Хлебные крошки

Статьи

Культура
Культура

Леонид Викторов

Когда один в поле воин

Виктор Кулаков – борец за спасение исторической памяти России

Герой Хэмингуэя Гарри Морган говорил: "Человек один ни черта ни может". У нас тоже есть поговорка, гораздо более давняя – "Один в поле не воин". Так вот, всей своей жизнью Виктор Евгеньевич Кулаков слова эти опроверг начисто. Недаром его ценил Петр Дмитриевич Барановский. Сам Барановский за свою жизнь спас столько церквей и памятников архитектуры, что другим бы это хватило на столетие. В страшные для "памятников культа" времена он беспрерывно реставрировал, обмерял, боролся, восстанавливал. До сих пор многие уверены, что именно благодаря несгибаемости этого человека Сталин так и не решился снести собор Василия Блаженного.

Глаз у Барановского был поразительный. Он умел разглядеть под бастионами кирпичной кладки старинные наличники, умел найти первозданные основы памятников архитектуры. Такой же глаз у него был и на людей. Вот и разглядел он в молодом автослесаре будущую легенду Смоленщины, директора знаменитых на весь мир мемориалов Грибоедова и Нахимова, яростного борца за спасение исторической памяти России Виктора Кулакова.

Самое главное, что сделал этот поразительный, страстный, не признающий слова "нет" и открывающий двери любых кабинетов человек – восстановил из руин усадьбу Грибоедовых Хмелита под Вязьмой. Именно главному подвигу его жизни в основном и посвящена книга многолетнего главного редактора альманаха "Памятники Отечества" Сергея Разгонова "Дым Отечества: "Вечера на хуторе близ Хмелиты", только что увидевшей свет в московском издательстве "ИНКОМБУК".

Как все получилось, как возник роскошный бирюзовый барочный дворец в смоленских лесах, как превратилась Хмелита, некогда принадлежавшая дяде автора "Горя от ума", знаменитому на всю округу хлебосолу Алексею Федоровичу Грибоедову, в крупнейший научный и музейный центр, как из руин восстала красивейшая усадьба, и сколько сил положил на это Виктор Евгеньевич – обо всем эта книга. Как и о том, что может сделать человек по-настоящему одержимый.

Никита Михалков однажды сказал, что если к энергии Кулакова подключить электростанцию, то Вязьме хватит света на много лет. Руины усадьбы, навевавшие тоску своими романтическими стенами, порождали разве что многочисленных плакальщиков по погибшей дворянской России. Кулаков совершил невозможное. Он почти через день мотался в Москву и обратно, он составлял проекты, убеждал, доказывал, на своем горбу таскал стройматериалы. И, постепенно, вслед за кровлей, как в сказке, встали стены. Усадьба стала жить.

Но, как выяснилось, для музея этого мало. Музей – это ведь еще фонды, штатные единицы. И масса, масса других проблем. И опять он все это решил. Убедил искусствоведов и музейщиков перебраться в смоленскую глушь. И стал создавать экспозицию.

Все шло постепенно, но по тогда казавшимися незыблемыми советским порядкам, с немыслимой скоростью. Грибоедов, как известно, полжизни провел в дороге, от предметов его быта почти ничего не осталось. А что было – намертво лежало на постоянном хранении в музеях и архивах. Однако и здесь Виктор Евгеньевич не желал признавать никаких препятствий. Скупал, убеждал подарить. И постепенно стало складываться собрание. Здесь и уникальные рукописные списки "Горя от ума", и гравюры английского художника Аткинсона, в самом начале ХIХ века отправившегося в загадочную Россию работать над серией гравюр "Рисунки, изображающие обычаи, костюмы и развлечения русских". А как не упомянуть реконструкцию библиотеки Грибоедова, проведенную сотрудниками и директором. Часы, мебель, старинные люстры, предметы быта и, конечно, тщательное воссоздание атмосферы золотой пушкинской эпохи – все это и обусловило победу Кулакова. 10 сентября 1990 года постановлением Совмина РСФСР был создан государственный историко-культурный и природный заповедник Хмелита.

Самой собой – заповедник – не только усадьба. Это и другие историко- архитектурные памятники – дома, курганы, озера. В этот регион и попало село Городок, совсем недалеко от Хмелиты. Именно там 23 июня 1802 года у отставного майора Степана Нахимова родился сын Павел, через 53 года погибший на Малаховом кургане. Адмирал, никогда ни кланявшийся ни пулям, ни снарядам. Человек, ставший легендой и символом мужества еще при жизни.

Фантастическая энергия Кулакова снова достигла своего результата. Дом Нахимова не сохранился, но музей великого полководца сегодня все-таки создан. В день двухсотлетия со дня рождения флотоводца мемориальный дом был открыт. В присутствии делегаций всех флотов России открылся музей и там, где некогда стояла маленькая усадьба Нахимовых, был поднят огромный поклонный крест.

Но земля Вязьмы – это не только память давно минувших времен. Здесь происходили не столь давние события, до сих пор обжигающие любого, кто о них вспоминает. Здесь в октябре 1941 г. немецкие войска замкнули кольцо вокруг частей Красной Армии. Здесь их танки не могли пройти дальше благодаря непреклонности советских солдат, изумлявших фашистов своим мужеством. Здесь, на Богородицком поле, полегли десятки тысяч наших воинов. И опять и опять бьется в высоких кабинетах Кулаков, чтобы эта земля была признана святой не только нами, и но всем миром. Чтобы и здесь был мемориал. Достойный памяти великой трагедии и великой храбрости.

И – в завершение. Книга Сергея Разгонова написана ясным, строгим и четким языком. Эта проза человека старой школы, чувствующего ответственность за каждое свое слово. И недаром она посвящена Виктору Евгеньевичу Кулакову.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie