Хлебные крошки

Статьи

Непризнанные республики
Политика

Мандариновая революция. Ждем-с?

Точка зрения

Выступая 26 января с.г. на зимней сессии Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) президент Грузии Михаил Саакашвили озвучил новую модель урегулирования грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов. Предложение Тбилиси при этом предполагает восстановление территориальной целостности страны при предоставлении Сухуми и Цхинвали максимальной автономии. Предлагаем вашему вниманию комментарий на эту тему обозревателя "Союзной Газеты" Павла Сергеева.

Чего не договаривает Тбилиси?


Изначально оговорюсь: предложение грузинского президента вряд ли можно назвать новым. Схожие по сути и практически также лишенные конкретики предложения Тбилиси выдвигает еще с середины 90-х годов. Не стало в этом плане исключением и нынешнее выступление Саакашвили в Страсбурге – привычно эмоциональное и, к сожалению, привычно общее. При этом грузинский лидер уклонился от каких-либо конкретных предложений по урегулированию конфликта с Абхазией, а перспективы нормализации отношений с Южной Осетией свел к мало или ничего не значащим формулировкам, типа: "Мы намерены предоставить Цхинвали намного более широкую и справедливую автономию, чем та, что была у этого региона в период Советского Союза и чем есть в настоящее время у соседней автономии Российской Федерации Северной Осетии".

То, что в Тбилиси ведут речь о неизбежности поэтапного восстановления территориальной целостности Грузии, в целом, можно только приветствовать. Понять и оценить можно и то, что в качестве первого этапа приложения своих усилий грузинские власти избрали Южную Осетию. Настораживает лишь то, что замечательный во всех отношениях посыл в адрес этой мятежной автономии, увы, не подтвержден ни одним конкретным предложением, которое могло бы всерьез заинтересовать другую сторону. В самом деле, Цхинвали и сегодня обладают еще только обещаемыми Тбилиси органами исполнительной и законодательной власти, а местный парламент и без того контролирует куда более широкий круг вопросов, чем тот, полномочия по которым ему готовы делегировать. Обещание предоставить жителям региона "свои голоса" в грузинском правительстве и суде также вряд ли может показаться им заманчивым, как, впрочем, и декларируемая готовность на государственные субсидии фонды для развития культурных традиций и сохранения осетинского языка. Реальные полномочия и дееспособность этих "голосов" не понятна, а состояние грузинского бюджета вряд ли позволит эффективно финансировать статьи, связанные с развитием этнокультур.

И еще одно: выступая в Страсбурге, Михаил Саакашвили заявил, что грузинская сторона уже в ближайшее время планирует начать процесс реституции и решить вызванные конфликтом имущественные вопросы, что, по абсолютно ясным причинам, вряд ли будет способствовать сохранению спокойствия в отношениях между двумя сторонами. Уж очень болезненны подобные "разборки".

Не договаривает грузинский президент и того, что для достижения своих целей Тбилиси готов пойти на дальнейшую интернационализацию нынешних конфликтов. Сегодня эта идея подается в "мягкой упаковке" очередного продления мандата миссий ОБСЕ и UNOMIG в Грузии и призыва к "общему руководству процессами со стороны не только Евросовета, но и Совета Европы", но полностью исключает посреднические усилия России, на которых настаивают и Сухуми, и Цхинвали…

О чем говорит Цхинвали?


"Обсуждение статуса Республики Южная Осетия на сегодняшний день не стоит на повестке дня", – заявил президент этой самопровозглашенной республики Эдуард Кокойты, комментируя выступление своего грузинского коллеги в Страсбурге. По его словам, предложения Саакашвили, в которых он "не видит ничего нового и конструктивного", являются не более чем "отвлекающим маневром" от претензий, выдвинутых ПАСЕ грузинскому руководству, и содержат в себе скрытые угрозы применения силы в случае, если Цхинвали откажется от их безропотного принятия.

По заявлению Кокойты, руководство Южной Осетии выступает за продолжение мирного диалога с грузинской стороной, но предпочитает вести переговоры с представителями "партии мира" в лице Зураба Жвания и Георгия Хаиндрава и не приемлет диктата. Югоосетинский лидер также призывает Тбилиси учитывать общеизвестные реалии, в том числе то, что 95 процентов населения автономии являются гражданами России, и не заводить нынешние грузино-осетинские отношения в тупик. "Необходимо искать более конструктивные подходы к разрешению конфликта", – подчеркивает Э.Кокойты и предлагает "не форсировать события" в угоду собственных амбиций или достижения сиюминутных целей…

Что слышно в Сухуми?


Еще более сложный характер в настоящее время носят практически полностью прерванные еще в сентябре прошлого года отношения между Тбилиси и Сухуми. И избрание новым главой самопровозглашенной республики Сергея Багапша, женатого на грузинке и недвусмысленно обвинявшегося в ходе затянувшейся президентской гонки в "связях с Грузией", при этом вряд ли приведет к кардинальному изменению позиций сторон.

В ходе своего первого официального визита в Москву в качестве уже легитимного президента Багапш четко и однозначно обозначил позицию Сухуми. Отклонив вероятность личной встречи с Саакашвили, видеться с которым "ради знакомства" он не намерен, абхазский лидер заявил, что "в плане переговорного процесса можно нормально относиться только к тем предложениям, которые устраивают абхазскую сторону, но то, что нас не устраивает, мы обсуждать не будем". По его словам, "всем нужно понять одно, что народ Абхазии в 1999 году на референдуме 12 октября сделал свой выбор за независимость республики, и от этого мы не уйдем". Более того, касаясь наиболее болезненной для Тбилиси проблемы возвращения грузинских беженцев, Багапш отметил, что на фоне нынешних отношений между двумя сторонами "возвращения беженцев куда-либо, кроме Гальского района, не будет".

Логичная и вполне прогнозируемая в общем-то позиция Сухуми, тем не менее, вызвала шок в Тбилиси. Выступая на сессии ПАСЕ, явно проинформированный о позиции Багапша Саакашвили не сумел сдержать раздражения и заявил, что мирное урегулирование грузино-абхазского конфликта невозможно. "Абхазия ушла из-за стола переговоров, – указал грузинский лидер, назвал отношения между Тбилиси и Сухуми "драматическими" и в очередной раз не удержался от выпада в сторону России. "Россия не лучшим образом влияла на ситуацию вокруг Абхазии и Южной Осетии, – заявил он.- Если бы не влияние России, эти конфликты давно были бы разрешены"…

О чем многие поговаривают?


Откровенно "подставившись" в период президентских выборов на Украине, мы, похоже, многих сумели убедить в том, что с нашим мнением при решении проблем на постсоветском пространстве можно не особенно считаться. Стоит ли в этой связи удивляться тому, что сегодня эти самые "многие" решили заняться "наведением порядка" на территории бывшего СССР.

В то время, когда в Москве с упоением слушают рассказы Кокойты и Багапша о том, что в Сухуми и Цхинвали действует законодательство РФ и продолжается формирование местных отделений российских политических партий, за рубежом всерьез обсуждается само будущее этих автономий. Совет Безопасности ООН при этом рассматривает правовые аспекты конфликтов и выступает с требованием незамедлительного возобновления переговорного процесса "в направлении поиска компромиссов при разграничении полномочий в рамках международно признанных границ Грузии". Совет Европы акцентирует внимание на экономической составляющей проблемы и принимает решение не отставать от Евросоюза "в многостороннем посредничестве по окончательному урегулированию грузино-абхазского и грузино-югоосетинского конфликтов". Аспекты безопасности при "наведении порядка" давно и детально обсуждают и в рамках ОБСЕ, и в штаб-квартире НАТО, и в министерстве обороны США.

Воевать за восстановление территориальной целостности Грузии, естественно, никто не будет, однако, поговаривают, проблема эта решится и без применения столь радикальных средств. Если не бархатом, розами или оранжевыми шарфами, то, например, мандаринами…

Что может сказать Россия


Представляется очевидным, что Россия не будет обладать стратегической инициативой до того момента, пока наша политическая элита не сформулирует, наконец, единых внешнеполитических приоритетов, основанных на ясном понимании национальных интересов страны, которые настоятельно требуют сохранения нашего влияния на Южном Кавказе, в целом, и в Грузии, в частности. Влияния, кстати говоря, не на нынешнем уровне, все более ограничивающимся дипломатическими демаршами, формальным военным присутствием и тщетными попытками формировать локальные политические элиты. Речь нужно вести о гораздо более эффективном и действенном, не ущемляющим, естественно, суверенных прав соседних стран. И неправда, что это возможно исключительно при наличии каких-то немыслимых финансовых средств, которыми мы-де не располагаем. В распоряжении России имеется вполне адекватный арсенал сил и средств сохранения и расширения своего влияния в регионе.

Понятно, что Москва не должна и не может бросить на произвол судьбы Абхазию и Южную Осетию. Ведь на их территории живут десятки тысяч российских граждан. По мнению все большего числа отечественных политологов, необходимо не просто активизировать российское участие в процессе урегулирования конфликтов между Тбилиси, Сухуми и Цхинвали, а перехватить стратегическую инициативу в переговорах, которая сегодня принадлежит кому угодно, только не России. Наша страна все еще в состоянии обеспечить себе лидерство и решающую роль не только в определении механизмов решения конфликтных вопросов, но и в гарантированном обеспечении соблюдения интересов всех сторон, включая, естественно, и собственные. А также в мониторинге и патронаже последующего развития событий, которые, в противном случае, будут и дальше разворачиваться лишь при формальном участии Москвы, а то и в пику ей, как, собственно говоря, это происходит сейчас.

Сегодня Тбилиси декларирует готовность предоставления мятежным автономиям невиданно широких полномочий. Почему бы сегодня же, не дожидаясь, пока кто-то другой сделает это за нас, не потребовать от грузинского руководства максимально четких и конкретных предложений по урегулированию конфликтов, учитывающих реальные интересы всех сторон? Может быть, есть смысл принять активное участие в выработке механизма их реализации и выступить гарантом неукоснительного соблюдения достигнутых договоренностей? Хотя, конечно, можно и дальше наблюдать за происходящим со стороны.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie