Хлебные крошки

Статьи

Русский мир
Политика
Россия
Сергей Киселёв

О линии раздела между Россией и Европой

Портал RUSSKIE.ORG  публикует текст выступления кандидата филологических наук, доцента кафедры экономической и социальной географии, геоэкологии и туризма Таврической академии Крымского федерального университета им. В.И. Вернадского Сергея Николаевича Киселева на заседании Ливадийского клуба, состоявшегося 7 июня в рамках работы XV международного фестиваля «Великое русское слово».

 

Много лет назад, кажется, в журнале «Иностранная литература» я прочитал какой-то роман из жизни молодого то ли швейцарского, то ли южно-германского рафинированного интеллектуала. Этот юноша больше всего любил рассматривать географические карты и атласы.

И вот в один прекрасный момент он вдруг обнаружил, что созерцание карт Европы производит на него угнетающее действие. Причиной такой реакции было несоответствие между размерами знакомого ему пространства Европы с огромным массивом «загадочной» России, грозно нависающим над его маленьким и таким уютным мирком. Эта мысль постоянно преследовала молодого человека. Она довела его сначала до фобии, а затем и до тяжёлого психического расстройства, что потребовало врачебного вмешательства.

Я всё время вспоминаю этот роман, когда открываю книгу «Россия и Европа» Н.Я. Данилевского в том месте, где он рассуждает о понятии «Европа» — об искусственности этого политического и даже географического конструкта и о том, принадлежит ли Россия Европе и, если не принадлежит, то почему.

Не вдаваясь в подробности аргументации автора, занявшей несколько десятков страниц его труда, заметим, что Данилевский делает следующие выводы, а именно: что «Европы вовсе никакой нет, а есть западный полуостров Азии» (1, с. 47), что само понятие «Европа» имеет не географический, а культурно-исторический смысл, который заключается в том, что она «есть поприще германо-романской цивилизации» (там же, с. 48).

У критиков Данилевского первый из его выводов всегда вызывал снисходительную улыбку, а второй – раздражение и плохо скрываемую ненависть, так как полностью обессмысливал все их потуги в стремлении цивилизовать «дикую Россию», а себя относить к просвещённой европейской элите.

Сам же Николай Яковлевич никому не отказывал в праве считать себя кем угодно. Он только показывал и доказывал на основе значительного фактического материала, что это именно «германо-романцы» не считают Россию частью Европы, а русских – европейцами; что, в соответствии со своим «историческим инстинктом», они не любят Россию и славянство вообще, видят в них чуждое и враждебное для себя начало (там же, с. 42, 43).

Таким образом Данилевский сформулировал два подхода к определению понятия «Европа»: географическое и культурно-политическое.

От зарождения в античности термина «Европа» и до настоящего времени его пространственно-географический объём существенно расширился. В гимне Гомера под Европой понимается лишь часть территории Северной Греции, сейчас её пределы распространяются на пространство от Атлантики до гор Урала.

Если северные, западные и южные её границы опираются на прибрежные пространства океанов и морей, то представление о границе между Европой и Азией постоянно изменялось во времени. Окончательно географы договорились о её линии только в XIX веке, но до сих пор нет единства взглядов на контуры границ Европы в юго-восточном «углу» этой части света.

Уже в первой половине XIX столетия А.С. Хомяков настаивал на условном характере границы Европы по Уралу, определял место России там, «где кончается Европа и начинается Азия», что не следует понимать как плавный переход Европы в Азию.

Россия – «особая область», которая не принадлежит собственно ни первой, ни последней. Традиционное разделение её территории на европейскую и азиатскую части определяется Хомяковым как произвольное. Целостность России обосновывается им из единых «начал жизни и просвещения», хотя для подтверждения этого тезиса он готов привести аргументы из языкознания и даже геологии (2, с. 254, 255).

Отсутствие «естественного» характера границы Европы по Уралу поддерживается сегодня большинством специалистов-географов.

С другой стороны, к Европе достаточно часто причисляют страны, находящиеся за пределами её границ, но имеющие с ней «культурно-историческую близость». Например, страны Закавказья, Республику Кипр. Автору встречалось среди работ отечественных географов начала XX века мнение, что САСШ (Северо-Американские Соединенные Штаты) есть «отпрыск Европы в Западном полушарии». Таким образом, мысль Данилевского о том, что в понятии «Европа» отсутствует строгий географический смысл, не лишена своих оснований.

Современное деление Европы на Северную, Западную, Южную и Восточную так же условно, как и выделение самостоятельной части света «Европа» на материке Евразия. В позднее Средневековье под Европой понималась территория «христианского мира». Затем из неё были исключены земли восточных христиан и Турции, а «подлинная Европа» рассматривалась как пространство, лежащее к западу от условной линии между Данцигом на Балтийском море и Триестом на море Адриатическом.

Указание на существование цивилизационного «водораздела» между собственно Европой и не-Европой по линии Данциг-Триест можно встретить у таких разных и никак не связанных друг с другом авторов, как Ф. Энгельс и В.И. Ламанский. Классик марксизма в одной из своих русофобский статей писал в 1853 году, «что естественная граница России идет от Данцига или Штеттина до Триеста» (3, с. 15).

Авторитетный же русский историк-славист в исследовании «Три мира Азийско-Европейского материка» (опубликованном в 1892 году) отмечал, что «Западная граница Среднего мира, отделяющая его от собственно Европы <…> упирается на севере, около Данцига, в море Балтийское, а на юге, около Триеста, в море Адриатическое» (под Срединным миром он понимал пространство православно-греческой цивилизации) (4, с. 208).

Подобные мнения были распространены не только в XIX столетии — пользуются они популярностью и сегодня. Хотелось бы в этом контексте указать и на ту «разграничительную линию» в Европе, которая сложилась по итогам Второй мировой войны в результате победы СССР в Великой Отечественной войне и была утверждена на Ялтинской конференции в 1945 году — между условной Россией и условной Европой, между миром Запада и миром Востока.

Именно эта линия раздела Европы удивительным образом совпадает с западной границей Всеславянской федерации (за исключением ГДР), которую обосновал Н.Я. Данилевский в книге «Россия и Европа». Он считал её необходимым условием политического равновесия на европейском континенте, что и было на практике доказано в период с 1945 до 1991 года.

С мнением Данилевского нельзя не согласиться. Я, например, считаю, что мир в Европе может быть обеспечен только тогда, когда доказавшая свою эффективность во времени политическая граница между романо-германской и русско-славянской цивилизациями будет восстановлена или полоса государств между собственно европейской и собственно русской цивилизациями будет демилитаризована и нейтрализована, к чему Россия и приступила 24 февраля 2022 года.

Окажется ли подобная титаническая задача по силам России? Время покажет.

И здесь не последнюю роль должны сыграть единство её народов, политическое единство её элиты и самодостаточность экономики.

Последнее является старинным спором между отечественными либералами и консерваторами. К чему приводит победа либералов в этом споре, все мы наблюдали последние 30 лет. К чему может привести последовательная политика государственников, традиционалистов и охранителей, лучше всего свидетельствуют слова экономиста Александра Галушко, который утверждает, что Российская Федерация в настоящее время обладает одним из самых высоких потенциалов экономической самостоятельности в мире, что надёжно обеспечивает возможность её прорыва в будущее.

Огромность и самодостаточность России – это те два фактора, которые вызывают на протяжении уже нескольких столетий стремление коллективного Запада расчленить и уничтожить нашу страну.

Это те два фактора, которые обеспечивают ей устойчивость и возможность противостоять вызову Запада, уходящему с мировой арены как доминирующая сила.

Когда-то многолетний председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу сказал, что «Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией». России не надо притворяться. О том, что она тождественна понятию «континент», 100 лет назад писали евразийцы, а то, что она самостоятельная цивилизация, 150 лет назад доказал Н.Я. Данилевский.

В заключение вспомню вывод из исследования «Размышление о Крыме и геополитике», написанного нами ещё в 1994 году, когда постсоветское пространство находилось в состоянии распада и жесточайшего экономического кризиса: «С восстановлением государственной мощи России неминуемо восстановится её сильная внешняя политика и начнётся обратное движение от рубежей предательства к рубежам победы» (5, с 96).

 Это время пришло!

  1. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. – СПб., 1995.
  2. Хомяков А.С. Разговор в Подмосковной // Хомяков А.С. О старом и новом. Статьи и очерки. – М., 1988. – с. 252-277.
  3. Энгельс Ф. Действительно спорный пункт с Турцией // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. Т. 9. – М., 1958. – с. 11-15.
  4. Ламанский В.И. Три мира Азийско-Европейского материка // Ламанский В. И. Геополитика панславизма. — М., 2010. — с. 183-323.
  5. Киселев С.Н., Киселева Н.В. Размышление о Крыме и геополитике // Киселев С.Н. Крымская идея. – Симферополь, 2019. – с. 70-113.

 

Сергей Киселев

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie