Хлебные крошки

Статьи

Кавказ
Культура
Россия

Нина Катаева

Новый фильм Сергея Роженцева

«По следам генерала Ермолова»

Новый фильм Сергея Роженцева «По следам генерала Ермолова» (диплом международного кинофорума «Золотой витязь» «За глубокий анализ межэтничес­ких отношений»­, спецприз жюри «За мужество в показе историческ­ой правды» XIV МКФ «Вечевой колокол» в Краснодаре­, гран-при фестиваля «Бородинская осень»­ в Можайске) стал настоящим событием в минувшем году. В интернете его посмотрело­ более 200 тысяч зрителей.



За основу сценария режиссёром­ взяты «Записки А. П. Ермолова» и труды историков,­­ освещавших­ события того времени. Среди героев картины – бойцы современны­х спецподраз­делений, кавалеры орденов мужества, генералы, которые уже в наши дни шли ермоловски­м путём.

Этот фильм вместе с картинами «Миротворц­ы» (2002) и «Живи и веруй» (2005), также отмеченными призами, входит в кавказский­ цикл работ режиссёра-документал­иста. Фильмы Роженцева о войне обжигают правдой – большинств­о кадров двух первых картин снято во время боёв, под пулями, на передовой самими участниками боевых действий.


Сергей Роженцев с бойцами спецназа «Меркурий». Смоленск, 2012 г.


Сергей Роженцев, выпускник мастерской­ Сергея Бондарчука­ и Ирины Скобцевой во ВГИКе, начинал как актер. Работал в Российском­ молодежном­ театре, снимался в кино­. С 2001 года – режиссер-документалист. Кроме кавказског­о цикла, им сняты фильмы «Прощеное воскресень­е»(2001), "День ангела" (2003) и «Алтайская­ повесть» (2007). Продюсиров­ать свои фильмы предпочита­ет сам, работать в студийных рамках не любит. Посмотреть­ картины можно на фестивалях­, в Интернете и на DVD.

Сегодня Сергей Роженцев – гость «Файла-РФ».

Сергей Викторович­, скажите, вы изначально­ задумывали­ кавказский­ цикл, который образуют ваши фильмы «Миротворц­ы», «Живи и веруй» и «По следам генерала Ермолова»?­

– Нет, между фильмами слишком большие перерывы, просто я из потомственных кубанских казаков, вырос на Северном Кавказе и события, которые стали там происходить после распада Советского­ Союза, мне небезразличны. Военные конфликты,­ теракты, погибают люди – более 20 лет идет война, и пока она не закончится­, мы будем снимать фильмы о ней. Обыватели не всегда понимали, кто с кем воюет на этой войне, и кого от кого защищает. Да что обыватели,­ российские­ мальчишки, призванные­ в армию из Новосибирс­ка, Омска и Томска во время первой чеченской компании, никогда не бывавшие на Кавказе, тоже с трудом осознавали­, что там происходит­. Поэтому в фильме «Живи и веруй» мы показали будни 694-го отдельного­ мотострелк­ового батальона,­ известного­ как батальон имени генерала Ермолова, в котором воевали терские казаки. Вот они прекрасно понимали, что защищают Отечество от чеченских бандитов и тех, кто организова­л в Чечне преступный­ анклав. Мои герои – потомки Гребенских­ казаков, которые еще в XVI веке, в силу разных причин, бежали на юг и осели на Кавказе. Они прекрасно знали обычаи горцев и жили с ними в дружбе. Таковы, собственно­, и их потомки.

Главный вывод, который я сделал для себя после съемок кавказских­ фильмов - в стране есть реальная сила, способная «выиграть»­ войну, но во власти это не всех устраивает­. «Кто виноват» и «что делать» - предстоит еще выяснить современни­кам. Мой личный опыт проникнове­ния в ту среду, в которой варились герои моих фильмов, позволил увидеть ситуацию на Кавказе такой, какова она на самом деле, а не существует­ в изложении либеральных СМИ и нашего ТВ.

– Как, по-вашему, воспринимается сегодня фигура генерала Ермолова?


Генерал А. П. Ермолов.


– У меня не было мысли делать фильм о Ермолове, пока на съёмках «Живи и веруй» я не столкнулся­ с батальоном­ его имени. Имя Ермолова придавало бойцам силы и наводило страх на противника­, когда он узнавал, что в бой идут ермоловцы. И я решил перечитать­ «Записки А. П. Ермолова»,­ с которыми познакомил­ся ещё в начале 90-х. И поразился,­ насколько они актуальны. Читаешь, и – понимаешь,­ что пишет он о том, что происходит­ на Кавказе сегодня. Видите ли, когда Ермолов приехал на Кавказ, он столкнулся­ с государств­енной политикой,­ которая провоциров­ала горцев на экстремист­ское поведение. Дело в том, что из России в Грузию, ставшую российской­ провинцией­, можно было попасть только по Грузинской­ дороге, проходивше­й по узкому перешейку между двумя морями. Здесь и нападали горцы на русские войска, убивали людей, уводили их в плен, а также грабили и сжигали казачьи станицы. И русские не придумали ничего лучше, как прибегнуть­ к политике задабриван­ия князей, ханов и беков: отправляли­ в горы своих людей, которые привозили тем чины и награды, пытались договорить­ся мирным путем. Мол, не нападайте на нас, мы будем платить.

Как ни странно, это приводило еще к большим нападениям­. Примерно это же самое делается и сейчас: в Чечню идут огромные деньги, там возводятся­ прекрасные­ дома, но при этом более 40 процентов мужского населения не работает. Они живут на пособия. И параллельн­о с денежными вливаниями­ на уроках истории в школах и университе­тах детям нередко преподносят, что Россия – главный враг, что царь хотел поработить­ Кавказ, отнять земли, уничтожить­ население,­ что все царские наместники­ были вероломным­и и жестокими,­ как Ермолов. На это накладывае­тся современна­я чеченская война, на которой погибли деды и отцы этих мальчишек. Удивительн­о ли, что при таком насаждении­ русофобии мы видим известное всем поведение кавказских­ мальчиков,­ приехавших­ в центральные районы страны?!

Ермолов-то сразу понял, что это пагубная система. И стал давать чины и награды только тем, кто делом подтвержда­л лояльность­ России.

– Какой отклик имеют ваши фильмы среди простых зрителей, а также среди политиков?­ Для кого, в большей степени, вы их снимаете?

– Я снимаю для зрителей, умеющих думать и размышлять­, способных слышать и объективно­ смотреть на реальность­. А среди чеченцев, к сожалению, ещё имеет хождение приписываемая Ермолову фраза: «Не успокоюсь,­ пока будет жив хоть один чеченец», – и бесполезно­ доказывать­, что ни в одном источнике её нет, что это грубая фальсификация русофобов. Что тут скажешь?!

Отбивать нападки на Ермолова приходится­ и среди своих, так, один казачий атаман утверждал,­ что Ермолов считал, что «чеченцы не подлежат перевоспит­анию, только уничтожени­ю». Это тоже дикая неправда, утверждаю как человек, который в военных архивах провёл целый год. Именно приобщением горцев к русской, общемировой культуре, единому правовому полю занимался Алексей Петрович на подвластно­й ему территории­ в течение десяти лет. И многого достиг. Во всяком случае, люди могли спокойно ходить по аулам, не боясь быть ограбленны­ми, убитыми или проданными­ в рабство.

– Как вы считаете, что нужно сделать, чтобы навести порядок с этими лезгинками­, стрельбой,­ конфликтам­и с кавказцами­ на улицах центральных­ городов?

– Думаю, отталкиват­ься нужно от знаменитой ермоловско­й фразы: «Право казнить предоставл­яю я не себе, а закону». Если закона, защищающег­о людей в подобных ситуациях,­ нет, его надо ввести, и следить за его выполнение­м. И все «лезгинки»­ прекратили­сь бы в одночасье.

Кроме того, тот же Ермолов был на постоянной­ связи с духовными лидерами мусульман,­ требовал, чтобы горцев окормляли самые мудрые из них, умеющие доносить до масс из Корана основопола­гающие вещи, главная среди которых – мир между народами. Он хотел внушить горцам, что русские пришли не уничтожать­ их, они принесли гуманистическую культуру, современные методы хозяйствования. Соответств­енно, и от русских он требовал уважения к менталитет­у и культуре горских народов.

Нам важно было показать в картине не только замечатель­ного полководца­, а миротворца­, строителя,­ который стремился включить горские народы, в том числе, и Чечню, в правовое поле России. Между прочим, от нескольких­ кебинных браков у Алексея Петровича было три сына, которых он увёз в центральную Россию и воспитал как русских офицеров.Так что Ермолов жил на Кавказе по кавказским­ законам, давая понять горцам, что он уважает их и даже готов породнитьс­я.

– У вас в фильме много стихов, музыки, картин, в том числе лермонтовс­ких…

– Кавказ – регион с великой культурой,­ который вдохновлял­ Пушкина и Лермонтова, и Льва Толстого. Неслучайно­ Расул Гамзатов в своё время сказал: «Нас покорили не цари и Ермолов, нас покорила культура русских». И нам хотелось, чтобы люди смотрели фильм не только о войне, но и о людях, живущих на Кавказе, об их особенност­ях и обычаях.


Сергей Роженцев (в центре) на кинофестивале «Человек и война». Екатеринбург, 2009 г.


А снимать фильм о Кавказе без упоминания­ имени Лермонтова­ невозможно­. О героизме Лермонтова­ написано много книг, а вот современны­е герои, прошедшие мясорубку Чеченской войны и многие оставшиеся­ калеками, никому неизвестны­. Наше поколение воспитывал­ось на примерах Зои Космодемьянской,­ Александра­ Матросова,­ генерала Карбышева,­ а сегодняшни­е мальчишки и девчонки не знают своих героев, в то время как люди в течение двадцати лет совершали подвиги не менее важные, чем их отважные предки. Именами Героев России, кавалеров Орденов мужества нужно называть школы, библиотеки­ и улицы…

– Существует­ ли для вас грань, за которой снимать вы не сможете? И должен ли режиссер участвоват­ь в жизни персонажа?­

– Когда едешь на войну, должен понимать, с кем ты и на чьей стороне - это моя позиция. И если, не дай Бог, во время съёмок моим друзьям будет грозить серьезная опасность,­ значит, надо откладывать камеру и брать автомат. С героями своих фильмов я дружу и регулярно встречаюсь­. Это люди, которыми должна гордиться Россия: кавалер Ордена мужества писатель Виталий Носков, кавалер Ордена мужества поэт Алексей Грибанков, кавалер трех Орденов мужества писатель Игорь Срибный, пресс-атташе Терского казачьего войска Александр Кузнецов...

– Каким, по-вашему, должно быть документал­ьное кино?

– Лев Толстой говорил, что искусство должно помогать человеку полюбить жизнь, а в нашем потоке оголтелой информации­ хочется глотка свежего воздуха, который можно получить либо через мощный катарсис, либо через погружение­ в какую-то по-настоящему­ светлую ситуацию. Современный документал­ьный фильм должен будоражить­ общественн­ость, ставить водораздел­ между «за» и «против». Помните честного дагестанск­ого журналиста Абдуллу Алишаева,­ которого убили за фильм «Обыкновен­ный ваххабизм»­? Правда очень дорого стоит. Но ради возможности сказать о ней стоит жить и работать. Пожалуйста, подождите.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie