logo

Хлебные крошки

Статьи

Николай Кузнецов // <a href= http://www.russpain.com target=_blank> <font color="#990000">Русская Испания</font></a>

"Депортация"

Приключения украинцев в Испании

До посадки на авиарейс Барселона – Киев осталось 50 минут. Жесткий пластмассовый диван не помогает избавиться от сонливости. Даже бодрый голос дикторши имеет обратный эффект – убаюкивает. Зал гудит, глаза закрываются.

Вдруг какой-то едва различимый звук мигом снял дремоту: слуха коснулась родная русская речь, тихо прозвучавшая среди шумных испанских возгласов. Вообще-то русская речь в Испании уже давно не редкость, но в спокойном тоне говорившего было нечто шокирующее.

– …в Киеве нас не посадят в каталажку?

– Вроде бы не должны, хватит уже …, - послышалось за спиной. В голосах нет ни тени характерных "блатных" интонаций. Оглянувшись, я увидел сначала стоящих поодаль мужчин – брюнетов в форме Национальной Полиции Испании: белоснежные рубашки с погонами и черные, под цвет брюк, галстуки. Пистолеты, резиновые дубинки. Только потом я смог лицезреть тех, кто опасался каталажки, депортируемых граждан Украины: около десяти молодых шатенов и блондинов, разнокалиберной комплекции и одетых вразнобой. С лицами, будто на похоронах.

Остальное произошло так быстро и неожиданно, что в памяти остались лишь некоторые детали. Удар чужого ботинка по уху сбил с меня очки, – один из наших "дал деру" от конвоя и, перемахивая через пластмассовый диван, на котором сидел я, нечаянно врезал мне.

– Para! Para! ("Стой!"), – закричал вслед ему полицейский, но не успело утихнуть гулкое эхо от его первых возгласов, как наш, сиганув через хромированное трубчатое ограждение возле будки паспортного контроля, скрылся за поворотом и затерялся в толпе. Один из конвоирующих рванулся было вдогонку, но хромированная преграда надолго задержала его, ибо "сигать" он не собирался, ведь этак можно и ноги переломать.

Сразу двое полицейских заговорили с кем-то по рации, но уже было ясно, что они просто исполняют свой долг доложить начальству о дерзком побеге.

На борту "Боинга" депортируемые, пассажиры поневоле, оказались предоставленными самим себе, стюардессам-киевлянкам и силам аэродинамики. Один из них, широкоплечий, со здоровенными ручищами и добрым лицом, уселся около меня и, когда подали ужин, заговорил:

– Испанское государство закормило меня задаром, не дают самому заработать, – он как бы и не обращался прямо ко мне, но по тону это было похоже на приглашение к разговору.

– На салфетках написано, что сегодня Вас угощают "Украинские Международные Авиалинии", – ответил я, приняв приглашение к беседе.

– Да, но полет и еда оплачены Испанией, – охотно продолжил депортируемый, дав свободу словам, накопившимся за 20 дней пребывания в испанской "каталажке", куда его забрали на сытный казенный паек не с места преступления, а с честной работы…

Для меня было полной неожиданностью все, что он рассказал. Кто читал моих "Наших", тот помнит, что в Испании до последнего времени не было принято останавливать прохожих на улице и, заломив руки за спину, проверять визу. Но что-то изменилось…

Он из Измаила. Зовут Валерием. Три месяца назад, отчаявшись найти работу в родном городе, он и его товарищ Юрка, тот, что "дал деру" в Барселоне, под видом туристов отправились на поиски счастья. Проехав все Европу, уже за 100 километров на юг от Валенсии они молча переглянулись: кончается бензин. Денег уже не было. Испанского языка они не знали.

Казалось бы, тупик. Но не так устроены наши. Ближайший поворот стал пристанищем для старенького "Опеля", а сами путники отправились туда, где можно найти людей, а значит и работу. На следующий день искатели счастья уже были счастливы, работая "за харч" на каких-то цыган – сборщиков цитрусовых. Это "счастье", конечно, не было случайностью, потому что именно возможность заработка на цитрусовых полях и решила выбор "туристов": Испания.

– Я и не думал, что цыгане могут в поле работать, – продолжал Валерий. – А им нравится: ни тебе начальства над душой, ни обязательств. Пришел, заработал и кочуй дальше. А один из них все время там на месте живет вроде диспетчера: договаривается насчет работы, одних провожает, других встречает.

– А как же вы договаривались? По-украински что ли? – заинтересовало меня.

– Сам удивляюсь, – оживился Валерий, – цыганка будто ничего и не говорит, а мы ее понимаем. Да и я вроде бы ничего не говорю, а она понимает. Телепатия какая-то! Стоило мне подумать на третий день, что пора с "харча" на твердую валюту переходить, и сказать-то ничего не успел, как подходит цыган, дает нам с Юркой по 2000 песет (13 долларов) за день каждому. Так мы продержались еще несколько дней, пока не подкопили деньжат на дорогу. Выучили несколько слов: трабахо – работа, камион – грузовик, карго – погрузка, каха – ящик.

Этого словарного запаса хватило нашим, чтобы найти поле, где им платили уже по 4000 песет в день. Ночевали сначала в салоне Опеля, а потом познакомились с другими русскими и устроились под крышу. Уже насобирали почти по 1000 долларов на каждого, когда в Валенсии к Опелю подошли двое полицейских в белых рубашках с черными галстуками и попросили предъявить документы.

Какой леший занес ребят в Валенсию, гадать трудно и сетовать бесполезно. Вместе с ними на обильных казенных пайках 20 дней до суда просидели и те наши земляки, что примкнули к бродячему цирку и работали за 2000 песет по 20 часов в день, не высовывая носу за пределы вагончиков шапито. И те, что через других русских, за бешеные взятки только – только начинали договариваться о любой работе. Вместе с нашими задержанными были и какие-то "негры", неизвестно где задержанные. Все сведения о последних, к сожалению, ограничились цветом кожи, – парни говорили только на своем гортанном языке. Но несомненный рекорд численности – больше половины всех задержанных – поставили выходцы из СНГ.

Выходит, что-то в последнее время поменялось в смысле лояльности к нашим, раз в полиции Испании созданы специальные подразделения, занятые исключительно наблюдением за выходцами из Восточной Европы. Разумеется, не без "стукачей" из числа самих выходцев.

Только не наш мог бы подумать, что депортация и даже подлое предательство земляков-осведомителей были в силах поменять планы Валерия.

– Я теперь знаю, как быть. С первого дня, пока виза в порядке, надо просить, чтобы дали разрешение на работу. Пока идет волокита, я поживу там законно, заработаю и семью заберу, – решительно рассуждал он.
– Юрка молодец! Новый паспорт мы ему скоро пришлем, а он тем временем и сам обживется и для нас местечко пригреет. Послушай, ты того… На Юрку не сердись, он тебе по уху не нарочно…

Зная множество и лихо закрученных и самых скромных русских судеб в Испании, я подсказал Валерию, как не повторить чужих ошибок. На всякий случай оставил ему свой адрес, E-Mail, телефон и только потом меня осенило: "А вдруг всe про поля и про честные трудовые планы – наглое вранье и передо мной отпетый мошенник?" Поэтому на выходе из самолета в Борисполе я спросил у знакомой по прошлым полетам стюардессы:

– У ребят проблемы с визами?

– Да, просроченные. Что-то последние три месяца почти с каждым рейсом кого-то выдворяют…

Вчера, то есть ровно через неделю, теми же "Украинскими Международными Авиалиниями" я возвращался в Барселону. Как всегда в аэропортах, страшно клонило в сон, но прогнать дремоту было некому: депортации из Украины в Испанию не было. Хоть шаром покати. Никто не совершал дерзкий побег, чтобы любой ценой остаться на этой земле.

Скорее даже наоборот. Багаж большинства был явно не туристических масштабов…

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie