Хлебные крошки

Статьи

Крымский узел
Политика
Украина

Борис Подопригора

Останется ли российский флот в Севастополе?

Газ в обмен на флот

В конце октября главы правительств России и Украины, а также межгосударственный орган по вопросам базирования Черноморского флота вывели формулу двусторонних отношений:

Газ в обмен на флот

Премьер Украины Виктор Янукович впервые со времени подписания соглашения о Черноморском флоте в 1997 году допустил вероятность его базирования в Севастополе и после 2017 года. Иными словами, за 10 лет до окончания срока действия договора украинская сторона не исключила его продление. Притом, что внешняя политика Киева по инерции обращена на поэтапное вступление в НАТО. Что же произошло нового?

Межэлитное восточно-западное противостояние на Украине получило продолжение безотносительно фактора Москвы. Если считать политическое влияние формой содействия экономическим интересам, то ее нынешняя роль скорее ситуативна. Она зависит от объема и условий российских вложений в секторы местной экономики, подконтрольные той или иной элите. Если три года назад наши инвестиции в восточные и западные регионы Украины характеризовались соотношением 3 к 0.8, то в этом году – 3 к 2.4. Налицо смягчение экономической, следовательно политической зависимости украинского Востока от России, что само по себе деполитизирует двусторонние отношения. Таким образом, с "восточника" Януковича снимается подозрение в поддержке своих сторонников в ущерб общеукраинским интересам. С учетом шаткости его положения, это - пока отправная точка в определении будущего, в том числе, и Черноморского флота. Впрочем, в Москве, как и в Киеве, данную тенденцию оценивают по-разному. У нас – из-за сомнительности российского закрепления на украинском Западе. Может, разумнее "осваивать" Восток? "Западенские" же элиты опасаются потерять "чистоту ориентации". Хотя все вместе учитывают сквозной газовый фактор.

Отсюда, во-вторых. Более чем 70-процентное доминирование России на мировом газовом рынке делает призрачной надежду на ее скорое присоединение к энергетической хартии Евросоюза. Значит, цены на энергоносители будет устанавливать Москва. Себестоимость газа в России составляет 40-60 долларов за тысячу кубов. Его мировая рыночная цена – 250-260 долларов. Потребность Украины в импорте газа колеблется в пределах 60-75 процентов. Москва предложила его Киеву за 130 долларов - почти за полцены. Но при этом оговорен фактор стабильности, неформально распространяемой нами за пределы энергорынка. Помимо пятилетней неизменности условий поставок (через "РосУкрЭнерго"), в том числе, транзитных цен, мы хотели бы заручиться и политической предсказуемостью. Желательно на больший срок. Владимир Путин высказался весьма напутственно: "Присутствие Черноморского флота не было бы излишним". Это следует понимать, в том числе, как рекомендацию:

В НАТО – не надо

Чистота натовского "жанра" пока предполагала не только целостность стран-участниц, но и отсутствие на их территории чужих военных баз. Базирование экспедиционных сил альянса, несмотря на отдельные нюансы, определяется военно-политическими интересами Вашингтона и Брюсселя. Сколько бы, например, Турция не отрицала своего участия в иракской кампании, коалиционные силы используют ее воздушное пространство и даже аэродромную сеть. Союзники, ведь!

Впрочем, в Брюсселе - правда, на уровне вторых лиц - сегодня говорят, что даже сепаратистские проблемы Грузии не станут препятствием, по крайней мере, для соискательства ею членства в НАТО. Но в украинском случае расклад иной. Конституция Украины не допускает присутствия в стране иностранных баз. Таким образом, базирование Черноморского флота в Севастополе становится, если не противозаконным, то "надзаконным" - оправдываемым историческими причинами. С другой стороны, не понятно, из чего будут исходить в Киеве и Брюсселе – из наличия в Севастополе российских кораблей или из "прецедентной" интерпретации основного закона Украины?

Неясность состоит в главном – будет ли Киев придерживаться составленного, но не утвержденного "плана подготовки к членству" в альянсе, на что рассчитывают президент Ющенко, а также курируемые им министры обороны и иностранных дел? Или последнее слово окажется за "восточником" Януковичем? Опять-таки – насколько оно последнее? Президентская сторона настаивает на принятии "НАТО-вступительного" решения парламентом страны, минуя референдум. Заручившись поддержкой Ющенко, они приводят довод: раз Украина стала парламентско-президентской республикой, то авторитета Верховной Рады для этого достаточно. Главное – плотно поработать с депутатами. Янукович же, тоже ссылаясь на повысившуюся роль парламента, где за ним – большинство, выносит вопрос о НАТО на всенародное волеизъявление, хотя с его организацией не спешит. Если оно состоится сегодня, то за вступление в альянс проголосуют 12-25 процентов – точнее не знает сам премьер. При отсрочке референдума на годы, кто окажется в большинстве, сказать трудно. Пребывание нашего флота в Севастополе позволяет не только постепенно списывать 3-миллиардный (в 1997 году) энергетический и прочий долг Украины России, но и манипулировать темой российской угрозы. Перечень партийно-политических и иных нюансов продолжает все чаще принимаемая в расчет

"Таврическая першпектива"

Так на казенном языке своего времени писал крымский губернатор граф Воронцов, имея в виду, в частности, "турецко-мусульманский" фактор. Турок на полуострове нет, хотя их мы еще вспомним. Сегодня здесь проживают 2.3 миллиона граждан Украины. Их них 52 процента – русские, 24 процента – украинцы, 18 процентов – крымские татары. Политическое и хозяйственное влияние последних заметно обгоняет их процентный рост - с присоветских 11 процентов. В крымских татарах Киев всегда усматривал противовес русскому населению, небезосновательно считающемуся промосковским. Большинство жителей 350-тысячного Севастополя – русские. Из них за счет Черноморского флота получают доход – по украинским данным 43 процента горожан, по статистике Русской общины Крыма – более 60 процентов. Эта же община предупреждает: вывод российских кораблей приведет к исходу от трети до половины русских крымчан. Если на полуострове останутся украинские власти да крымские татары, то, учитывая их откровенно сепаратистские амбиции, Киеву не миновать новых проблем.

В том числе - восходящих к натовской теме. С одной стороны, крымские татары, будучи наименее зависимыми от российского флота, выступают за его скорейший вывод. Думая не только о НАТО, но и об евроинтеграции, Киев не может не учитывать позицию коренного населения. Близкой – по сути - курдской проблемой Евросоюз укоряет Анкару не в меньшей степени, чем за непризнание геноцида армян. "Изгнание" российского флота из Севастополя в Новороссийск, как обещают сторонники Ющенко, повысит привлекательность Крыма за счет экологических последствий его передислокации на российское побережье Черного моря. Проще говоря, когда в Геленджике или в Сочи море станет грязнее, отдыхающие потянутся в Крым.

С другой стороны, нахождение здесь наших кораблей ежегодно добавляет в крымскую казну около 100 миллионов долларов. Без них не на что поддерживать централизующую полуостров курортно-туристическую инфрастуктуру. По оценкам Русской общины более 70 процентов отдыхающих приезжают сюда из России. Почти 85 процентов из них предпочитает Крым, например, Турции исключительно из-за привычной, почти домашней обстановки. С уходом флота она вряд ли сохранится. Тем более что главным конкурентом Крыма по курортному бизнесу выступает не столько Сочи, сколько Турция. Она тоже кое-что предпринимает, чтобы "разменять" свою курдскую проблему на крымско-татарскую, предоставляя за те же деньги, куда больший объем удовольствий. Об их стоимости приходится задумываться не только по этому поводу и не только в курортный сезон. Отсюда,

выводы насчет вывода и прогноз для остающихся на месте

"Сухопутно-морское" переплетение политических проблем, зависимость их решения от перечисленных и пока не недостаточно проявивших себя обстоятельств подводит к главным выводам. Во-первых, будущее флота представляется производным от восточно-западного диалога и производного от него - российско-натовского. По этому геополитическому рубежу в значительной степени проходит граница между "оранжевой" и "бело-голубой" Украиной. Во-вторых, и поэтому: решения, принимаемые премьером Януковичем от имени всей Украины, носят тактический характер и обращены на перспективу его пребывания в нынешней должности.

Принципиальными для сегодняшней Москвы остаются не столько сама Украина и даже не место дислокации нашего флота, сколько цены на энергоносители. Лишь в следующую очередь для нас актуальна роль Украины как стены или моста между Россией и Западом. Важным фактором взаимодействия с Киевом выступает традиционно тяготеющий к Москве украинский Восток, включая, русскоязычный Крым. Базирование, как и иные функции Черноморского флота, связаны с геополитической и региональной динамикой. Не говоря о соотношении сил в российско-натовском формате, это зависит, например, от отношений с Грузией - натовской или нет, ролью при этом Турции и ее непростого окружения.

Хотя вопрос: "Быть или не быть России в Севастополе?", конечно же, имеет эмоциональную составляющую.

Борис Подопригора
член Экспертно-аналитического совета
при Комитете по делам СНГ и соотечественников
Госдумы РФ

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie