Хлебные крошки

Статьи

Евразийская интеграция
Политика
Белоруссия

Станислав Андросик

Интеграция Белоруссии и России в рамках Союзного государства

Все зависит от действий обеих сторон

Информационно-аналитический портал Союзного государства провел интернет видео-брифинг с заведующим кафедрой международных отношений Академии управления при Президенте Республики Беларусь, заместителем руководителя секции внешней политики Научно-консультативного совета Парламентского Собрания, доктором политических наук Сергеем Анатольевичем Кизима.

Тема видео-брифинга: Интеграция Беларуси и России в рамках Союзного государства.


Беларусь и Россия уже на протяжении полутора десятков лет поступательно строят Союзное государство. При этом многие эксперты видели необходимость в воссоздании СССР. Насколько оправданной вы считаете стратегию избранную руководством Беларуси и России?

– Конечно, призывы к воссозданию СССР были, но давайте будем объективными: можно ли было это сделать, если только что с огромной помпой и желанием уничтожить его подвели к краху и обанкротили? При этом самым варварским и жестким актом было уничтожение, прежде всего, экономической базы Советского Союза. Как отмечал один американский историк, анализируя хозяйственную деятельность в рамках перестройки на 1988 год, при крупнейших предприятиях СССР к тому времени начали создаваться небольшие фирмочки, через которые выводились основные активы данных предприятий. Как это делалось: сырье для завода покупалось фирмой очень дешево, а заводу продавалось очень дорого. Готовую продукцию фирма скупала у завода дешево, а традиционным партнерам продавалась дорого. В итоге основные средства завода за год-два перекочевывали в эту фирму, а завод находился на грани банкротства. По этому поводу американский историк сказал следующее: когда к 1988 году такая система выкачивания ресурсов из советских предприятий была создана повсеместно, вопрос краха Советского Союза стал вопросом времени.

Исходя из того, что в рамках энтузиазма по поводу либерализма, рыночной экономики экономическая система СССР к 1990 году была обрушена, для воссоздания союза экономической базы уже не было. Дальше началось обрушение хозяйственных связей в рамках независимых суверенных государств: банкротство предприятий, производивших комплектующие для предприятий в других республиках, перепрофилирование производств, перекупка их инвесторами, которые вместо нужной продукции начали выпускать, к примеру, сковородки. Пошла масштабная экономическая дезинтеграция, которая также ни в коей мере не способствовала воссозданию Советского Союза. Во многих республиках к власти пришли элиты, которые рвались похозяйствовать, почувствовать себя хозяевами. Поэтому то, что в такой ситуации с большим количеством переговоров, сомнений и взвешиваний со стороны как Москвы, так и Минска было принято решение о создании такого интеграционного образования, как Союзное государство, и, более того, оно было воплощено в жизнь и начало реализовываться, по тем временам очень большое достижение.

Как вы считаете, сможет ли Союзное государство в будущем стать геополитическим магнитом для бывших советских республик?

– Все зависит от действий обеих сторон в этом интеграционном образовании. Простой пример: по прошлому году Беларусь, которая нуждается в инвестиционном кредитовании для модернизации экономики, обратилась ко всему миру и нашла предложение в размере 15 млрд. долларов от Китайской Народной Республики. В то же время мы знаем, что международные активы Российской Федерации на данный момент превышают 480 млрд. долларов. Естественно, возникает логичный вопрос: неужели российское государство не могло под те же проценты, как и КНР, предоставить Беларуси аналогичный кредит? При этом в Беларуси можно было бы построить какие-то крупные предприятия, которые принадлежали бы России.

Беларусь расположена очень близко к Европейскому Союзу, туда очень удобно экспортировать. Именно поэтому в советское время в Беларуси активно развивали крупный промышленный комплекс с прицелом на экспорт готовых товаров, в том числе в те соцстраны, которые теперь в составе ЕС. Сейчас ситуация даже улучшилась. Беларусь находится на границе громадного европейского рынка в 500 млн. потребителей. В данный момент это один из самых больших рынков сбыта в мире, на равных конкурирующий с США. То есть, любое предприятие, которое на основе современных технологий и обильного инвестирования, с продуманным бизнес-планом и хорошими маркетинговыми специалистами будет построено Россией на территории Беларуси, будет, несомненно, прибыльно. Десятки миллиардов долларов из международных активов Российской Федерации вложены в ценные бумаги США, а Беларусь обращается за инвестициями в Китай – вот те ограничения, которые препятствуют тому, чтобы Союзное государство было в полном объеме привлекательно. Привлекательно - это когда Беларусь, как участница Союзного государства, не имеет проблем с инвестиционным кредитованием и получает инвестиции из России. Тогда любое постсоветское государство посмотрело бы и отметило – да, это действительно выгодно. То есть, фактически развитие Союзного государства в качестве привлекательного имиджевого объекта для привлечения к интеграции других постсоветских республик – главная задача самого крупного участника союза – Российской Федерации. Если в Москве будут приняты соответствующие решения, которые сделают интеграцию с Россией на примере Беларуси привлекательной для других стран на постсоветском пространстве, притягательность Союзного государства чрезвычайно повысится.

Но ведь кроме инвестиционной составляющей интеграции есть еще и политическая. Не кажется ли вам, что активное проникновение российского капитала в белорусскую экономику может в какой-то степени отторгнуть желание, к примеру, той же Украины присоединяться к союзу? Ведь создание наднационального органа требует от стран-участниц любого интеграционного образования отказа от ряда суверенных полномочий.

– Смотря как строить Союзное государство. Если отказываться от суверенных полномочий – это одна картина. Но союз можно строить и без отказа от суверенных полномочий, а с получением новых возможностей. Здесь нужно думать и обсуждать самые различные мероприятия. К примеру, готова ли Россия в рамках Союзного государства поделиться с Беларусью своим ядерным потенциалом? Конечно, мы знаем, что не готова, так как эта прерогатива остается за Москвой как за членом Совета Безопасности ООН. Естественно, самый лучший вариант интеграции, когда ни одна страна свой суверенитет не ограничивает.

В данный момент Союзное государство находится на той грани, когда мы не видим серьезного ущемления суверенитета ни со стороны России, ни Беларуси по всем базовым полномочиям суверенного государства. А позитив определенно идет.

После крушения Советского Союза повсеместно были разрушены хозяйственные цепочки, что вызвало крайнее экономическое напряжение в бывших союзных республиках. Как вы считаете, удалось ли Беларуси и России восстановить те экономические связи, которые были при СССР?

– Да, после 1994 года, когда к власти в Беларуси пришел Президент А.Лукашенко, начался очень бурный поиск возможностей по реанимации экономических связей между Беларусью и Россией. Напомним, что Беларусь – это сборочный цех Советского Союза, страна, где проходила финишная сборка готовой продукции из комплектующих, производившихся по всему СССР. Естественно, что Беларусь сильно пострадала от экономического хаоса после краха Союза. Именно необходимость сохранения крупных экспортоориентированных предприятий с 1994 года вызвала к жизни модель реинтеграции с экономическим пространством России, потому что подавляющее большинство поставщиков для предприятий Беларуси находится именно там. Некоторые говорят, что Россия для Беларуси в 90-е годы сделала очень много. Но то же самое можно сказать и о Беларуси в отношении России: десятки российских производств, которые в это время, скорее всего, закрылись бы, получили возможность вновь начать поставки своей продукции, комплектующих на крупные предприятия Беларуси, получили шанс на экономическую реанимацию.

Фактически Беларусь и Россия, восстанавливая экономические цепочки, спасали свои производственные комплексы от окончательного уничтожения в условиях давления либеральной экономики, когда деньги из стран, из той же России, перекочевывали в более спокойное для бизнеса окружение, а предприятия по-прежнему должны были функционировать без этих денег. Даже сейчас мы видим, что Российская Федерация не достигла промышленного потенциала уровня 1990 года. А что было бы, если бы Беларусь обрушила свои производства и перестала интересоваться поставками комплектующих с российских заводов и фабрик? Сколько бы тогда погибло десятков, а может и сотен российских производств, которые получили шанс на выживание в этой ситуации? Процент сохраненного российского производственного потенциала был бы значительно ниже, если бы Беларусь не пошла по пути возрождения экономической кооперации с Россией.

Мне кажется, что серьезным подтверждением ваших слов является недавнее выступление Министра обороны Российской Федерации. Он заявил о том, что многие российские предприятия, занимавшиеся производством техники для ВПК, были развалены в 90-е годы, и сейчас поставка комплектующих для них возможна только из Беларуси. То есть комплектующие поставляются не только из России в Беларусь, но и на оборот.

– Действительно, в Беларуси выпускаются многие комплектующие для ВПК, что очень важно для поддержания и повышения уровня обороноспособности Российской Федерации.

В Союзном государстве есть управленческие структуры: Постоянный Комитет, Парламентское Собрание, Совет Министров, Высший Госсовет. Могут ли они в дальнейшем стать полноценными руководящими органами сформировавшегося Союзного государства?

– Все зависит от степени и глубины интеграции Беларуси и России. Чем глубже интеграция, тем серьезнее полномочия союзных органов. Все зависит от тех задумок, которые будут реализовываться по союзному строительству. При этом, чем больше будет предложено привлекательного, тем выше будет степень интеграции в рамках Союзного государства. Это, прежде всего дело руководства.

Как вы считаете чего сейчас в решении этого вопроса больше: политики или экономики?

– Конечно, и Россия нуждается в политическом и экономическом партнерстве с Беларусью, но и Беларусь нуждается в постоянной, тесной поддержке своих интересов, как во внешней политике, так и в экономическом сотрудничестве. К сожалению, в последние годы мы увидели определенный уровень дисбаланса в реализации этих интересов.

В частности, в Беларуси всегда был актуален вопрос: раз у России так хорошо сложились отношения с США, то почему бы России не защитить Беларусь от постоянных нападок со стороны США?

Очень приятно, что в результате принятия новых санкций со стороны США и ЕС (прим. от www . soyuz . by в отношении Беларуси) Россия наконец сказала свое веское слово, что эти санкции неуместны и могут дестабилизировать социально-экономическое положение на территории республики. Это как раз реальное действие в рамках белорусско-российской интеграции. Естественно хотелось бы больше видеть таких действий, потому что Республика Беларусь всегда готова на подобные действия в полном объеме в интересах Российской Федерации.

Многие аналитики, указывая на распределение средств союзного бюджета (49% средств идет на обеспечение совместных военных программ), утверждают, что Союзное государство – военно-политический союз. Как, по-вашему, ограничивается ли союзное строительство лишь военно-политическим аспектом?

– Давайте, прежде всего, посмотрим на размер союзного бюджета – это около 200 млн. долларов. Это примерно 1/10000 от размера совместного ВВП Беларуси и России, то есть это очень маленькая цифра для того, чтобы считать, сколько от неё занимает военно-техническое сотрудничество.

Если взять товарооборот между Беларусью и Россией за прошлый год, который составил почти 28 млрд. долларов, то на этом фоне 200 млн. долларов небольшая сумма. Нельзя говорить, что это основа для военно-политического блока Союзного государства.

Речь идет о том, что, к сожалению, финансовое обеспечение строительства Союзного государства в данный момент очень незначительно.

Вы говорили о том, что многие страны опасаются прихода российских капиталов. Опасаются прихода не российских капиталов, а опасаются прихода олигархов, которые потом начинают преследовать свои интересы. Ведь никто не против, чтобы пришли российские государственные деньги. Когда я говорил о международных активах Российской Федерации, я имел ввиду то, что это государственные деньги. Если за ними нет пугающих широкую общественность олигархов, которые могут купить себе очередную яхту в момент кризиса. Этих людей естественно боятся по всему СНГ. В России, если судить по некоторым телепередачам, общественность тоже не очень любит олигархов. Если же будут российские государственные деньги, с которых они получат процент, прибыль и они соответственно принесут доход, то экономические обязательства США мне кажутся менее надежными, чем честное крупное предприятие, построенное на территории Беларуси в рамках союзнических отношений Беларуси и России.

На постсоветском пространстве постоянно ширится число интеграционных проектов. Не могли бы вы их комплексно сравнить с Союзным государством?

– Сравнивать нужно, потому что при наличии интеграционных проектов всегда присутствует элемент какой-то конкуренции, всегда присутствует элемент привлекательности того или иного проекта. Мы видим, что Союзное государство в очень непростое время выжило. Мы видим, что оно сохранилось, что оно сейчас, после некоторого сбоя, начинает более эффективно функционировать. Мы совершенно четко можем сказать, что Союзное государство по-прежнему нужно белорусскому и российскому народу.

Союзное государство необходимо сравнивать с другими формами интеграции и находить для него определенное место в этой интеграции. В данный момент на слуху, прежде всего Таможенный союз, и, как его результат, Единое экономическое пространство Беларуси, России и Казахстана. Мы видим, что это проект, который служит на благо Союзного государства, потому что тесная интеграция экономических комплексов Беларуси и России и определенные серьезные военно-политические обязательства дополняются очень активной плодотворной работой с привлечением уже третьего участника – Казахстана.

Сейчас союзное государство России и Казахстана, учитывая настроения в казахстанской элите, невозможно на том же уровне, что и Союзное государство России и Беларуси. Но в рамках Таможенного союза и ЕЭП определенные возможности для серьезной и тесной экономической интеграции, несомненно, существуют. В рамках формируемого ЕЭП эти интересы будут реализовываться. Таким образом, в рамках этого интеграционного процесса мы видим определенное сближение интересов Беларуси и России в коалиции с третьим участником – Казахстаном.

Можно смело утверждать, что ряд постсоветских государств с большим интересом наблюдают, как будут реализовываться Таможенный союз и ЕЭП. Будут ли получены преференции в сравнении с тем периодом, когда не было такой формы тесной кооперации и интеграции. Их интересует, какие преференции будут получены, в чем будет выгода каждого участника, нет ли какой-нибудь угрозы для суверенитета политического.

Если в ЕЭП все организовать по каждому пункту, который интересен для других стран, ответ будет положительный: да, перспективы будут хорошие. Это будет привлекательный имидж и для Таможенного союза и ЕЭП и, несомненно, для структур Союзного государства.

Неудивительно, что вы упомянули Таможенный союз. В связи с этим хочется спросить, не кажется ли вам, что Таможенный союз подменяет собой Союзное государство?

– Как я только что говорил, Казахстан не готов на ту степень интеграции, которая сейчас есть в Союзном государстве. Поэтому, при отсутствии такой готовности, этот проект не сможет поглотить слишком тесные отношения России и Беларуси, потому что между Россией, Казахстаном и Беларусью нет настолько тесных политических отношений.

Казахстан – это одно из крупнейших в мире государств по территории, с огромным количеством сырьевых ресурсов. Казахстан испытывает гораздо меньшую потребность в развитии отношении с Россией в области сырьевого потенциала, что очень привлекательно для Беларуси, где есть производство и, к сожалению, мало сырьевых ресурсов для развития без России. Эти аспекты, как экономические, так и политические, приводят к тому, что Таможенный союз и ЕЭП более интересны для Казахстана, чем союзное государство на троих. Поэтому, я не вижу никаких политических угроз для Союзного государства, прежде всего, в рамках Таможенного союза и ЕЭП.

Как вы считаете, что ещё предстоит сделать чиновникам Беларуси и России для развития Союзного государства, необходима ли корректировка стратегии и подходов?

– Каждый месяц, каждый год правительство любой суверенной страны должно посмотреть, что случилось в мире, и в зависимости от этого менять стратегию и тактику.

В мире происходит огромное количество перемен. В результате глобализации возникают совершенно новые формы интеграции, хозяйствования, риски для развития финансовой системы. Экологический фактор становится совершенно непредсказуемым. Постоянно происходит много всего нового, что опытные государственные стратеги должны учитывать при корректировке стратегий и концепций. Без этого в современном мире просто напросто нельзя.

Можно предложить именно те проекты, которые будут повышать имиджевый статус Союзного государства. Потому что, когда смотрят с другой стороны на союз Беларуси и России, видят огромную Россию и крохотную, в сравнении с ней, Беларусь. В этой ситуации вопрос стоит не в том, что Беларусь сделает для России. Вопрос стоит в том, что это гигантское экономическое и политическое образование, ядерное государство, член Совбеза ООН сделает привлекательного для Беларуси. Мяч, прежде всего, на российской стороне. Беларусь никогда не подводила Россию по серьезным вопросам. Какие честные преференции, которые окупятся, как когда-то окупились преференции поднятием производства в Беларуси и России, будут предоставлены Беларуси? Российская Федерация по политически, экономическим, инвестиционным возможностям – один из крупнейших игроков в мире с потенциалом войти в тройку крупнейших игроков XXI века в мировой геополитике и экономике.

Российская сторона может предложить очень много интересных вещей. Напоминаю, что белорусская сторона неоднократно предлагала раньше и добычу нефти и газа на территории России. К сожалению, это приходится делать на территории Венесуэлы и рассматривать аналогичные проекты в Иране и Азербайджане. У нас нет до сих пор предложений от российской стороны о разработке нефтегазовых месторождений на определенных условиях.

Вы сами подумайте, будет ли для стран заинтересованных в кооперации с Россией в области сырья интересна возможность Беларуси в рамках Союзного государства в добыче необходимого углеводородного сырья? Отсутствие данной возможности, о каких выводах в кооперации с Россией свидетельствует, к сожалению, об отрицательных.

Возможностей много. К примеру, когда Россия идет в какое-либо латиноамериканское государство, почему бы не позвонить в Минск и не пригласить какое-нибудь профильное предприятие с эквивалентным процентом. Мы знаем, что российская экономика в 20 раз больше белорусской, почему бы не дать белорусской стране в каком-либо проекте 5%. В ответ, естественно, и Беларусь, придя куда-то и занимаясь проектом, позвонит в Москву. В результате по всему миру будет возникать множество союзных белорусско-российских экономических проектов, где каждая сторона будет иметь свой экономический интерес. Таким образом и строятся интеграционные образования, которые могут функционировать веками. Все это выстраивается мудрыми политическими жестами на основе, прежде всего, щедрости друг к другу, потому что от друга не ждут ссудного процента, от друга ждут взаимной помощи и надежности по всем насущным вопросам.

Беседовал: Андросик Станислав

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie