Хлебные крошки

Статьи

Вячеслав Алтухов, президент Русской общины Латвии, доктор экономики, профессор // "Вести сегодня"

Русские Латвии – свои или чужие?

И русские, и латыши вместе делали общую историю

Национально-радикальная пропаганда базируется на тезисе, что коренной нацией в Латвии являются латыши, а русские – пришельцы, внезапно свалившиеся на голову и принесшие неисчислимые бедствия на эту землю. А посему русским априори прививается чувство неизбывной вины, во искупление которой им предписывается безропотное и покорное подчинение большинству во веки вечные.

При этом, во-первых, подменяются понятия "коренной" и титульной нации; а во-вторых, замалчивается факт исконного участия русских в цивилизационном освоении территории, ныне занимаемой современным латвийским государством, и этногенезе его населения. Как-то выпал из обихода тот факт, что действительно коренной нацией здесь все-таки являются ливы, племя финно-угорской языковой семьи, что нашло отражение в названии этой страны – Ливония, Лифляндия, т.е. страна ливов. Впоследствии ливы были частью уничтожены, частью ассимилированы. Но не русские в этом виновны.

Предки русских и предки латышей – представители индоевропейской языковой семьи – появились здесь почти одновременно, хотя и в разном количестве. Следовательно, и латыши, и русские в одинаковой мере являются здесь пришельцами. И если теперь считают коренными одних, логично считать коренными и других – русских. Отсутствие антропологических различий, схожесть нравов и обычаев изначально обусловили мирное и добрососедское сосуществование двух народов.

Еще не было и зачатков государственности у латгалов, куршей, земгалов и селов, а русское централизованное государство находилось в стадии становления, но торговые и человеческие контакты были довольно интенсивными. Наиболее тесные и стабильные связи у предков современных латышей были с племенем кривичей, их ближайших соседей, затем само название племени было распространено на всех этнических русских – krievi. Уже одно это говорит об исконности, древности балто-русских отношений, а также о том, что русские здесь были издавна. Причем ни о каких-либо серьезных конфликтах между латышами и русскими сведений в истории России или Латвии не содержится, следовательно, их и не было. Люди торговали, встречались, праздновали одни и те же языческие праздники, да и боги у них были общие (Перун – Перконс).

Несколько позднее, когда Русь приняла христианство по православному образцу, русские священники вели миссионерскую деятельность на территории Латвии, выступая носителями христианских верований и христианской культуры. До сих пор в латышском языке сохраняются слова русского происхождения, относящиеся к религиозному культу: baznica – божница (церковь), sveces – свечи, svets – святой, svetki – святки (праздник). Значит, не было языкового отторжения и не было неприязни, поскольку не было насилия.

Другой подход

Другой подход был со стороны германских рыцарей-крестоносцев. Они с презрением и ненавистью относились к местным верованиям и обычаям, а православную церковь рассматривали как нежелательного конкурента, которого следовало уничтожить. Это и было сделано, православные храмы сжигали, священников убивали, а поскольку Русь в то время напрягала все силы в противостоянии татаро-монгольскому нашествию, отпора не было, и территория Латвии была захвачена немцами. Едва возникшая государственность латышей была уничтожена, первая столица (Ерсика) была разрушена, латышские князья были убиты. Ливы и латышские племена сопротивлялись агрессии, но силы были неравны, победили более жесткая организованность, профессиональная военная подготовка и лучшее вооружение. Вот об этом в истории содержится достаточно много фактов.

Однако завоевание Латвии немцами не прекратило связей с русскими землями и народом, хотя и осложнило их. После церковного раскола в России десятки тысяч русских староверов переселились на территорию Латгалии и даже западнее и, будучи людьми трудолюбивыми и умелыми, внесли свой вклад в развитие новой родины и, кстати говоря, продолжают вносить и сейчас.

Нормальная экономическая миграция

В XVIII, XIX и XX веках русские люди переселялись на территорию современной Латвии в рамках естественной экономической миграции населения внутри единого государства, исходя из спроса на рабочую силу. Советский период в этом отношении практически ничем не отличается от предыдущего времени: руководители латвийских предприятий в целях расширения производства и перехода предприятий в более высокую категорию, что автоматически обеспечивало более высокие денежные оклады, даже агитировали переезжать в Латвийскую ССР на работу. Поэтому, во-первых, неправомерно и непорядочно называть приглашенных сюда на работу людей и их потомков гражданскими оккупантами. А во-вторых, поскольку за многие годы совместного проживания было и много межнациональных браков и детей, рожденных в таких браках, не стоит говорить о "чистоте крови", поскольку у многих (если не у большинства), кто относит себя к латышам, имеются славянские или иные корни.

Мы вместе делали нашу историю

Неправомерно и утверждение о "советской оккупации": ни юридических, ни фактических оснований для этого утверждения нет, а есть лишь мнения и эмоции, которые старательно направляются в антирусское русло. Можно говорить лишь об инкорпорации Латвии, но это совсем другое дело, нежели оккупация. И надо понимать, что произошедшие коллизии 1940-1941 гг. и 1946-1947 гг. имели социально-политический характер, являлись отражением тех политических реалий, в создании которых исключительно выдающуюся роль сыграли красные латышские стрелки. Поэтому те события никоим образом нельзя связывать с национальной мотивацией, а значит, нет повода для национальной мести и русофобии (антирусизма). Мы совместно творили нашу общую историю, и нельзя возлагать всю ответственность лишь на одного из участников процесса.

Мнимая интеграция

Недальновидно и деструктивно затевать интеграцию на основе принудительного одноязычия. Здесь опять подмена понятий: на самом деле предлагается не интеграция, а ассимиляция, и это неправомерно.

Сейчас нужно говорить об интеграции в некую балто-славянскую (латышско-русскую) общность при взаимном уважении языков и культур друг друга, о реальном двуязычии – именно оно, а не насильственная ассимиляция, и способно обеспечить стабильность существования независимой Латвии. В настоящее время этнических русских в Латвии около 700 тысяч, или почти 30%, а русскоязычных в целом примерно 36%. Из них граждан Латвии 350 тысяч, и это количество хотя и медленно, но будет увеличиваться, и не считаться с этим фактом неразумно. Но само по себе наличие сотен тысяч неграждан – искусственно созданная национал-радикалами проблема, которая преследовала единственную цель – создание максимального дискомфорта для русских, чтобы побудить их к отъезду из Латвии, и около сотни тысяч уехали. Цель достигнута? Видимо, нет. Давление продолжается. Постепенно формируется как бы нация господ и нация наемных рабочих, современных батраков, и это чрезвычайно обидно и унизительно.

Русские – не враги Латвии и пытаются быть лояльными к государству. Беда в другом: государство недостаточно лояльно по отношению к ним. Государство осуществляет политику подавляющего доминирования титульной нации по всем азимутам. На высших управленческих должностях, среди министров нет ни одного этнического русского, среди чиновников в министерствах и ведомствах их едва 4-6% (причем на низших должностях), в суде и прокуратуре – не более 2–3%. Но если к русским относятся как к чужим, пришельцам, которых едва терпят, то и ответное отношение будет далеко от осознания этого государства как родного, как отечества, которое стоило бы укреплять и защищать. Насильно мил не будешь, это всегда было справедливо, однако развитие идет именно по пути давления; пример тому – пресловутая школьная реформа. И протесты русских школьников справедливы. Им предлагаются два пути: либо ассимиляция, либо маргинализация. Ни тот, ни другой путь русское население не устраивает. Правящие круги упорно не желают считаться с тем, чего на самом деле хотят русские Латвии. А хотят они всего лишь оставаться русскими, учиться на родном языке с одновременным углубленным изучением латышского языка, т.е. аналогично тому, что было в латышских школах в рамках Латвийской ССР. Но им в этом высокомерно и презрительно отказывают.

В этой ситуации все больше русской молодежи начинает задумываться о реализации своего потенциала за пределами Латвии, но их эмиграция не усилит, а ослабит Латвию. Когда уезжают те, кто близок по ментальности к титульной нации и уважает ее, а приезжают те, кто эту нацию в глубине души не уважает и не понимает, страна лишь проигрывает. Выход только один – действительное, а не декларативное уважение со стороны государства к трети своего населения, реальное равноправие, реальное двуязычие со вторым государственным языком – русским, возможность получения образования на русском языке за счет госфинансирования, пропорциональное представительство русских во всех органах власти. Русские не требуют для себя более того, что принято в нормальных демократических странах Европы.

Чужие здесь пока не ходят, но это пока…

Русские уже прошли свою часть пути навстречу титульной нации, теперь дело за ней. Национализм не вырастает сам по себе, он инспирируется сверху. К сожалению, и роль латышской интеллигенции нельзя назвать конструктивной. Значительная ее часть или участвует в этом процессе, или относится к нему с молчаливым одобрением. Раскол в обществе увеличивается.

Теперь только от латышского истеблишмента зависит, что возобладает в стране: разумный и дальновидный подход к решению проблемы с перспективой построения единого гражданского общества при реальном двуязычии, с добрососедскими и взаимовыгодными связями с Россией или национально-языковые предрассудки с вечным бурлением страстей и напряженностью (мягко говоря) в латвийско-российских отношениях. Ответ на это должен быть найден внутри страны; членство в НАТО и ЕС здесь ничего не убавит, ни прибавит (кроме цен на продукты). Но если ответ будет лицемерным и неудовлетворительным, возможны осложнения, которые вряд ли понравятся Брюсселю, и там могут сделать вывод о неумении правонациональных радикалов разумно управлять собственной страной и примут свои меры по наведению конституционного порядка (согласно конституции ЕС). Для сохранения относительной независимости Латвии и ее экономического благосостояния надо перестать делить постоянное население страны на своих и чужих. Все мы здесь свои, и нам суждено жить вместе.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie