Хлебные крошки

Статьи

Николай Кабанов // "Вести сегодня"

Народ на улице – кошмар политолога

По следам майского митинга в Риге

Политика в Латвии перестает быть уделом кабинетных интриг и результатом проплаченных пиар-кампаний. Массовые протесты по "проблеме-2004" заставили и экспертов-аналитиков, ранее не интересовавшихся русским электоратом (так как в большинстве своем наши люди, увы, не голосуют), обратиться к некоренным гражданам и негражданам.

"Кто кого ассимилирует?"

Этот вопрос задал в своей публикации на Интернет-портале Delfi Гунтис Кокарс. Начал он парадоксально: "Я понимаю русскоговорящих жителей Латвии и их опасения за свою национальную идентичность. Одновременно я их не понимаю". Что же понял и не понял в нас Г.Кокарс? Прежде всего, по самой псевдореформе меньшинственных школ. Автор Delfi называет ее "большой глупостью". "Считаю, – пишет он, – что прежде всего и многие годы ранее нужно было обеспечить усиленное изучение латышского языка в русских школах, одновременно, но постепенно вводя обучение на этом языке также истории и географии". Но в начале "второй независимости" доминировал вариант "чемодан, вокзал, Россия". В результате – "Что может предложить учителям наше государство? Маленькую зарплату и порчу нервов".

"В пользу говорящих на русском языке можно сказать, что в советское время действительно хватало одного языка, и этот принцип взрастили также в детях. Стереотипы трудно ломать, особенно, если нет ни малейшего желания это делать". На митингах в защиту русского языка ему бросаются в глаза в первую очередь "тетушки и дядюшки из рядов ценителей А.Рубикса" (если они там есть – то уже явно не в большинстве!).

Тем не менее, полагает Г.Кокарс, овладение русскими латышским языком происходит, и это не сказывается на их политических взглядах. Среди его приятелей есть такие типы, как "латышскоговорящий русский националист", "гражданин мира", "русский, голосующий за Эйнарса Репше". "В русском менталитете, – делает он вывод после общения с ними, – умение приспособиться к ситуации и быту гораздо выше, чем у латышей". "Кто еще кого ассимилирует?" – намекают на будущее русские земляки. У русских, если они сохранят свою идентичность и одновременно выучат латышский, будет гораздо больше шансов. "К тому же рядом есть держава, которая своих зарубежных детей пока поддерживает больше устно – в виде различных дипломатических заявлений, но со временем может использовать более внушительные средства".

В общем, считает Гунтис Кокарс, перевод русских средних школ на латышский язык "реально возможен только в теориях правящих политиков, но на практике в течение ближайших лет его никто не сумеет ввести".

Я глух и нем?

Денис Ханов, магистр гуманитарных наук, опубликовал на латышском портале Politika.lv свой текст "Илья Муромец поднялся, но куда он пойдет?". Изначальные его посылки говорят о позиции автора нагляднее всего: "Пребывая в сладком маргинальном сне, русскоязычные не заметили, как изменилось отношение латышей к другим национальностям, а также деятельность правительства. Политическая отсталость свела значение русской культуры к православному Рождеству и деятельности левых в Рижской думе".

Так ли уж сладок был русский сон и так ли отсталы они были в политическом отношении? Мягко говоря, спорненько… Но вот что не нравится Д.Ханову, так это "Митинги – кратковременные моменты обострения политических эмоций, которые ничего не решают, но многое ухудшают, поскольку функционируют, вовлекая в политику охваченные эмоциями массы". Слово "русский", по его мнению, это не самоопределение, а "ярлык". Причем опасный!

"Понятие национального меньшинства… сведено к понятию "русские" – и таким останется в массовом восприятии. Навешивание такого ярлыка не только не начинает, но, наоборот, заканчивает этническую интеграцию… В ситуации, когда политическая культура русских в Латвии близка к пустоте, которая занята сама собой в информационной изоляции, протест является идеальным средством для активизации масс. Митинг, как и любое массовое мероприятие, обещает переживание общих эмоций, увеличивает чаяния по поводу чего-то спонтанного и неожиданного. Протест на улицах является единственной формой, которая способна пробудить интерес русскоязычных к своей культуре, и это свидетельствует о том, что идентичность русскоязычных в Латвии пребывает в плачевном состоянии, испытывает глухоту и немоту в отношении других культур и развивается в направлении агрессивного национализма…

Не правда ли, портрет, достойный изображения русских, предположим, в газетке Latvietis Latvija? Отрицание ценности русской общины в статье Д.Ханова приводит его к выводам о принципиальной невозможности длительной кампании в защиту русских школ:

"Расчет на продолжение протестов в сентябре потерял свою актуальность уже 23 мая, так как сенсация не рождается дважды. Когда митинг подзабудется, возможно, русскоязычные школы, родители и культурные общества придут в себя, и станет ясно, что они поддались политической пропаганде и вовлекли школьников в политику. Этот вариант более позитивен для интеграции Латвии". "Очевидно, что после этой акции моральный авторитет, политический нейтралитет и духовная "миссия" русских школ в культуре национальных меньшинств в Латвии дискредитированы. Эта ситуация могла бы вылиться в усиленный образ жертвы, который больше не будет пассивным, но перерастет в спонтанные демонстрации группировок недовольных, поскольку русскоязычные СМИ взяли на себя мессианскую задачу спасения жертв Министерства образования и от этого образа не откажутся. Это второй вариант, негативный для интеграции".

Альтернатива, которую предлагает Д.Ханов, сводится к тому, чтобы русскоязычные школы (не все) становились национальными, формировали альтернативные учебные планы "в зависимости от нужд учебного процесса и демографической ситуации в каждом регионе". "Гибкие министерские программы это позволяют, – уверяет он. – Выход не в том, чтобы стать толпой демонстрантов, а в том, чтобы навести порядок в учебных программах и сформировать деятельность школы в соответствии с актуальными запросами рынка".

То есть – приходим к либеральному выводу – "невидимая рука рынка" расставит все по своим местам. Ну и чудненько! Так что, раньше не расставляла?! Слава богу, уже минимум две пятилетки при капитализме живем. А конкурентоспособность все по плану хотим регулировать. Неувязочка, однако. Ее-то и не могут объяснить национальные политологи, ибо у них изначально "сбит прицел". Они находятся не внутри, а вовне ситуации, холодно, без сопереживания изучая русский социум ЛР как объект.

В том-то и разница, что мы больше не хотим быть объектом латышской истории, – но субъектом истории Латвии.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie