Хлебные крошки

Статьи

Внутриполитический процесс в России
Общество
Россия

Сергей Черняховский

Личное мнение

Чьих авантюр он жертва…

Михаил Ходорковский ответил на вопросы пользователей сайта радиостанции «Эхо Москвы».

Говорить о Ходорковском сложно: он в заключении – а говорящий на свободе. И он ведёт себя, в общем-то, достойно – а как повёл бы себя говорящий, ещё неизвестно…

Но что интересно: Ходорковский – в заключении; однако у него вполне полноценная политическая деятельность – публикует статьи, ведёт публичную переписку со значимыми фигурами, даёт и публикует интервью в популярных СМИ, в которых критикует власть, прочит ей бесславный конец, даёт политические советы союзникам.

Как человек и бизнесмен он от общества и бизнеса изолирован. Но от политической деятельности – вовсе не изолирован. Очень странное положение для политического противника.

Понятно, когда политический оппонент сидит в тюрьме, пишет молоком письма на обрывках рубахи – и на воле его публикует подпольно выходящая и изымаемая полицией газета.

Понятно, если на воле публикуется в легальных оппозиционных изданиях.

Но вот когда он в тюрьме ведёт свою борьбу против власти и его публикуют легальные СМИ – это уже непонятно.

Он приговорён к лишению свободы – и пользуется полной свободой политической деятельности.

Он имеет возможность публичных выступлений – оглашает свою позицию. Это политическое действие, на которое можно и приходится реагировать.

Не потому что оно критично или опасно для власти (нынешнюю власть есть за что критиковать) – а потому что оно как минимум спорно и, в общем-то, опасно для России.

В его ответах на сайте «Эха Москвы» можно выделить три существенных программно-политических момента.

Первый – постоянно повторяющееся утверждение, что все беды России от того, что она пытается остаться империей, тогда как нужно стать национальным государством.

Второй – неоднократное обещание России грядущей революции (какой? и что люди «либеральной направленности» имеют в виду под этим словом?).

Третий – призыв к России воспроизводить у себя «современные европейские» политико-государственные формы.

Что такое Империя? И что такое национальное государство?

Империя – это не ругательство. И не «империалистическое государство».

Это государственно-политическое устройство, обладающее, среди прочего, характерными чертами:

– обширной территориальной основой,

– сильно централизованной властью,

– наличием общего политического проекта,

– разнородным этническим, культурным и национальным составом.

Империи возникают там и тогда, где и когда в силу определённых, особенно экономических и транспортных, причин данная территория требует единства, а населяет её множество этносов.

Империи бывают двух родов – построенными на завоеваниях и построенными под реализацию некоего общего цивилизационного проекта.

Национальное государство – обычно с компактной территорией, населённое в основном одной нацией, которая может носить и моноэтнический, и полиэтнический характер.

«Империя» и «национальное государство» не противоречат друг другу.

Государство может соединять в себе в той или иной степени черты и одного, и другого. Как, например, США – с их американской нацией и множеством этнических составляющих. Как Великобритания – с её Шотландией, Англией, Уэльсом и Северной Ирландией.

Как, кстати, и СССР с его полутора сотнями этносов и почти сформировавшейся, но не провозглашённой «советской нацией».

Что означает призыв Россию из «империи» (т. е. многонационального государства) переделать в «национальное»?

Даже если пока уйти для простоты от вопроса, по какому признаку Ходорковский планирует определять национальную принадлежность.

Он как будто пишет, что по «культурному» – важный, кстати, компонент национальной идентичности.

А вот как? Путём сдачи экзамена на чтение наизусть «Евгения Онегина?»

После 20 лет того, что он называет «революционными реформами», русскими могут оказаться лишь те, кто закончил школу до 1985 года.

Переделать Россию из многонационального государства в «мононациональное» – это осуществить лозунг «Россия для русских» и выгнать из неё остальных, от чеченцев и татар до белорусов и украинцев.

Если даже исходить из официальной версии, согласно которой таких в стране лишь одна пятая (на деле – больше половины), вряд ли нужно объяснять и описывать, что это будет означать на практике.

Если же это сделать и удастся – скоро выяснится, что официальная нация делится на массу народностей и субэтносов: южнорусскую, центрально-русскую, москвичей, сибиряков, северо-западную (это примерно от Пскова до Кирова), казаков и поморов. Как минимум.

Другой путь – объявить всех жителей «русскими». Ни чеченцы, ни татары, ни даже украинцы записывать себя русскими не согласятся. И тогда их придется ставить перед выбором – либо ты русский, либо ты мёртвый. Как это делается на практике, в начале XX века показывала Турция. И до сих пор все, кроме неё, считают это геноцидом.

Ходорковский призывает это повторить в России?

Третий вариант переделывания России в мононациональное государство – образование Республики Русь. Отсоединение «чисто русских земель» от населённых инородцами.

И здесь налицо будет и проблема определения «русскости», о которой речь шла выше, и проблема проявления субнаций и субэтносов.

Только всё это будет идти уже на значительно меньшей территории. Западнее Поволжья и много севернее Кавказа. Потому что ни последнего, ни Поволжья, ни Урала, ни Сибири в составе Республики Русь не будет.

Если бы Ходорковский во всех остальных отношениях был ангелом, лишь за эти идеи он вполне заслуживал бы срока заключения: за разжигание национальной розни, призыв к гражданской войне и деятельность, направленную на нарушение территориальной целостности России.

Он утверждает: «Пока у России остаётся имперский синдром – демократии не будет. Пора признать, что мы – не Империя, а национальное государство!» То, к чему он зовёт – это на деле:

– кровавая межнациональная бойня,

– раздел России на множество частей (любимая идея Бжезинского),

– погружение России в такую смуту и упадок, что ей вряд ли уже придётся даже мечтать встать в один ряд с передовыми странами.

Второй тезис Ходорковского – пророчество в будущем России революционной смены власти.

Революция, сама по себе – это дело совсем неплохое. Революция – качественный прорыв в развитии, скачкообразный переход на более высокую ступень развития. Прорыв в будущее.

Революция – это в первую очередь созидание, строительство новых форм жизни. Причём в режиме, когда общество за годы проходит столетия исторического пути. В этом смысле России просто необходима революция. Но не обрушение и не смута.

Что сегодня в России термин «революция» стал использоваться в смысле «смута» и «разрушение» – следствие его спекулятивного использования в последние 25 лет.

Революция может идти и через революционную смену, свержение власти. Вопрос – кто и кого свергает?

Смена может быть как революционной, так и контрреволюционной.

Власти нужно напоминать, что она может быть свергнута. Потому что революция происходит тогда, когда власть много думает о себе и мало – о народе, забывая о проблемах граждан.

Чтобы не быть свергнутой – она должна думать о решении проблем большинства, а не о защите предпочтений политического меньшинства, недовольного своим политическим банкротством.

Не будет в России власть думать об интересах работающего большинства – будет свергнута, рано или поздно.

Но Ходорковский-то говорит не об этом. Он говорит, что до власти не допускается известная политическая генерация. Он перебирает стандартный лексикон этого известного маргинализированного политического течения.

«Бюрократизация» для него – когда власть с ними не соглашается и действует, игнорируя их диктат.

«Коррупция» – это обычно означает, что они недовольны, что коррупционные потоки идут не через них, а через других.

«Права человека» – это права этого политического течения постоянно устраивать обструкцию тем решениям власти, которые их не устраивают, и право быть защищёнными от ответа своих политических оппонентов.

«Независимый суд» – суд, который будет выносить решения в их пользу. При вопросе: «От кого независимый?» – они ответят: «От власти». А должен суд быть зависимым от закона, интересов государства и воли народа? Для них – нет. Для них он должен зависеть только от их требований и интересов. Быть таким, каким он был в 1990-е годы.

«Разделение властей» – для них означает такое положение, когда они могут, воздействуя на одну ветвь власти, блокировать невыгодные им решения другой. Именно этим лозунгом они в 1989–1991-м блокировали действия союзного руководства. А в 1991–1993-м – оправдывали игнорирование законов и борьбу против представительной власти.

Ходорковский признаёт, что в 1993 году они перешли грань, которую переходить было нельзя. Но именно поддерживаемое им политическое течение создало в России институт бесконтрольного президентства. Сегодня оно обвиняет власть, что она эту политическую водородную бомбу у них отобрала.

Теперь и сам Ходорковский пишет: «Мне известны совершенно чудовищные истории, которые являлись результатом гайдаровских реформ. Да и самому пришлось много чего разгребать».

Только эти истории стали возможны за счёт разделения властей в таком понимании, когда исполнительная власть была освобождена от ответственности перед представительной. В ходе того, что он называет «революционными реформами». И что, собственно, он под ними понимает?

«Было ли начало Вашего бизнеса безупречно чистым? Стыдитесь ли Вы чего-нибудь сделанного за период карьеры?» – спрашивают его.

«Люди, уверенные в своей безупречности, меня пугают. И, конечно, было много всего, чего, повзрослев, начинаешь стыдиться. Но и подходить к эпохе революционных реформ с мерками обычного времени – ошибка», – отвечает он.

А это – про «грядущую революцию»: «И тогда наступит новый этап революционных реформ».

То есть та революция, что он обещает – это повторение 90-х? Второй «Великий Хапок»?

Третий тезис Ходорковского: Россия – европейская страна. Страна европейской культуры. И потому должна воспроизвести у себя европейские государственные формы. И не должна изобретать особый свой путь.

Россия, безусловно, европейская страна и страна европейской культуры. Только и Европа, и европейская культура – вещи очень разнообразные.

Испанская культура разнится с норвежской, финская с албанской. От Англии не требуют, чтобы она ввела кодифицированное право и Кодекс Наполеона. Никто не требует ввести в Германии французскую президентскую республику – и не ждёт, чтобы Франция стала из национального государства федерацией германского типа.

Каждая из европейских стран уникальна. И различия между нынешней Россией и Францией – не больше, чем различия между Англией и ФРГ.

Ходорковский, правда, уточняет: «Россия вполне готова стать национальным правовым государством европейского типа».

«Наша культура – европейская, а значит, и путь развития – европейский. Современная европейская модель – социальный либерализм на базе экономики знаний и правовое государство».

Можно ли в полном смысле слова считать правовым английское государство с его прецедентным правом?

Да и часть европейских стран скорее выстроены не на социал-либерализме, а на социал-консерватизме. В первую очередь – ФРГ, отчасти – Англия. Франция – гибрид миттерановского социализма и саркози-деголлевского консерватизма. Норвегия и Швеция – скорее социал-демократии.

Главный признак либерализма XX века (то есть социал-либерализма) – поступательный отказ от рыночной экономики. Если Ходорковский призывает Россию к этому – можно лишь солидаризироваться.

Экономика знаний, кто против? Если речь идёт об экономике не «менеджеров и брокеров», а «учёных и инженеров». Но именно те «революционные реформы» 90-х, к которым он зовёт, и были временем уничтожения экономики знаний.

И Конституция 1993 года, которую он признаёт порочной, списана частью с немецкой, частью с французской. А её преамбула – с американской конституции.

Вообще – делать политические институты «как у кого-то» – это во многом признак туземного сознания.

Надо делать так, как нужно твоей стране – отбирая и из чужого опыта подходящее. Творчески отбирая, критически.

«Особенность России – в креативности нашего народа. Нас судьба приучила искать и находить неожиданные решения», – пишет Ходорковский.

Только раз уж мы признаём народ нашей страны носителем креативности – то и нужно делать так, как считает нужным он. Как требует большинство людей труда. А не как диктуют шалящие на улицах ватаги «разбойников-правозащитников».

Жертвой авантюр которых, в конечном счёте, стал и Михаил Ходорковский. И по-человечески его жаль.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie