хуже всего то, что эти органы власти выдвигаются не самой трудящейся массой, а строятся сверху в чиновничьем порядке из людей по большей части неизвестных и ненужных трудящимся массам».

Сомневаться не приходится, что если бы Республика Гуляйполе пришла бы к моменту письменной фиксации своего основного закона, то начинался бы он на манер Конституции США: «Мы, народ Соединенных Штатов, дабы образовать более совершенный Союз, установить правосудие, гарантировать внутреннее спокойствие, обеспечить совместную оборону, содействовать общему благоденствию и закрепить блага свободы за нами и потомством нашим, провозглашаем и учреждаем настоящую Конституцию для Соединенных Штатов Америки».

Обратите внимание – «Мы, народ», то есть американские свободные, вооружённые мужчины учредили Конституцию для государства США. Это принципиально важное отличие от нашей нынешней Конституции Украины, которая начинается со слов: «Верховная Рада Украины от имени Украинского народа граждан Украины всех национальностей, выражая суверенную волю народа, опираясь на многовековую историю украинского государственного строительства и на основе осуществленного украинской нацией, всем Украинским народом права на самоопределение, проявляя заботу об обеспечении прав и свобод человека и достойных условий его жизни, заботясь об укреплении гражданского согласия на земле Украины, стремясь развивать и укреплять демократическое, социальное, правовое государство, сознавая ответственность перед Богом, собственной совестью, предшествующими, нынешним и грядущими поколениями, руководствуясь Актом провозглашения независимости Украины от 24 августа 1991 года, одобренным 1 декабря 1991 года всенародным голосованием, принимает настоящую Конституцию Основной Закон Украины».

Короче говоря, государственный орган учредил Основной закон для народа. Тот потенциал, который в этой Конституции заложен – очень могуществен с точки зрения влияния государственной власти, власти Президента на происходящее в обществе. И этот соблазн – чрезвычайно велик. Киев не смог устоять перед ним.

На что махновцы уже сказали в своё время: «Мы пережили все виды государственной власти, начиная от самой реакционной монархической и кончая самой революционной – большевистской. Все они показали нам невозможность творить свободную жизнь народа силою государственной власти. Для нас, борющихся за политическое освобождение и равенство трудящихся, ясен путь нашей борьбы. Пусть себе та или иная власть сидит в Харькове (читай: «Киеве» авт.) или в Москве и воображает, что она творит революцию. Мы, дети революции и сыны трудового народа, будем творить свою свободу у себя на местах. У себя в деревнях и сёлах мы, прогнав помещиков и прочих дармоедов и угнетателей, а в городах фабрикантов, банкиров и иных капиталистов и взяв в общее достояние их собственность, соединяемся в вольные общины, здраво и дельно обсуждаем наши хозяйственные и общественные дела и сообща решаем их. Если для проведения в жизнь наших общинных дел нам нужны исполнительные органы, мы создаём их, не наделяя их никакой властью, а лишь давая им определённые поручения, которые являются их прямой обязанностью».
Так что, сомневаться не приходится эта 15-летняя Конституция вовсе не родом из Гуляй-Поля. За неё не стали бы проливать кровь славные Сечевые стрельцы Галичины. За неё не рубились бы вусмерть вольные вооружённые мужчины Гуляйполя.

А кто тогда? Получается, что это наша, собственная, современная Конституция. Высшие чиновники, народные депутаты и прочие «магнаты» иной раз игнорируют её требования. Но, на то и щука в пруду, чтобы карась не дремал. В смысле, гражданское общество имеет по Конституции все рычаги, для прямого воздействия на тех, то нарушает Конституцию. А нам надо праздновать не День Конституции, а Ночь Конституции. Потому что, мы – свидетели её рождения помним, как Верховная Рада под угрозой роспуска, поступившей от президента Кучмы, оставалась в сессионном зале всю ночь с 27 на 28 июня. Депутаты, как повивальные бабки, принимали дитя «тихой украинской ночи» - Конституцию 1996 года.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie