Хлебные крошки

Статьи

Проблемы законодательства о соотечественниках
Общество
Россия

Наталия Бехтина

Странная любовь родины

Почему программа переселения соотечественников плохо работает?

Авторскую программу "От первого лица" ведёт Наталия Бехтина.


Гость в студии – руководитель Фонда "Миграция XXI век" Вячеслав Александрович Поставнин.

(Запись этой беседы слушайте в аудиофайле)

– Миграция – явление многообразное, которое имеет всякие разные проявления, иногда даже совершенно неожиданные. Возьмем хотя бы положение тех людей, которые оказались в статусе вынужденных переселенцев в результате распада Советского Союза, когда из бывших советских республик в России толпами стали уезжать русские. Приехали они на родину и что здесь получили?

ПОСТАВНИН: Да, это проблема, которая, кстати, на фоне временной трудовой миграции совершенно забыта. Хотя есть закон о вынужденных переселенцах, в соответствии с которым все, кому присвоен статус вынужденного переселенца, должны быть обустроены. У нас ведь вынужденными переселенцами считаются не только иммигранты, а ещё люди, которые бежали от войны в Чечне, в результате осетино-ингушского конфликта и других конфликтов на территории РФ. Вот с ними проблема осталась.

И ошибок понаделали. Достаточно сказать, что вынужденные переселенцы, кто вернулся в Чечню, получают по 300 тысяч рублей компенсации, а те, кто остался в других регионах за пределами Чечни, русские в основном, получают по 150 тысяч рублей. И подобных ошибок много. И все они создают опасные прецеденты, в результате чего в стране и появляется "русский вопрос". Отсюда он появляется: почему русские угнетены? Русские вынужденные переселенцы чётко заявляют, почему им платят меньше, чем чеченцам. Кстати, ингушам платят ещё больше, тем, кто потерял жильё во время осетино-ингушского конфликта. Им платят всю сумму, сколько стоило жильё. Миллион стоило. Заплатят миллион.

Ну, разве так можно делать? По сути, по одному и тому же вопросу наше государство дифференцировало людей. Это же дискриминация по национальному признаку, что недопустимо.

– Отсюда и возникает всё.

ПОСТАВНИН: Отсюда разве мы их помирим? Отсюда у нас конфликты продолжаются. Вот в чём беда. Таких вещей нельзя допускать. И кто ответствен? Да никто.

Миграционная служба чётко скажет, что она за это не отвечает. У неё только вопросы выдачи разрешений на работу и регистрации тех, кто приехал.

А того, кто мог бы во всём многообразии охватить эту проблему, в стране нет. Как по Райкину. Каждый шьёт своё.

Руководитель Фонда ''Миграция XXI век'' Вячеслав Александрович Поставнин в студии
– Продолжая тему вынужденных переселенцев и тех, кто бежал от военных конфликтов, деньги ведь выделяются на эту федеральную программу?

ПОСТАВНИН: Выделяются, но выделяются через программу "Жилище", в рамках которой теперь выдаются жилищные сертификаты вынужденным переселенцам. Но выдаются они с такой скоростью, что все нуждающиеся получат их через 200 лет. Вот в чём проблема, здесь видна недоработка.

Мне импонирует позиция Сердюкова, который бьётся за то, чтобы каждый военнослужащий, который ушёл на пенсию, был обустроен, получил жильё. Это очень правильно. И ему идут навстречу, деньги выделяются. Потому что это армия, это её престиж и популярность. Потом ведь армия – это сила. От неё многое может зависеть. Это вопрос внутриполитический.

А что за толк от вынужденных переселенцев? Только деньги на них тратить. Сами как-нибудь обустроятся. И в этом заключается ошибка. Потому что государство тем самым демонстрирует отношение к своим гражданам. А эти граждане имеют детей, семьи, друзей. Что они им будут говорить? Потом все другие это видят.

– Будут говорить, что русских в России угнетают.

ПОСТАВНИН: Почему программа переселения соотечественников плохо работает? Да потому, что они видят, как мы с вынужденными переселенцами обращаемся. Одно за другим тянется. И что получается? Вроде бы это незаметно, ну, подумаешь, их не заметили, и вроде бы этот вопрос гуманитарный. А на самом деле это потом проявится в политическом и экономическом смысле. В их отношении к стране. Ах, вы к нам так относитесь, вы меня бросили, ну и я так же буду относиться к стране. И тут страна уже теряет экономически.

А мы хотим больше патриотизма. Такие вещи очень тонкие, их надо ловить, чувствовать.

– Мне кажется, что для этого нужны какие-то специально обученные люди, которые могли бы подсказать тем, кто принимает решения. Какие-то советники, какие-то эксперты. Думаю, что такие люди есть. Но их никто, к сожалению, не слышит.

ПОСТАВНИН: Да, такие люди есть. Но у нас так построено государство. Оно не контактирует с гражданским обществом. Правда, сейчас, должен сказать, прислушиваются. Мы только в стадии начала. А это надо было делать всегда, потому что обратная связь с обществом должна быть, чтобы не доводить ситуации до критического состояния, когда люди станут выходить на площадь.

На самом деле люди хотят сделать, как лучше. И это можно было сделать. В своё время, чтобы решить проблему с вынужденными переселенцами, надо было выделить 200 млрд рублей, и проблема была бы закрыта.

Да, эти деньги идут. Но идут, скажем, на поднятие Чечни, в Дагестан, в Ингушетию. Правильно, пусть они туда идут. Но не надо забывать о русском населении, которое осталось в других регионах страны.

Поэтому я всегда говорю, что всё дело в нашей системе, ну, такое у нас государство. Оно уже 200 лет бюрократическое, как-то так оно у нас построилось. Такой у нас менталитет: без команды никуда. С одной стороны, это хорошо для решения каких-то задач. Но тогда давайте сделаем министерство, чтобы кто-то отвечал за все миграционные проблемы. В своё время был в России Миннац, что было правильным. В Канаде, Германии, других странах, где много мигрантов, репатриантов и пр., вопросы эти решаются без проблем. А в России до сих пор не могут решить проблемы тех, кто жил, собственно, в нашей стране, в СССР, тех русских, которые вернулись. Сейчас никто даже не знает, сколько в России людей с неурегулированным правовым статусом?

И мы всё время к своим людям как-то относимся с подозрением. А вдруг кто-то обманет? А в чем он обманет? Чего он такого от страны получит? Вдруг пенсию будет получать? А что он её разве не заработал, если будет получать?

– Кстати, с квартирами для ветеранов та же самая история. На днях разбирала почту и получила очень сердитое и обиженное письмо, которое имеет отношение к российскому менталитету. В какой-то из программ я говорила о том, что плохо, когда ветеранам отказывают в жилье на том основании, что вот они получат жильё, но, как говорится, человек смертен, уйдут из жизни, и в этой квартире останутся их дети! Как же это может быть! И в письме мне написали, что вот вы заступаетесь за ветеранов, у них и так всё есть, а мы – дети войны, у нас ничего нет, о нас никто не заботится.

Получается так, что у нас государство не заботится, в сущности, ни о ком, хотя всё время провозглашается, что Россия – социальное государство, что действуют огромные социальные программы, что на эти цели тратится много денег. Но всё время оказывается какое-то количество обиженных и на самом деле обиженных людей. Правильно, дети войны, которые с 13 лет работали, тоже хотят какого-то к себе внимания.


ПОСТАВНИН: Я с вами согласен. Но надо рассчитывать силы. Что мы можем делать, то и надо делать. Если решили про жильё для ветеранов, то дайте его им, доведите до конца. Против ветеранов войны никто не выступит. А тут чисто чиновничий подход. Давайте сэкономим деньги.

Могу пояснить на собственном примере. У меня жена многодетная мать, трое детей. Так вот, сейчас старшему будет 18 лет, и она перестанет быть многодетной. При этом лишается всех льгот. Возникает вопрос: есть ли какой-то стимул у женщины рожать третьего ребёнка, если известно, что в момент, когда старшему из детей станет 18 лет, у неё исчезнет статус многодетной матери? Идея у нас – не родить ребёнка. Что государству нужно? Рабочие руки. Ведь государству нужны не дети, а рабочие руки, солдаты. Мы даём рабочие руки, но всё построено так, что дают льготы только тем, у кого маленькие дети. Логики в этом нет. Чиновник даже не понимает, что он делает. Главное для него – лишить семью с повзрослевшими детьми дотации. Чего тогда себя обманывать?

Или помните, матери вышли по вопросу, имеющему отношение к пособию по беременности. Вот такие ошибки и порождают отношение населения к государству.

– Пособия по беременности так ведь не велики. Понятно, страна большая, много народу, денег мало, хотя денег много, считают многие экономисты.

ПОСТАВНИН: Кстати, публично заявляется, что триллион рублей в России разворовывается. Ну, тогда боритесь с теми, кто их крадёт, не боритесь с матерями и ветеранами. А то боятся, что какая-то мамаша получит что-то. Да пусть получит она свои копейки.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie