Хлебные крошки

Статьи

Вопросы идеологии
Взгляд
Россия

Владимир Громковский

Дача Марьи Михайловны, или

Непримирение и несогласие

«Из показаний Абрамовича следует, что на аукционе по «Сибнефти» у
него было мало своих денег ($17,3 млн от Runicom — одна из компаний,
через которую Абрамович торговал нефтью, и еще $3 млн кредита), … …
Березовский должен был помочь ему получить президентскую подпись под
документами о создании «Сибнефти» и последующем выставлении ее
акций на залоговый аукцион.

…нужен был депозит $3 млн. Претендент должен был … представить
подтверждение, что у него на счетах есть более $100 млн.
…. Аукцион выиграла Нефтяная финансовая компания (НФК),
предложившая
$100,3 млн, а кредит в размере этой суммы предоставил банк «СБС-агро».

... кредиты НФК дали «Ноябрьскнефтегаз» и Омский НПЗ, на базе
которых президентским указом и была создана «Сибнефть», а также его
компания Runicom ($17 млн) и еще несколько структур. Еще $3 млн НФК заняла у
Российского промышленного банка. Кредит, по словам Абрамовича, был
возвращен через месяц. В свою очередь «Ноябрьскнефтегаз» и Омский НПЗ
привлекли деньги на Западе под залог своих долгосрочных экспортных
контрактов. Займы организовал партнер Абрамовича Евгений Швидлер. Эти
средства пришли в «Ноябрьскнефтегаз», а от него — через СБС —
правительству, обрисовал схему Абрамович. … Абрамович ответил, что он
договорился с их руководством: они были заинтересованы в том, чтобы это
сделали мы, иначе это сделали бы другие. …«Моя инфраструктура,
трейдинговые компании, — все вместе позволяло с “Сибнефтью” получать
большую прибыль. Без моих трейдинговых компаний приобретение
“Сибнефти” само по себе не дало бы хорошего результата, потому что
“Ноябрьскнефтегаз” был убыточен, добыча падала. И “Сибнефть” после ее
создания долгое время была убыточна»… .


Итак, достаточных собственных средств у Абрамовича и его компаний и близко не имелось. Не новость – о том же сказано в известном докладе Счётной палаты. Но что слова произнесены самим главным действующим лицом, а не штатными разоблачителями - Зюгановым, скажем, и даже не А.Н Илларионовым, - придаёт им небывалой свежести. Делая поводом к политико-экономическому анализу произошедшего 15 лет назад воровства (в исконном, а не юридическом значении слова), подобного которому в истории не бывало. Анализ необходим в первую голову, чтобы юношество, пребывавшее в те скорбные поры в состоянии не вполне сознательном, узнало мнение корыстно не заинтересованное - и профессиональное. И в будущем могло осмысленно требовать возвращения своего - народного - достояния от его похитителей. (Уместно пояснить, что ваш покорный слуга много лет трудился в секторе исследований собственности Института экономики АН СССР, на всём протяжении перестройки принимал участие в обсуждениях предстоявших преобразований собственности, а теоретические основы приватизации исследовал в диссертации, защищённой в самое горячее время – за три с половиною недели до путча 1991 года).

Прежде, чем следовать рассуждением далее, предельно важно отметить, что все прочие залоговые аукционы полностью подобны истории с «Сибнефтью» - так что частные её уроки истории имеют всеобщее значение.

Зачем государство проводило залоговые аукционы? По свидетельству г-на Альфреда Коха, тогдашнего начальника Госкомимущества, то есть члена правительства (из его книги «Ящик водки»), бюджету крайне недоставало средств, и 800 миллионов долларов от всех на круг аукционов были вопросом выживания. Вопрос, правда, выживания кого? Нет сомнения, что подобное «объяснение» – лукавство размера самой афёры с аукционами. Продавать право первородства за чечевичную похлёбку? Но существуют и менее образные доводы.

Во-первых, недостаток денег в бюджете – следствие слабой работы правительства, и замечательная причина для его ухода в отставку. Так что Ельцин, подписывавший лично, в обход Думы, указы о приватизации, спасал не страну, а именно определённых лиц – и себя, как их покровителя, от них всецело зависевшего. (В те годы президент формально обладал юридическим правом издания равносильных законам указов – разумеется, по высшему счёту ни на чём, кроме ловкости рук, не основанному, иными словами, узурпированному).

Во-вторых, читая пояснения Р. Абрамовича, задаёшься вопросом: если он имел возможность получить у банков средства под залог остатков на счетах государственных компаний – «Ноябрьскнефтегаза» и Омского НПЗ - что мешало сделать то же самое правительству, от имени государства теми компаниями управлявшего? Каков был экономический смысл появления в простейшей схеме «залог денег на счетах – кредит бюджету» Абрамовича и прочих прихватизаторов?

Располагая 17-летним опытом привлечения банковских кредитов, как внутри России, так и в Россию из-за рубежа, свидетельствую: никакого. (Личного опыта получения автомобильного или ипотечного кредита вполне довольно каждому, чтобы сказанное очевидеть). Если бы стояла задача привлечения средств в бюджет (а не Абрамовичу, к пользе государства отношения не имевшему) под залог будущих поступлений от продажи нефти государственными компаниями, Ваш покорный слуга лично привлёк бы кредиты лучших зарубежных банков самое большее за два месяца (среднее время подготовки синдицированного кредитования частного заёмщика). Доказательства? – 30 октября 1995 года в отеле на Углу Гайд-парка (если не ошибаюсь, Лэйнсборо), что ровно наискосок от излюбленного нашими согражданами Hilton Park Lane, был подписан договор по предоставлению кредита Мосбизнесбанку от синдиката западных банков во главе с UBS: $20 миллионов долларов, причём без какого-либо обеспечения! Так называемый бланковый кредит - доверие заёмщику в чистом виде. Каковой наша компания и организовала, преодолев, помимо прочих затруднений, все сомнения кредиторов, порождённые августовским 1995 года – первым в истории РФ - банковским кризисом.

Итак, даже если уволить небюджетоспособное правительство Ельцин опасался, те же самые деньги легко могли быть привлечены хотя бы и из-за границы, и безо всяких залогов ценнейших компаний страны. Никакой экономической причины для залоговых аукционов не существовало, даже если признать справедливость слов Коха о нуждах бюджета.

О том же свидетельствует и цена. Государство получило от приватизации «Сибнефти» 100,3 миллиона долларов. Разумеется, тогда доллары были весомее. Судя по личному ощущению, раза в три. Однако, не казус ли хотя бы и в $300 миллионов оценить одни только запасы нефти к добыче «Ноябрьскнефтегазом»? Зная, что за компанию спустя 10 лет Абрамович получит $13 миллиардов (номинально в 130, реально минимум в 43 раза больше)? Лукавый Абрамович (как до того не менее лукавый Прохорови «Норильском никеле») сказал, что «Ноябрьскнефтегаз» долгое время был убыточным. То есть он благодетельствовал бюджет, и его следует благодарить, а не осуждать, за неправедно приобретённое?

По поводу цены. Лукавствующие из числа прихватизаторов, да и в целом напёрсточники из лагеря либеральной демократии любят говорить, что она де была «рыночная». Товар (и нефтяная компания) стоят якобы ровно столько, сколько за неё предлагает рынок - в данное время в данном месте. Это не что иное, как игра в слова, с целью запутать несведущих. Любой неуч слышал, что население Земли растёт катастрофическими темпами, и в пропорции к нему растёт спрос на энергию, стремительно опережая рост разведанных запасов. Низкая цена на нефть случается – как следствие конъюнктурного колебания рынка, подобного скачкам рынка фондового, недвижимости и т.п. Ну, так и не продают разумные люди ценности на рыночном минимуме. Вот недавно правительство отсрочило «приватизацию 2.0» (ещё менее экономически необходимую, чем первая, кстати, о чём не раз писал) как раз по той причине, что конъюнктура скверная.

Однако оценивать нефтяные компании по минимуму рыночной цены нет никаких оснований. Оценка ведётся путём приведения будущих доходов к текущему времени (дисконтирования). Берусь утверждать, не проверяя, что не существовало в 1995 году такого прогноза цены на нефть, при которой оценка «Сибнефти» могла бы составить жалкие сто миллионов долларов (скажем, по формуле Гордона). По любому, речь должна была идти о миллиардах. И даже если правительство под многомиллиардный залог взяло всего сотню миллионов, в случае невозврата кредита суд должен был выставить заложенное имущество на торги, продать по цене уже на то время, вернуть кредитору следующее ему, а заёмщику – остаток. Однако всё было проведено так, что великое народное достояние товарищ Абрамович получил почти даром – ведь у него самого было всего 17 миллионов! Ныне владелец $50 миллионов долларов (умножаю на три для учёта обесценения) настоящим богачом не почитается – таким и был Абрамович.

Ещё будучи аспирантом, придумал, как мои не имевшие сбережений родители могли купить дачу, которую снимали (в одной из комнат проживала одинокая владелица дачи - вдова секретного академика Марья Михайловна). Могу теперь секрет открыть: надо было покупать в кредит, под залог поступлений от самой Марьи Михайловны, за сдачу ей её комнаты вперёд на 30 лет. Родители посмеялись, а мама в очередной раз удивилась, как у чисто русских родителей мог народиться подобный гений финансовых проделок. Разумеется, нам и в голову не пришло предложить владелице дачи нечто подобное – за его полным неприличием. Очевидно, что Ельцин оказался куда глупее Марьи Михайловны, а прихватизаторы, совести и изначально не имели (не подумали и рассчитаться с изобретателем – вот что порой значит патент, так низко мною в предыдущей заметке оцененный).

Надеясь продолжить тему на вновь поступающих из Лондона сведений в ближайшем будущем, в день примирения и согласия заявляю: никакого согласия с воровской приватизацией 1990-х! Никакого примирения с ворами! Всё неправедно приобретённое должно быть возвращено народу, и кто добровольно всю валюту не сдаст – закатать пожизненно. А если сам не доживёт – так супруг, детей или внуков.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie