Хлебные крошки

Статьи

Культура
Культура

Елена Еремеева, корр. ИТАР-ТАСС специально для портала "Соотечественники"

С чего начинается Родина?

Беседа с актером и режиссером Борисом Галкиным

Если задуматься, то для многих людей в России Отечество начинается со слов тех песен, которые поют как на гражданке, так и в армейском строю. "Искренние слова и хорошая песня это не что иное, как защита культурной безопасности страны", – считают организаторы Всероссийского фестиваля патриотической песни, поэзии и кинофильмов, посвященных подвигу народа и армии при защите Отечества.

Несколько лет подряд этот конкурс проводится по инициативе Общероссийской общественной организации инвалидов войны в Афганистане (ООИВА) и Фонда "Фестиваля авторской песни имени Валерия Грушина". (Валерий Грушин погиб более 30 лет назад в Сибири, спасая детей. Сейчас Фондом руководит его племянник – Михаил Грушин). Итоги заключительного этапа конкурса 2003 года были подведены недавно в Центре восстановительной терапии имени М.А. Лиходея в Подмосковье. Там же состоялся концерт лауреатов фестиваля. В номинации "Авторская песня" победителями стали Виктор Кибирев, Артем Колчин, Евгений Сапфиров из Рязани и Владимир Кочергин из Москвы.

Как родилась песня о Джое

"На мою гитару нету похоронки", – написал в одной из своих строк полковник запаса Владимир Кочергин. Его песни хорошо знают и офицеры и простые солдаты, перед которыми он не раз выступал в Чечне и других "горячих" точках страны. "В госпитале в Моздоке, когда я давал концерт перед ранеными солдатами, ко мне подошли два кинолога и спросили, могу ли я написать песню о собаке, – вспоминает Владимир Кочергин. – Они рассказали историю гибели своего друга. Их товарищ был родом из Сибири. Этот молодой, высокий и плечистый парень служил вместе с собакой по имени Джой. Шел тяжелый бой. Вражеский снайпер стрелял метко. Смертельно раненый боец поначалу сам пытался выбраться из-под непрерывного огня противника. Но когда силы иссякли, ему стал помогать верный друг – Джой, который старался вытащить в безопасное место своего хозяина. Джой изо всех сил натягивал поводок, стремясь сдвинуть с места неподвижное тело хозяина, и ловко уходил от снайперского обстрела. Но когда собака поняла, что ее хозяин мертв, то она сознательно пошла под снайперскую пулю. Так родилась песня о Джое…"

Да, они, окопные поэты, продолжают сегодня писать и петь о войне, потому что считают это свои долгом. Военная песня стала частью их жизни. Может быть, поэтому полковник Виктор Трофимов в 2001 году с первого раза стал лауреатом Грушинского фестиваля авторской песни, а полковник Михаил Калинкин получил этот почетный титул годом позже. "Армейская жизнь – это продолжение жизни гражданской и военная песня нужна сегодня в особенности подрастающему поколению, которое, благодаря этим песням, сможет пройти определенную школу жизни", – считает Михаил Калинкин. Многие песни написаны им от первого лица. Например, история про танк, который попал в болото еще в 1941 году и таким образом уцелел до наших дней. Автор песни, лично побывавший внутри этой боевой машины, после того как ее в новом веке вытащили из воды, рассказывает его историю. Это песни из траншей, из окопов, реальные истории из жизни.

Тексты песен часто пишут боевые подруги героев

Ни для кого не секрет, что вместе со своими мужьями службу несут их жены, разделяя радость и тяжкую боль утрат. В последнее время появилось много песен, написанных на слова офицерских и солдатских жен. Поэтому не случайно Гран-при на конкурсе получила женщина – Элина Тетель из Нижнего Новгорода.

Каждая песня – это отдельная история, непридуманная история из жизни. Иногда печальная, иногда романтическая, но обязательно правдивая. Только тогда она "берет за душу" и способна повлиять на выбор человека, взывая к его чести и достоинству. Конечно, немаловажную роль здесь играют и вокальные данные исполнителя, которые тоже оценивало строгое жюри. В номинации "Исполнитель" были отмечены Анастасия Толчева из города Бронницы, Наталья Морозова и Мария Касьян из Рязани, а также Александр Павлухин из города Егорьевска и трио "Магистраль" из Рязани. Диплом "За лучшую аранжировку песен" получил Валерий Захаров из Рязани. Лучшими поэтами конкурса стали Виктор Кибирев и Евгений Сапфиров, а в номинации "Кино" победил Владимир Крупенников из Москвы, получив приз за фильм "Дорога перекатов".

Дети внимательно слушают песни о войне

Итак, победители получили награды. Лучшие из них, в том числе и лауреаты прошлых лет, вновь исполняли свои песни на заключительном вечере. В переполненном зале их внимательно слушали солдатские и офицерские жены и вдовы, солдаты, недавно вернувшиеся из "горячих" точек, дети и гости форума. Одного из лауреатов у сцены с нетерпением ждала девочка. "Дочка, наверное", – подумали зрители. Но после выступления артиста девочка подошла к нему и сказала: "Вы спели эту песню не до конца, забыв еще один куплет. Мой папа воевал, он часто поет эту песню, и я хорошо помню все ее слова". Эти слова ребенка сначала обескуражили артиста, но потом он понял – ради этого диалога с подрастающим поколением, которое не только тебя видит и слышит, но и понимает, стоит продолжать писать и исполнять песни о войне.

Песня – это природа вдохновения

Председателем жюри фестивалей военной песни не первый год является заслуженный артист России, режиссер, сценарист и продюсер Борис Галкин. "Главный критерий отбора песен на военную тематику – это наличие в ней души и искренности. Только искренние, живые слова, с болью, страстью и радостью обжигают сердца слушателей, – считает Борис Галкин. – Музыка, песня – это природа вдохновения. Через песню исполнитель делится, общается со слушателями. В первую очередь я оцениваю самобытность песни. Я стараюсь понять компиляция это или искренне рожденный текст".

Борис Галкин – выпускник театрального училища имени Щукина, затем режиссерского отделения театральных курсов при Гиттисе (мастерская Андрея Гончарова). Как актер и режиссер работал в театрах Москвы и Новгорода. Снялся более чем в 50 фильмах. Борис Галкин – организатор киностудии "БЕГ" (Борис и Елена Галкины). Родился 19 сентября 1947 года в Ленинграде. Он не видел ужасов Великой Отечественной, но тема войны стала главной в его профессии и работе.

– Мы – послевоенное поколение еще помним запах шинелей наших дедов и отцов, и это естественным образом вошло в наше сознание и в наши сердца. Я хорошо помню отца и его однополчан. К сожалению, восемь его родных братьев не вернулись с фронта, но я узнал об этом только в 17-летнем возрасте. Семья берегла меня, не рассказывая об этой невосполнимой утрате, опасаясь, что такое известие вызовет у меня слишком сильное потрясение. Но я считаю, что это как раз та правда, которую нужно обязательно знать даже малым детям.

Мама Бориса Сергеевича Галкина начинала войну 17-летней девушкой и была медсестрой на санитарном поезде, на котором от передовой в глубь страны санитары вывозили раненых. Но при артобстрелах она, как самая крепкая девушка, метко и уверенно стреляла из пулемета по огневым позициям противника. Может быть, в те минуты ей помогала некая "генетическая" память о том, что она является продолжательницей рода великого русского полководца Михаила Илларионовича Кутузова – братья легендарного военачальника были ее родственниками. Бабушка актера пережила ленинградскую блокаду, работая сразу в нескольких местах.

– В моем сознании постоянно звучит однажды сказанная ею фраза: "Понимаешь, Боря, если бы я не работала, то я бы умерла". В этих словах есть что-то очень важное для человека.

– И все-таки вы относитесь к поколению детей Великой Отечественной войны. Почему эта тема продолжает волновать Вас сегодня?

– Мой отец воевал на Ленинградском фронте, и я очень хорошо помню лица, поведение, разговоры его однополчан. На съемках в Чечне мне не раз приходилось общаться с бойцами. Только что вернувшиеся с задания, обросшие, запыленные, уставшие, они зашли в боевую палатку. По разговору, манере поведения, по пластике меня на минуту вдруг "как током пробило" – они "один в один" напомнили мне однополчан отца, как будто время повернулось назад. Был и еще один случай. Мой сын – Владислав, сыгравший роль Таманцева в фильме "В августе 44-го" тоже в какой-то определенный момент напомнил мне однополчан отца. Как это может быть? Это именно то, что сыграть невозможно. Это, наверное, что-то неуловимое, на уровне "седьмого чувства". Хотя я допускаю, что это своеобразная "генетическая" память. Я верю, что она есть, она существует и как ручеек находит свою дорогу в нашем сердце и там живет. Во всяком случае, с моим сыном это произошло. Хотя в ранней юности он был нигилистом, низвергателем. Ему все не нравилось, он осуждал меня в моих старообрядческих мотивах, считая, что у него отец не современный. Но прошло время, и он понял, что есть истины, которые не требуют неких современных черт, что гораздо важнее внутренний мир человека и его понимание действительных ценностей. Именно это является источником творчества, это дает человеку возможность работать притягательно.

– Расскажите немного подробнее о Ваших детях.

– Мой сын – Владислав – начал сниматься в кино с 9 лет. Его первым фильмом стала картина "Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна", где он снимался вместе со своей крестной мамой – актрисой Екатериной Васильевой. После чего он "заболел" кино, как и многие дети актеров. Став профессиональным "дальнобойщиком", Влад получил призы за лучшую мужскую роль: "Нику" за фильм "В августе 44-го" и "Золотого орла" за фильм "Дальнобойщики" и "Спецназ". Дочь Маша – повар в звании младшего сержанта. Она – служащая, работает в МЧС "Лидер". Это отряд особого риска Министерства по чрезвычайным ситуациям. Она сама выбрала эту работу, несмотря на то, что это достаточно трудоемкий и тяжелый труд. Ведь готовить для большого количества людей – это всегда сложно.

– А Ваша супруга, чем занимается она, и как Вы познакомились?

– Елена – художница, закончила "Строгановку". У нее руки замечательные, они-то меня и потрясли при нашей первой встрече. Мы познакомились 32 года назад 14 декабря на Севере под Архангельском на съемках фильма "Матвеева радость". В этой картине Лена была художником-постановщиком. На берегу Белого моря стояла избушка, в которой размещались и актеры, и создатели фильма. Просыпаюсь утром и вижу из-за печки руки, которые что-то вырезают, рисуют, лепят. Я остолбенел! Вот это пластика, вот это феноменально! Затем, сгорая от любопытства, просунул голову дальше, за печку, чтобы увидеть весь образ целиком. И увидел девушку, которая что-то мастерила. Она мне понравилась. На следующее утро я стал более внимательно за ней наблюдать, и вот так постепенной волной это чувство к нам пришло. Однажды мы сидели друг напротив друга за столиком в местной рыболовецкой столовой, а рядом обедала пожилая женщина. Она долго смотрела на Лену, потом посмотрела на меня и вдруг говорит: "Чего смотришь, женись!" Мудрый северный народ все видит и понимает правильно. Так мы поженились. И уже более 30 лет вместе. Лена оказалась не только прекрасной женой, но и замечательным сценаристом. Я снял четыре фильма по ее сценариям. Это картины "Помнишь запах сирени", "Игра", "Мужской талисман" и "Черный клоун".

– Вы сейчас снимаетесь? Какие планы на будущее?

– Нет, пока не снимаюсь. Пока пауза, но я переношу ее спокойно – читаю, пишу песни, размышления. Не снимаюсь, потому что прочитал более 50 сценариев, а снялся только в трех картинах. Плохие сценарии. Неинтересно, плохо, вранье. Я бы хотел сняться в талантливом сериале с убедительной, правдивой и самобытной историей. Ведь тем сейчас – великое множество.

– Какие?

– "Дети – наше будущее", "Малые города России", "Старшее поколение", "Герои, ребята, которые сегодня воюют в Чечне". Сейчас много говорят о том, что большинство ребят возвращаются с войны психически неуравновешенными. Но я знаю другие случаи. Я это видел сам. "Меня человеком сделала война, – откровенно говорят многие участники войны в Чечне. – Я теперь понимаю, что такое жизнь, что такое смерть, что такое служба, что такое предательство". Именно этой темы сейчас не хватает в кино. Много говорят и о нарушении прав населения Северного Кавказа и Чечни, и конкретно, чеченского народа. А о том, что весь русский народ был выгнан и вырезан на территории Чечни – молчат! Я проходил в Чечне по улице Весенняя. Раньше там было более сорока домов, где жили русские люди. Дома остались, а людей нет. Вырезаны все. И только занавески продолжают висеть на окнах и молчаливо напоминают о том, что здесь когда-то жили люди. Понимаете, есть темы, которые требуют объективного и глубокого взгляда. В том числе и темы защиты прав человека. А тема войны вообще необычайно многогранна. И нужно обладать особым даром, чтобы правильно показать ее на экране. Ведь это не только способность побеждать, умение стрелять, блистательно двигаться и разработать правильно военную операцию, а еще и умение побеждать себя и при этом всегда оставаться настоящим человеком.

– Вы не раз бывали в Чечне и в Косово. Сняли документальный фильм "Смерти нет". Расскажите о его судьбе.

– Этот фильм я показываю сейчас на телевизионных экранах в разных регионах России. Затем планирую сделать еще три серии, объединенные общим названием "Смерти нет". Во втором фильме будет показана работа МЧС "Лидер" по ликвидации радиационных отходов на химическом заводе в Чечне. В третий войдут сюжеты, рассказывающие о работе специальных подразделений Израиля, Германии, Франции. А четвертый фильм – это рассказ о наших специальных подразделениях и их работе на благо Отечества.

– У Вас есть надежда, что в России все начинается меняться к лучшему?

– Надежда есть всегда. Россия это не только города, корабли и необъятные просторы. Это еще и люди. Поэтому нужно начинать с себя: какими будем мы – такой будет и Россия. Важно продолжать работать и не опускать руки. При этом мне вспоминаются прекрасные строчки из песни Булата Окуджавы: "Не оставляйте стараний, маэстро, не опускайте ладоней со лба"! В какой-то степени я считаю для себя эти слова своеобразным девизом, руководством к действию.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie