Хлебные крошки

Статьи

История
История

Сергей Анатольев

Первое море

К юбилею основания Архангельска

История России так богата событиями, которые мы называем судьбоносными для страны и народа, что, за какой год ни полистай календарь, всегда найдешь с дюжину "круглых" дат, которые стоят если не торжеств, то, по меньшей мере, внимания соотечественников. Не исключение и 2004 год. Часть из юбилеев мы уже отметили, например, начало русско-японской войны, горечь поражения в которой скрашен подвигом "Варяга". А на подходе целый ряд новых юбилеев. Вот, глядите, "букет" северных цветов. В нем – одно из первых допетровских "окон", из "прорубленных" в Европу (ему исполняется 450 лет); день рождения славного града Архангельска, дожившего до 420-летнего возраста и 150-я годовщина первой его обороны. На этом пока и приостановимся, чтобы начать экскурс в историю с того окна, которое, кстати, далекие предки проделали в стенке речного причала рядом с монастырем, так как город вырастет здесь только через 30 лет.

Перенесемся в пустынное устье Северной Двины. Кончается лето 1553 года. Пока Белое море свободно ото льдов, кое-где на его серых волнах качаются рыбацкие лодки; вот при попутном ветре, подняв прямоугольный парус на мачте, возвращается в речной порт Холмогоры от берегов Груманта, как поморы называли Шпицберген, двадцатиметровая плоскодонка с грузом морского зверя и семги в трюме и тремя десятками зверобоев на палубе. И вдруг лодки метнулись в разные стороны, а команда коча взялась за весла в помощь парусу. Из-за мыса показалась громада галеона: три мачты с прямыми и латинскими парусами, надстройки на баке и на юте, из портов которых глядят жерла орудий. Мало ли что у иноземцев на уме! Но с борта закричали по-русски, и в тот же день, 24 августа, поморы привели английское судно в Холмогоры. Командовал "Bona Avantura" главный кормчий Ричард Ченслер. Он сообщил властям города, что два других корабля флотилии капитана Уиллоби потеряны в пути из Англии вокруг Скандинавии, но трюмы уцелевшего судна полны товарами, и он готов начать торговлю. Послали гонца в Москву. Иван Грозный велел торговле не препятствовать и пригласил кормчего в столицу. Ченслер пробыл там две недели и был принят царем и возвратился в Лондон с его дружественным ответом королеве на ее циркулярное послание. Затем снова направился в Москву уже представителем товарищества английских купцов. Так с 1554 г. начала действовать в Китай-городе Московская компания, а на Северной Двине к причалам стали подходить суда иноземцев. Иван IV дал англичанам большие привилегии, получая за них плату, обогащающую казну. Вообще конечной целью Лондона были Индия и Китай. Проходы в эти сказочно богатые страны контролировали Испания и Португалия на южных и западных морях. Не столь сильной еще Англии пришлось искать северный путь. Но даже их корабли, обладавшие несравненно более высокими мореходными качествами, чем кочи в открытом море, восточнее Новой Земли сквозь льды пробиться не могли. Поморы же ходили мелководьем вдоль берегов "моря-окияна" до Обской губы, бывало – к устью Енисея. Это они обнадежили Джона Буля, что, плывя вверх по Оби, можно добраться до Китая.

Что же, выходит, 450 лет назад нас "открыли" моряки Альбиона? Hу, во-первых, Русь всегда была открыта со всех сторон на обозрение и для путешественников, будь то купцы или послы Востока, Рима, пробуждающегося запада Европы. Действительно, после Батыева погрома через плотный "железный занавес", опущенный монголами, трудно стало видеть, что происходит за ним; и после папского нунция Плано Карпини, направленного в разведывательными целями в Сарай к Батыю и далее в Каракорум, до первых посольств из Ватикана и Венеции к Ивану Ш и ответных – в Pим и к дожу, прошло добрых 200 лет, в течение которых Европа питалась слухами о христианской Московии, доносившимися через Литву и Польшу. Так "франки" и прочие "немцы" узнали о герцоге Александре, поколотившем крестоносцев на льду Чудского озера, о кровопролитной Куликовской битве, об ослепленном государе Василии, не признавшем Флорентийскую унию, и о его могущественном сыне Иване, который через брак с императорской племянницей поверженного османами Второго Рима возжелал возродить его из руин на берегах Москвы-реки. Так что открытие назревало, но с двух направлений. Европа готовилась открыть новую Русь Россию, а Россия – Европу. И первый шаг сделала Москва.

Чтобы быть ближе к нашим юбилеям, связанным с Архангельском, опустим здесь многочисленные взаимные "открытия", сделанные сухим путем. Тем более, что открытия со стороны моря куда более красочны. Если у колумбов и магелланов "все начиналось с пряностей" (читайте С.Цвейга), то их российские коллеги остро нуждались не в приправах к блюдам, а в огнестрельном оружии, которое надежно останавливало ордынцев, "конкурентов" из Литвы и ненасытную шляхту: вообще – в передовых европейских технологиях. Получать их было возможно в небольших количествах через торговлю с Ганзейским союзом, продавая немцам по смехотворным ценам пеньку, древесину, деготь, лен и прочее сырье, за чем еще ганзейцы приезжали в Новгород и Псков, в Нарву, куда допускались русские. Московиты открыли собственный торговый порт на своем, правом берегу Нарвы, – Ивангород, недалеко от впадения глубоководной реки в море. Но немцы вызывающе игнорировали его причалы. Тогда русские купцы сами вышли в море, достигли Копенгагена и наткнулись на мощный военный флот Ганзы. Посол великого князя в Венеции Дмитрий Ралев начал переговоры о отправке в Москву мастеров для постройки галер. Иван III нашел и союзников для борьбы против монополии союза немецких торговых городов во главе с г. Любеком – Англию и Данию. В 1494 г. (новый юбилей!) началась русско-ганзейская торговая война. Любек поддержали Ливония и Швеция, с тревогой наблюдавшие за возникновением еще одной морской державы на Балтике. Война шла долго, с переменным успехом, но в результате балтийская торговля русских расширилась. Ярким эпизодом этой войны стал морской поход парусно-гребных судов Ивана III из Белого моря к берегам шведских владений. Они обогнули Кольский полуостров и по рекам углубились в Финляндию. В чем здесь открытие? Да в том, что русские открыли в себе военных моряков.

В том же 1497 году еще одна флотилия вышла в море из устья Двины. Поскольку на Балтике было неспокойно, мореходам ставилась цель окружным путем, вновь огибая землю Колы и впервые – весь Скандинавский полуостров с запада, доставить ко двору датского короля государева толмача (посла) Григория Истому с дипломатической миссией. Приказано – сделано! За полвека до появления Ченслера в Холмогорах наши дипломаты и моряки-поморы открыли со стороны "окияна" страну викингов, а в стороне заката видели меловые утесы Туманного Альбиона.

Внук Ивана III, Грозный Иоанн, рассорившись с подданными Елизаветы I, как из-за несносного своего характера, так и по причине природного британского коварства и двуличия, лишил Московскую компанию привилегий. Свято место пусто не бывает. Тут же в устье Северной Двины появились голландцы, и от известного нам причала по соседству со старинным монастырем начал расти новый город, названный вначале Новохолмогорами. Летописец зафиксировал это событие под 7092 годом, по нынешнему – 1584-й (тому 420 лет!). В 1613 году первый царь новой династии переименовал его в Архангельск. Голландцы действительно создали, как и обещали, новую Нарву, чем впоследствии заслужили признательность Петра. Здесь более чем на столетие сконцентрировалась вся морская русская торговля, хотя в Белом море навигационный период весьма краток. Но после успехов Ивана III, после попыток Грозного и Годунова закрепиться на Балтике, Россия надолго была отсечена от выхода к торговым морским путям. Оставался один Архангельск. И он сыграл роль первого "окна" в Европу сполна, как русский человек, призванный служить и посвящающий себя служению Отечеству. И даже когда порт Архангельск потерял свое особое значение, враги России не перестали опасаться его спасительных для страны причалов. В разгар Северной войны шведы безуспешно пытались несколькими фрегатами прорваться в порт. Спустя полтора века, весной 1854 года (тому 150 лет!) английская паровая эскадра, направленная на захват Архангельска, была сначала задержана у местечка Кола на Мурманском побережье, затем повернула восвояси от стен Соловецкого монастыря, получив отпор от малых гарнизонов и охотников на морского зверя. А в 1941-1945 гг. через этот поистине город русской славы шел один из главных потоков военных поставок СССР из-за рубежа. Появление ледокольного флота увеличило возможности порта у ледовитого "окияна". Началась его качественно новая жизнь, а потеря Россией жизненно важных морских побережий в конце XX века, многих морских портов позволяет нам вновь начать движение по новому витку истории от Первого нашего моря, от причалов древнего города.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie