Хлебные крошки

Статьи

Великая геополитическая игра
Политика
Россия

Владимир Дергачев

Геополитика информационной эпохи

Из цикла статей «На фронтах мировой кибервойны»

Глобальная система Интернета или Всемирная информационная магистраль за историческое мгновение вышла за технические границы электронной связи и стала фактором политической и экономической действительности. Она становится геополитической коммуникацией, а информация в Интернете – стратегическим ресурсом, не имеющим территориально-государственной организации.

Как в прошлом мореплаватель отправлялся из гаваней Старого Света к неведомым землям, так сегодня каждый человек может посредством Всемирной паутины совершить восхождение к неизведанным горизонтам информационного пространства. Знаменательно, что наибольший энергетический (пассионарный) вклад в это открытие сделали люди Нового Света. Бесспорно, что это успех американской демократии и свободного предпринимательства. Но может быть есть здесь и психологическая составляющая — ностальгия американцев по утраченной европейской родине, скрывшейся за горизонтами Атлантики. Виртуальное пространство соединило мир, в котором каждый может быть центром вселенной.

В результате информационно-технологической революции наступила эпоха глобальной мобильности информации с совершенно непостижимым в прошлом качеством. Впервые в истории человечества произошло понижение статуса государства, ограничение статусной институциональной культуры. Доминирующим становится приоритет духовных технологий над материально-практическими. Статусные коммуникации традиционно выступают в трех основных формах — политической, социальной и географической коммуникации.

Политические коммуникации ассоциируются с государственными институтами, сверхдержавами, великими державами
. Национальная безопасность связывается с принадлежностью к определенным статусным коммуникациям, например, к НАТО, Европейскому Союзу или Всемирной торговой организации. Информационная революция нанесла удар по государственной монополии на информацию и ведет к понижению статуса государства-нации. Информационная революция трансформировала представления о национальной безопасности, которые на протяжении веков исходили из предпосылок создания военной и экономической мощи государства. Информационная революция предъявила новые требования к проблемам национальной безопасности, наметились тенденции к стиранию статусных границ. Меняются главные приоритеты национальной безопасности. Объектами поражения в информационных войнах и конфликтах становятся наряду с материальными целями ценности, которые можно защитить при наличии чувства достоинства, национальной гордости и цивилизационной принадлежности. В основе концепции национальной безопасности Соединенных Штатов — защита образа жизни, населения и территории. Таким образом, доктрины национальной безопасности не могут ограничиваться набором военно-политических и экономических факторов, а обязаны включать цивилизационный подход, учитывающий культурно-генетический код.

Социальные коммуникации ассоциируются с должностью, званием и богатством. Из века в век доступность информации зависела не только от географических расстояний и времени передачи, но в первую очередь от социального статуса. Короли, султаны и президенты обладали исключительным правом на государственную информацию, которая для подданных или простых граждан была недоступна. И оберегалась грифом «государственная тайна» или «совершенно секретно». К этой информации имела доступ ограниченная часть элиты (министры, придворные, главные конструкторы и др.). Информационные интернет-технологии, обеспечив доступ любого пользователя к мировому информационному пространству, преобразовывают статусные коммуникации в нестатусные. У частных лиц появился доступ к каналам связи и источникам информации, которые прежде имели статусную доступность, зависели от занимаемой должности и положения в обществе, контролировались национальными правительствами и международными корпорациями. Продвижение ресурса (веб-сайта) в поисковые системы не зависит от вашего статуса, должности, ученой степени и звания.

В Восточной Европе отмечаются процессы, противоположные современным мировым тенденциям, здесь происходит искусственное укрепление статуса входящих во власть физических лиц. Два десятилетия «торжества» бездумной демократии были потрачены на «укрепление» статусных коммуникаций «элиты в законе» не на основе профессионализма, а за счет присвоение общенародной собственности, приватизации ученых званий, других многочисленных степеней отличия и наград. Создана система теневых социальных отношений, представляющая угрозу для государственности. Отсутствуют доктрины национальной безопасности государства, обеспечивающие защиту граждан от теневых социальных отношений.

Географические коммуникации определяются местоположением (центр – периферия).В Интернете нет выгодного географического положения, здесь все места равнодоступны и равнопрестижны. В многомерном коммуникационном пространстве Земли на границах киберпространства и реального географического пространства образуются концентрированные узлы связи – киберпорты — своеобразные вольные гавани постиндустриальной эпохи. Крупнейшими киберпортами являются Силиконовая долина (США, Калифорния) и государство Сингапур.

В эпоху глобальной мобильности информации трансформируется понимание свободы слова — права человека свободно выражать свои мысли в устной и письменной форме, включая свободу печати и средств массовой информации. Государство конституционно гарантирует свободу слова и одновременно вводит статусный характер адресной передачи информации. Международное право и государственное законодательство регулируют ограничения на свободу слова в легитимных целях защиты национальной безопасности, государственной тайны, общественного порядка, авторских прав, чести и достоинства граждан. Запрещается пропаганда расовой, национальной или религиозной нетерпимости.

В Интернете не существует свободы слова в классическом смысле. Интернет впервые открыл нестатусный смысл свободы и бросил вызов институциональному обществу, где «вход» в коммуникацию организован или через социально-политический или географический (центр – периферия) статусы. Государство совершенно не в состоянии контролировать взаимодействие интерактивных сред в виртуальном пространстве Интернета, преобразующего статусную коммуникацию в нестатусную.

На современного пользователя Всемирной Сети не действует статус автора интеллектуального ресурса, кроме его имени (которое, кстати, может быть скрыто под доменом). Ему безразлично, кому принадлежит домен — профессору, академику, заслуженному деятелю от политики или науки. Если отзыв на диссертацию пишут, как правило, специалисты с ученой степенью, то в сети Ваш интеллектуальный продукт может прокомментировать и школьник младших классов. Со всей детской непосредственностью и безжалостностью раскритиковать непонятый текст, адресованный профессионалам в той или иной области знаний. Не случайно некоторые руководители гуманитарных научно-исследовательских институтов опасаются размещать защищенные авторскими правами научные труды, написанные на так называемом «дубовом» академическом языке. Который в отличие от обычного английского, русского или китайского, отличается псевдонаучностью на грани графоманства.

Глобальная мобильность информации, капитала и квалифицированных кадров умственного труда не только подрывает роль государства в выполнении многих его фискальных функций, но и затрудняет или делает невозможным скрыть присущие правящей элите негативные качества (цинизм, продажность, «шкурные интересы», безнаказанность и др.). То есть для большинства требуется меньше времени, чтобы стало очевидным, что для «избранных» ничто человеческое не чуждо, в том числе и пороки.

Побочным эффектом информационно-технологической революции стал информационный мусор — информация, имитирующая действительность. В борьбе за сохранение власти информационный мусор широко используется правящей элитой России и ряда других постсоветских стран с имитационной моделью развития. И это не случайно, а закономерно. Имитационная модель государства была запущена в советское время. Чем хуже обстояли дела, например, с советской экономикой или экологией, тем больше ограничивалось право на свободный доступ правдивой информации, которая все чаще скрывалась под грифом «для служебного пользования» или «секретно». Чтобы не травмировать советский народ сермяжной правдой. И во время торжества бездумной демократии её «последние оплоты» ради сохранения власти широко используют ограничение правдивой информации.

Благодаря Интернету информация стала доступна и для граждан бедных стран. И они стали получать не только стерильную информацию о самой «правильной» западной демократии, где в небесах летают только ангелы с крылышками. Правда, обладание информацией не тождественно обладанию знаниями. Как отмечает ЭлвинТоффлер, одни государства обладают капиталом в форме качественного образования и человеческих ресурсов (знания), другие страны часто имеют богатые природные ресурсы, но испытывают дефицит знания.

Информационно-технологическая революция внесла существенные коррективы в геополитику — науку о закономерностях распределения и перераспределения сфер влияния (центров силы) различных государств и межгосударственных объединений. Объектом геополитики является государство и его военно-политическая и экономическая мощь.

Новейшая геополитика преодолевает узость традиционной и новой геополитики (геоэкономики), ограниченной географическим и экономическим пространством. Новейшая геополитика оперирует Большими пространствами многомерной сопряженности, включая цивилизационное и виртуальное пространство Всемирной Сети (киберпространство). Поэтому в её основе захват территорий (разрушение или ослабление разнообразия культурно-генетических кодов) с опорой на центрические технологии манипулирования сознанием (подсознанием) граждан государства, которое является объектом воздействия. Новейшая геополитика вооружена информационно-коммуникационными технологиями, позволяющими эффективно вести сетевые войны.

Современная геополитическая мощь государства определяется в первую очередь не материальными ресурсами, а силой духа. Высшей формой проявления человеческого духа являются язык и вера, ставшие геополитическими категориями. Чтобы подорвать мощь страны, не обязательно разрушать материальные объекты, главным направлением удара является разрушение пространства языка и национальной культуры.

Устарели многие геополитические концепции. Теперь нет необходимости владеть тем или иным участком континента или Мировым океаном, чтобы «владеть» миром. Становятся неактуальными геополитические задачи государственного объединения народов вдоль коммуникационных коридоров в реальном географическом пространстве («из варяг в греки», средиземноморского и Великого Шелкового пути). В киберпространстве информационные технологии образуют современные технологические системы огромного стратегического значения (политического, оборонного, экономического, социального и культурного). Здесь по аналогии с Великим Шелковым путём образовалась Великая информационная магистраль и опасно оказаться на её «периферии».

На пороге романтического восприятия новой технологической эпохи сформировалась геополитическая концепция мирового порядка: «Кто владеет информацией, тот владеет миром». Считалось, что новый мировой порядок будет определяться технологическим контролем киберпространства, то есть Соединенными Штатами – мировым лидером высоких технологий. Новый информационный мировой порядок, установленный Западом во главе с США, должен был стать основой геополитической архитектуры двадцать первого столетия. Однако это не произошло.

С позиций новейшей геополитики понижение в информационную эпоху статуса государства-нации делает невозможным его гегемонию в многомерном коммуникационном пространстве Земли. Как становится очевидным, не только этнонациональные и этноконфессиональные конфликты могут определять меняющуюся картину мира. Конфликт интерактивной среды Интернета с существующими статусными коммуникациями государств, политических, военных и экономических блоков может стать взрывоопасным в результате мировой сетевой информационной войны. И на этой войне никто не может гарантировать победу Запада.



Рекомендуемая литература:
МануэльКастельс Информационная эпоха. — М.: ГУ-ВШЭ, 2000.
ЭлвинТоффлер Метаморфозы власти. — М.: АСТ, 2003.


Продолжение следует

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie