Хлебные крошки

Статьи

Непризнанные республики
Политика
Молдова и ПМР

Василий Каширин

Скептические размышления

перед российско-германским саммитом в Ганновере

Международное экспертное сообщество единодушно во мнении, что новый этап процесса урегулирования на Днестре начался в результате встречи президента Д.А. Медведева и канцлера А. Меркель в замке Мезеберг в Германии 4–5 июня 2010 года. Главным итогом той встречи было согласие России на более активное участие Евросоюза в процессе урегулирования, а если называть вещи своими именами – на повышение статуса ЕС в переговорах от наблюдателя до участника. В Москве исходили из ожидания, что это будет увязано с одобрением Берлином и Брюсселем российских инициатив в области европейской безопасности.

Что удалось достичь за год с небольшим после Мезеберга? Пока конкретные результаты ничтожно малы. Прежде всего, выдвинутые Д.А. Медведевым инициативы в области европейской безопасности реализовать не удалось. Специальный комитет по вопросам внешней политики и безопасности России и Евросоюза, о создании которого было объявлено в Мезеберге («Комитет Лавров – Эштон»), фактически так и не начал работу. Углубились разногласия сторон по такой фундаментальной проблеме безопасности на нашем континенте, как системе ПРО США в Европе. То есть все попытки создания новых «рамочных» условий, приближающих к взаимоприемлемому решению приднестровского вопроса, были полностью провалены – не по вине России.

При широковещательных декларациях Берлина и ряда других европейских столиц об активизации их усилий в процессе урегулирования на Днестре, ни одной конструктивной инициативы в этом вопросе от европейцев не последовало: всё свелось к словам о необходимости скорейшего вывода российских войск с «территории Республики Молдова» и преобразования нынешнего формата миротворческой операции с возможной передачей миротворческих функций Евросоюзу. Это выглядело как антироссийская и антиприднестровская риторика - именно так она и была воспринята на обоих берегах Днестра.

Таков вкратце международный контекст. Однако и в самом районе конфликта ситуация не благоприятствует возобновлению процесса урегулирования.

В Республике Молдова в результате парламентских выборов 28 ноября 2010 г. к власти пришел второй Альянс за европейскую интеграцию (АЕИ-2), сформировавший новый кабинет Влада Филата. К выходу из затяжного системного политического кризиса страну это не приблизило. До сих пор АЕИ-2 не может добиться избрания президента Молдовы. Его обязанности, в соответствии с конституцией, продолжает исполнять председатель парламента Мариан Лупу. Внутри правящей коалиции усиливаются трения и разногласия между Либерально-демократической партией В. Филата и ее младшими партнёрами.

Хаотичность политической обстановки в Молдове мешает этой стране стать способной к принятию обязывающих и заслуживающих доверия решений в вопросе урегулирования на Днестре. При этом партии правящей прозападной коалиции и левая оппозиция Молдовы единодушны в отрицании права Приднестровья на участие в переговорном процессе в качестве полноправной стороны, что заранее торпедирует все попытки содействия этому процессу извне.

Премьер-министр Молдовы В. Филат, известный как мастер самопиара, неустанно подчеркивает, что позиция Германии и ЕС по урегулированию на Днестре полностью соответствует интересам Молдовы. Он даже говорит о полной поддержке позиции Кишинева канцлером А. Меркель. Представляется, что такие заявления больше служат внутриполитическим задачам В.Филата, распространяющего миф о своих «особых связях» с крупными политическими лидерами западных держав.

И до Мезеберга, и особенно после него практически единственным пунктом программы урегулирования было возобновление официального переговорного процесса в формате «5+2» (Молдова, Приднестровье, Россия, Украина, ОБСЕ, а также в качестве наблюдателей – ЕС и США). При этом существенное повышение статуса ЕС при одновременном снижении роли ОБСЕ в переговорном процессе фактически уже произошло. Однако состоявшиеся 21 июня 2011 г. в Москве консультации сторон по этому вопросу закончились полным провалом, после чего руководство ПМР заявило, что в данный момент оно считает преждевременным официальное возобновление переговоров в формате «5+2». Теперь стороны могут надеяться лишь на возобновление консультаций по поводу возвращения к таким переговорам. Шансы на достижение практических результатов уменьшились до призрачных размеров.

Власти Молдовы и их западные покровители пытаются возложить ответственность за срыв переговоров исключительно на руководство ПМР. Тем самым косвенное психологическое давление оказывается и на Россию, которую упрекают в негласном поощрении неуступчивости Приднестровья. Распространяются слухи о том, что жесткая и негибкая позиция Тирасполя – это личная позиция действующего президента И.Н. Смирнова. Звучат предположения, что в случае победы на президентских выборах в декабре 2011 года другого кандидата – председателя ВС ПМР А.В. Каминского – к власти в республике придут силы, более склонные к компромиссу, и тогда, мол, процесс урегулирования удастся сдвинуть с мёртвой точки.

Подобные ожидания слабо связаны с реальностью.

Во-первых, Россия ничего не должна Западу в приднестровском вопросе, в том числе и потому, что ЕС, НАТО и США пока не сделали ничего для совместного с Россией продвижения взаимоприемлемых инициатив в сфере безопасности в Европе.

Во-вторых, по вопросу о незыблемости принципов независимости и государственного суверенитета непризнанной Приднестровской Молдавской Республики существует хорошо проработанный консенсус всех партий и групп политической элиты и общества Приднестровья. За 20 лет фактическая независимость Тирасполя от Кишинева перестала быть только вопросом политического статуса, превратившись в вопрос национально-государственной идентичности, затрагивающий чувство достоинства подавляющего большинства населения Приднестровья.

Сейчас трудно даже представить возвращение к вопросу об асимметричной федерализации Молдавии, предполагавшейся «Меморандумом Козака» в 2003 году. Сомнения в жизнеспособности этой модели существовали и тогда. Ныне же, после экономической блокады и референдума 2006 года о независимости ПМР, ставить вопрос о федерализации Молдовы и «особом статусе» Приднестровья в ее составе вообще едва ли уместно. Дело зашло в тупик, а у внешних сил - явный дефицит предлагаемых решений. Так что накануне российско-германского саммита в Ганновере 18–19 июля 2011 г., на котором важное место займёт проблема урегулирования на Днестре, прогноз относительно возможности возобновления переговорного процесса остаётся пессимистическим…

Восточная пословица гласит: «Десять человек могут занести лошадь в воду, но даже сто человек не заставят её пить». Эти слова как нельзя лучше характеризуют нынешнее состояние приднестровского вопроса. Влиятельные силы могут и, конечно, будут пытаться подтолкнуть стороны к возвращению за стол переговоров, но они не смогут заставить их отказаться от своих принципиальных - и взаимоисключающих - позиций.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie