Хлебные крошки

Статьи

Азия
Политика

Александр Колчанов

Конституция новая, проблемы старые

Не так давно в Афганистане завершила свою работу Лойя Джирга – Всеафганская ассамблея, на которой была принята новая конституция страны

4 января в Афганистане завершила свою работу Лойя Джирга – Всеафганская ассамблея, на которой была принята конституция страны. Депутаты простым большинством приняли основной закон, открывающий дорогу к президентским и парламентским выборам уже в этом году. Еще до начала Лойи Джирги президент Афганистана Хамид Карзай и люди из его ближайшего окружения не скрывали важности этого события. Для Карзая принятие конституции и проведение президентских выборов не просто имитация демократического процесса. Это, прежде всего, решительный шаг к централизации системы управления и упрочению своей власти в стране.

Начало работы Лойи Джирги не давало кабульским властям никакого повода для оптимизма. На ассамблее случилось именно то, чего опасались специалисты: вокруг депутатских групп этнических таджиков, узбеков и хазарейцев произошло сплочение всех недовольных политикой Карзая. Исламские фундаменталисты и демократы, примкнув к представителям афганских меньшинств, выступили категорически против проекта конституции. И это несмотря на то, что за две недели до начала Лойи Джирги люди Карзая и американские дипломаты в Кабуле пытались открыто купить недовольных. Одним были обещаны деньги, другим – государственные посты, третьим – внесение незначительных поправок в проект конституции.

Однако более 200 депутатов из 500, прибывших на Лойю Джиргу, сразу же обратились к всеафганскому форуму с петицией, в которой призвали пересмотреть регламент его работы. Они потребовали провести общенациональный референдум по вопросу принятия конституции и лишить полномочий 50 делегатов Лойи Джирги, назначенных волевым решением президента Карзая. Западные журналисты начали говорить об этническом расколе, охватившем в Афганистан.

Что же произошло? Чего добивались оппозиционные группы, координатором действий которых стал один из лидеров Северного альянса и бывший президент Афганистана Б.Раббани? Сыр-бор начался вокруг главного вопроса повестки дня – форме правления в новом афганском государстве. Американцы и Карзай выступили за централизованную президентскую республику и приоритет демократических ценностей. Оппозиция же поддержала парламентскую систему с сильным парламентом и премьер-министром, ограничивающим власть президента, и выступила за широкую автономию провинций и опору на исламский свод законов – шариат.

Для Карзая централизованное государство с сильной президентской властью означает многое. Прежде всего, это дает реальную возможность разоружить непокорных лидеров провинций, не желающих подчиняться Кабулу. Кроме того, процесс объединения страны может стать и серьезным условием для привлечения иностранных инвестиций в экономку Афганистана и восстановление мирной жизни. Как настаивают западные спонсоры, все это должно происходить на фоне строительства в стране светского, демократического государства.

Для американцев упрочение позиций своего ставленника Карзая дает возможность не только отчитаться перед налогоплательщиками об успешном ходе контртеррористической операции в Афганистане, но и переложить основную нагрузку по борьбе с "Аль-Каидой" и "Талибаном" на плечи самих афганцев. На фоне активизации террористической деятельности талибов в южных провинциях Афганистана такой маневр Вашингтона выглядит как никогда своевременным. Кроме того, среди простых афганцев с каждым днем ширится недовольство присутствием на своей земле иностранных войск. В такой ситуации только Карзай способен гарантировать американцам преемственность своего проамериканского политического курса.

Очевидно, что за два года боев все усилия американских военных установить контроль над южными и юго-восточными провинциями страны ни к чему не привели. Власть Хамида Карзая распространяется пока только на Кабул и на центральные районы Афганистана. Сегодня и американцы, и партия афганского президента просто обязаны предпринять титанические усилия для исправления ситуации. В качестве главного инструмента реализации своих планов они видят сосредоточие всей полноты власти в руках Хамида Карзая.

В свою очередь для оппозиции сильный президент, тем более пуштун Карзай, означает конец вольницы, царившей в стране с начала восьмидесятых годов прошлого столетия. Полевые командиры, получившие практически неограниченную власть в своих регионах и взявшие контроль над наркотрафиком, не желают делиться с Кабулом не только властью, но и деньгами. Кроме того, таджики и узбеки, считающие себя кузнецами победы над талибами, опасаются того, что с упрочением позиций пуштунов в Афганистане заметно ослабеет их влияние на жизнь страны и принятие важных военно-политических решений. Не случайно лидеры бывшего Северного альянса во всеуслышанье заявляют о том, что президентская республика – это первый шаг на пути реализации диктаторских амбиций Хамида Карзая. И, в общем, они не так далеки от истины.

Исламские фундаменталисты тоже не в восторге от принятой конституции, хотя их в меньшей степени заботит форма правления в стране. Они видят в реформе исполнительной власти не только уступки извечному врагу – американцам, но и угрозу исламскому порядку и привычным устоям жизни афганских племен. Для них все попытки Карзая протащить американский проект конституции означают прежде всего отход от веры и отказ от многолетних усилий по созданию в Афганистане исламского государства. Именно на этой почве произошло объединение мусульманских радикалов с таджиками, узбеками и хазарейцами, несмотря на некоторую абсурдность подобного союза.

На таком фоне почти три недели в зале Лойи Джирги шел ожесточенный политический торг. Американцы "бросили в бой" политических тяжеловесов во главе с послом США Залмаем Халилзадом. В своих пространных заявлениях американский дипломат не скрывал, что имеет большое влияние на президента Карзая, а также намекал оппозиции, что способен добиться от него "значительных" уступок. Естественно, все это происходило на фоне гремучего коктейля из фраз о торжестве демократии и свободе выбора афганцев. При этом Халилзад не забывал жестко проводить линию на необходимость принятия президентского проекта конституции, связывая это с размером американской экономической и военной помощи Афганистану. То, что американцы приложат максимум усилий для того, чтобы протащить свою идею, не вызывало никаких сомнений. В преддверии президентских выборов в США для Вашингтона это вопрос жизни и смерти.

Кроме того, на кону стоят огромные деньги: речь идет почти о 4,5 миллиардах долларов, которые Штаты намерены инвестировать в Афганистан в случае победы проамериканской партии. В такой ситуации самые отчаянные оппозиционеры вынуждены охладить свой пыл. Восточная расчетливость и прагматичность – вот две кита, на которых сыграли американские политтехнологи. Одновременно с этим афганская элита прекрасно осознает, на чьих штыках держится ее эфемерная власть. О том, что "Талибан" до сих пор силен, говорит и то, что за несколько дней до начала работы Лойи Джирги американский спецназ начал широкомасштабную военную операцию "Лавина" на юге Афганистана. Ответом на нее стали многочисленные теракты по всей в стране, в том числе и в Кандагаре, когда при взрыве машины погибло по разным данным 15 школьников. В такой ситуации Карзай уверенно разыграл свою партию и протащил необходимый ему как воздух проект конституции.

Несмотря на все протесты непримиримых, делегаты Лойи Джирги проголосовали за президентский вариант основного закона. В соответствии с ним президент выбирается прямым голосованием, и ему принадлежит вся полнота исполнительной власти в стране. Ему подчиняется вся военная организация государства, его решения обязательны для исполнения губернаторами провинций. Новые президентские выборы пройдут, скорее всего, уже осенью этого года. Почти ни у кого не вызывает сомнений, что фаворитом предвыборной гонки станет Хамид Карзай.

Как отмечают специалисты, главной особенностью принятой афганской конституции стала попытка соединить демократические идеалы с традиционными исламскими ценностями. Подобная эклектичность документа явилась результатом политического компромисса, достигнутого между основными игроками – президентом, американцами и афганской оппозицией. Так, Афганистан официально объявлен исламским государством при верховенстве гражданского права. При этом в качестве уступки исламистам в конституции подчеркивается, что законы страны не должны противоречить основным принципам ислама. Другим важным шагом навстречу оппозиции стало признание узбекского и таджикского языков (наряду с пушту) в качестве официальных языков Исламской Республики Афганистан.

Согласно принятой конституции, Афганистан должен придерживаться международных законов в области прав человека. Впервые в основном законе страны признаны и равные права для женщин. Более того, конституция предоставляет им 25 процентов мест в нижней палате нового двухпалатного парламента. Комментируя принятие конституции ИРА, специальный представитель генерального секретаря ООН в Афганистане Л.Брахими отметил: "Совершенна ли эта конституция? Скорее всего, нет. Будет ли она подвергнута критике? Боюсь, что да, и как внутри Афганистана, так и за его пределами".

Независимые обозреватели уже сегодня говорят о том, что новая конституция ИРА – в большей степени протокол о намерениях, а не руководство к действию. Вряд ли афганская оппозиция смирится с поражением на Лойе Джирге и с доминированием пуштунов в общественно-политической жизни страны. Крайне проблематичным специалистам представляется и добровольное разоружение полевых командиров, а также признание губернаторами провинций верховенства Хамида Карзая и стоящих за ним американцев. В такой ситуации Афганистан ожидают трудные времена. Дальнейшее обострение клановой борьбы, активизация террористической деятельности талибов, неизбежные жертвы и обнищание населения будут повсеместно сопровождать попытки Карзая монополизировать власть в стране.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie