Хлебные крошки

Статьи

Безопасность
Взгляд
Россия

Суходольский: Не прощу обман и предательство

Наиболее интересные вопросы блогеров и твиттерян

Глава ГУ МВД по Петербургу и области Михаил Суходольский дал «Фонтанке.ру» первое расширенное интервью с момента назначения. К разговору в преддверии профессионального праздника — Дня сотрудника органов внутренних дел — наша интернет-газета пригласила не только профильных сотрудников, но и всех читателей. Наиболее интересные вопросы блогеров и твиттерян были заданы главному полицейскому.

Вопросы от редакции:

- Михаил Игоревич, вопрос на затравку. Вы закончили военное училище. У вас много сокурсников стали генералами?

- Насколько я знаю, с моего курса я один.

- Вы думали, что когда-нибудь станете генералом полиции?

- Вопрос интересный. Мне кажется, что человек, который закончил военное училище, всегда, где бы он ни работал, в гражданских, негражданских структурах, в нем остается то, что было заложено в училище. Тогда была очень хорошая, высокая подготовка, знания давали хорошие и практические навыки давали хорошие. Это помогло в дальнейшем и моим друзьям, коллегам, с которыми я вместе учился, при проведении реформы армии найти свое место в жизни. У меня получилось так, что я с детства знал, что буду офицером, военным, - я рос в семье военного, отец у меня прослужил 32 года в советской армии, причем в различных гарнизонах в уголках нашей тогда необъятной родины СССР. С одной стороны, армейская жизнь, с другой стороны - любовь к военно-историческим романам, детективным романам, к детективному жанру. Я поступил в военное училище, отучился, далее 4 года службы в советской армии на различных офицерских должностях, потом сокращение личного состава, увольнение из армии и потом уже приход на работу в органы внутренних дел. Был у меня период, когда я попробовал себя в гражданской ипостаси — на должности инженера отдела снабжения завода "Крептон", но я понял, что это не мое, буквально через месяц и пошел искать военизированную организацию.

- Не секрет, что в милиции-полиции не очень любят людей армейских, это как-то сказывалось? Поговаривали, что вы военный, наверное, любите парады, всех задрюкаете...

- Скажу так, это зависит от конкретного человека. Приведу пример из своего опыта. Как-то раз нужно было ввести должность начальника БЭП Центрального административного округа, и тогда из 7 начальников БЭП районных управлений надо было найти одного подходящего на эту должность. Ответственность серьезная - 200 офицеров в подчинении. И один из моих руководителей приехал к начальнику УБЭП города генералу Филатову и говорит: вы планируете поставить этого парня, он же армейский сапог, чего он там наделает. На что Филатов говорит: вот, смотрите, у этого сапога тут лучше всех, тут лучше всех, тут лучше всех, значит, его надо ставить. Я думаю, что нельзя определять по тому, из военной среды вышел или нет, определяют по конкретной работе. А то, что касается армии... армия дает такое понятие, как дисциплина, а раз мы все носим форму, в том числе в органах внутренних дел, дисциплина должна быть одним из важнейших факторов. Поэтому, когда мы проводим строевые смотры, это, во-первых, сплачивает коллектив, во-вторых - дисциплинирует, в третьих - когда, глядя на то, сколько народу на патрулировании улиц, все видят, какая это сила. Другое дело, когда пытаются представить так, будто я пытаюсь переодеть в гражданское платье оперативных сотрудников. Я был опером. Я знаю, что такое форма для оперативного состава, насколько она ему нужна и какая она ему нужна. Поэтому единственная служба, которой разрешается взамен обмундирования получать денежное довольствие, — это оперативный состав.

- Вы убрали у себя из приемной галерею портретов начальников ГУВД, а вместо этого повесили картины с видами Петербурга. Это потому, что настолько полюбился город? И он вас принял? У нас город такой: может принять, может не принять.

- Мне трудно судить, принял меня город или нет. Это только петербуржцам судить. Что касается картин, мне виды города действительно нравятся. Я с сожалением думаю, что скоро наступит зима и виды будут не столь красивыми, как сейчас. Но может быть, я так думаю потому, что не видел Петербург зимой. Что касается портретной галереи, есть у нас музей, есть культурный центр, прекрасное место для всех портретов. Да и, честно говоря, я бы не хотел, чтоб мой портрет там висел. Это мое личное ощущение, но мне кажется, что человека должны помнить по его делам.

- А вы в курсе версии, которая активно бытует среди сотрудников полиции, почему вы убрали галерею?

- Нет, не в курсе. Скажите.

- Чтобы не смотреть на лицо Пиотровского, который тоже должен был там висеть.

- У меня с Владиславом Юрьевичем нормальные отношения. Они были такими на протяжении долгих лет и остались такими, несмотря на то, что я сменил его на должности. Я уже не раз говорил, что считаю Пиотровского как руководителя профессионалом: он прошел большой путь - был и начальником управления уголовного розыска, потом начальником криминальной милиции, потом начальником главка. С учетом той деятельности, которую я контролировал как замминистра и за которую он отвечал, у меня вопросов не было.

- Вы себя считаете хорошим начальником? И что вы готовы простить своим сотрудникам, как человек военный, ратующий за дисциплину, за талант сыщика?

- Я скажу вам, что я не готов простить: обман и предательство.

- Как правило, талантливые люди немножко безалаберны, может быть, местами недисциплинированные. Талант - это вообще отклонение от нормы. Вы готовы это прощать?

- Я с вами согласен. К каждому сотруднику, с которым работаешь, нужно подходить индивидуально. Но во главе угла должно стоять выполнение поставленной задачи, то есть конечный результат. Бытует иногда мнение, что если руководитель сидит на работе до 11 вечера, то все подчиненные сидят тоже, заместители, начальники отделов. Это неправильно. Если сотрудник делает свою работу в течение рабочего дня, то и не надо его дергать, чтобы он создавал иллюзию, что надо умирать на работе. Если участковый вышел, он должен нормально отработать эти 6 или 8 часов. У оперов другая ситуация, потому что они работают порой круглосуточно. И иногда им можно дать слабинку. Вообще сотрудников полиции, я бы сказал, надо беречь.

- С 1 января 2012 года существенно увеличится зарплата полицейских, но наверняка в рядах полиции осталось достаточное количество тех, кто плевал на закон. Собираетесь ли вы принять какие-то меры контроля? Как вы собираетесь их выявлять?

- Сейчас только первый шаг реформы. И мы не можем сказать, что полицейскими стали 100 % законопослушных сотрудников. Но таких мы выявляем. Работаем... если вы видите из сообщений, из сводок, то, что мы работаем постоянно. Здесь мы не даем никому спуску. Постепенно будет, я думаю, проходить механизм самоочищения.

- До светлого будущего еще 2 месяца, но уже в настоящее время у всего личного состава сократилась заработная плата на несколько тысяч, даже в некоторых случаях внушительное сокращение. Не кажется ли вам, как бывшему замминистра, как сотруднику центрального аппарата, что повышение заработной платы в условиях ее сокращения это некое лукавство?

- Во-первых, если брать Санкт-Петербург, я бы не сказал, что здесь произошло сокращение заработной платы. По городу произошла задержка заработной платы, то, что касается так называемых губернаторских надбавок. Она в первую очередь произошла из-за того, что изменилось штатное расписание, изменились названия должностей, и для того, чтобы городу эти деньги оплатить, должно быть принято соответствующее постановление правительства. Деньги заложены в бюджет, они будут все выплачены. Я разговаривал с губернатором, постановление в срочном порядке готовится и вскоре будет рассмотрено. Кроме того, ряду подразделений за вклад в охрану общественного порядка доплачивается 12 тысяч рублей ежемесячно. Это специальные подразделение полиции, это полк ППС. Учитывается то, какая нагрузка ложится на данные подразделения при проведении культурно-массовых, спортивных мероприятий. А они в городе проводятся регулярно. При этом надо еще решать вопросы по стабилизации оперативной обстановки в городе и области. В таком режиме на сегодняшний день работает полиция, но никаких сокращений денежных довольствий объективно не произошло. Если кто-то что-то говорит, то, я думаю, это из-за неправильного информирования. Повышение заработной платы будет существенным, и, кто бы что бы как бы ни говорили, это будет действительно шаг вперед. Другое дело, что те сотрудники, которые не работали за 10 тысяч рублей, и когда начнут платить 30 или 40 тысяч рублей, по моему личному мнению, тоже не будут работать. У человека должна быть прежде всего мотивация к работе. Когда она есть, он будет за 10 тысяч те же самые скрипеть зубами, но работать, а когда ему повышенную дадут заработную плату, он будет так же работать, но уже за нормальное денежное содержание.

- Трудно уволить за неработу? Не за то, что человек совершил серьезное нарушение, пьяный пришел на работу, а вот за то, что вы видите, что человек — бездельник.

- Можно уволить, и нужно увольнять таких сотрудников. Другое дело, что некоторые руководители не до конца знают свои права в этом отношении. Для того, чтобы оценить деятельность сотрудника, насколько он эффективно работает, сам руководитель должен понимать и знать эту работу, каков должен быть конечный результат. Когда он это все знает, то может спокойно проконтролировать действия сотрудника. Вызвать его на разговор и объяснить: ты недоработал здесь, здесь и здесь. Вот тебе такой-то срок на исправление. Если нет, то есть комплекс мероприятий, в том числе и проведение служебных проверок, привлечение к дисциплинарной ответственности — через эти все моменты можно сотрудника уволить.

- 31-го числа каждого месяца одна и та же картина у «Гостинки»: несколько десятков протестующих, несколько десятков репортеров. В два раза больше сотрудников полиции. В результате информационный повод для всех СМИ. Может быть, один раз обойтись без полиции? И все будет спокойно...

- Что касается акций, проходящих в Петербурге и других городах России 31-го числа, есть закон. И организации, которые выводят людей на улицу, должны это понимать. Но вместо этого они порой подают заявку с прицелом на то, что вот, мол, нам откажут, но мы все равно выйдем. То есть с прицелом на провокацию. А полиция при этом должна обеспечить выполнение закона. Оппозиционеры должны понимать также, что они могут помешать проведению выходного дня другими гражданами, нарушить их право на отдых. Таким образом, произнося громкие слова о борьбе за права, они ущемляют права других граждан. Тут больше вопросы не к нам, а к ним.

Вопросы от сотрудников полиции:

- Есть ряд вопросов от ваших подчиненных, которые нас читают. Есть точечные, а есть более концептуальные. Из точечных: «Опера из УМВД не могут пройти в главк. Обязательно надо, чтобы за ними кто-то спускался из управления уголовного розыска. Это нормально?» Есть вопрос о проблеме с парковкой на Кавалергардской...

- Мы разберемся с этим и сделаем нормальную, понятную пропускную систему. Но проходного двора в главке не должно быть. С парковкой действительно есть проблема. Будем порядок наводить. Я понимаю, что, если сотрудник приезжает на работу на личной машине, он должен иметь возможность ее где-то припарковать.

- Кстати, на Кавалергардской некоторое время назад произошло ДТП – пострадал сотрудник главка, его сбила машина. Как решаются вопросы с его лечением, он до сих пор в госпитале?

- Если есть необходимость в материальной помощи – нужно обратиться к руководителю подразделения. Главк должен помогать своим сотрудникам всем, чем может. Это моя позиция.

- Еще вопрос от сотрудников: при задержании сотрудников других силовых структур, например, нетрезвого сотрудника ФСБ за рулем, порой происходит противостояние – «старшие братья» пытаются надавить «на младших», выставить их в невыгодном свете. И появляется страх лишний раз связываться с такими «героями». Как изжить этот страх?

- Если они все будут выполнять по закону, я готов их защищать. А если они останавливают и не знают, на что они имеют право – то есть что они по закону могут сделать с этим человеком, то это только их беда, если они профессионально не грамотны. Не знают закона.

Полиция какой страны мира Вам наиболее симпатична? Чья работа кажется наиболее интересной, эффективной?

- В каждой стране есть свои плюсы. Так же, как и у нас. Мы ведь привыкли думать, что у нас неэффективная милиция, полиция. А она эффективна. По сравнению даже с другими странами. У нас есть такие вещи, которых нет за рубежом. У нас, например, есть подразделение вневедомственной охраны. В Прибалтике, например, когда распался Союз, упразднили вневедомственную охрану. А потом они поняли, что совершили ошибку. Если говорить о патрульно-постовой службе, то те требования, которые мы предъявляем, гораздо жестче, чем в других странах. Надо учитывать и то, что в других странах, которые стабильно развивались, и граждане более законопослушны.

А у нас в 1980-е годы произошел перелом, мы идеологически повернули на 180 градусов, сказали: вот это плохо, а что хорошо – еще никто не знает. Ломка ценностей, приватизация, изменения в благосостоянии людей… Мы за короткий срок прожили такую бурю… А ведь идеологическая машина, по моему мнению, должна работать всегда. Не в плане вбивания чего-то, а в плане воспитания человеческих ценностей – вот это хорошо, а это плохо… И до сих пор это не восстановилось – ни в школе, ни в вузах.

Я не видел ни одного ректора, например, который бы сказал студентам: вот ваш товарищ совершил преступление, а вы ведь вместе жили с ним в общежитии, видели, к чему идет, и мы видели, как преподаватели, но промолчали… наверное, в этом есть и наша вина. Человек проходит детский сад, школу, институт, где формируется его человеческая позиция… И уже сформировавшийся он сталкивается с полицией. Мы не отвечаем за его воспитание.

Например, рецидивисты выходят на свободу. Должны быть места, где они будут работать, – общество должно их встретить нормально, обеспечить по минимуму социальным пакетом, жильем… Если этого нет, если соответствующие службы этого не делают, то что ему делать остается – снова совершать преступление? Получается замкнутый круг.

По поводу работы – я был в Вене, посещал у них центр управления нарядами. Они сами говорят – у них нет таких объемов работы, как у нас. У нас всего гораздо больше, и у нас все гораздо мощнее, и больше надо вкладывать – и сил, и средств.

- А вот шведская полиция с определенного времени стала принимать в свои ряды представителей диаспор и национальных меньшинств. То же самое коснулось и французской полиции, когда предместья стали заселяться приезжими, возникли проблемы… А у нас вообще предполагается что-то подобное? Ведь ситуация с мигрантами болезненная…

- По моему мнению, в полиции должны быть созданы такие условия, чтобы туда шли работать именно местные жители, в нашем случае – петербуржцы. Начинать нужно с того, чтобы работали те, кто здесь живет , кто знает город, его традиции и не собирается никуда уезжать.

- Приходилось слышать, что есть такие ситуации (и это не связано с национализмом), когда диаспоры продвигают по службе своих людей, чтобы потом решать через них какие-то свои вопросы.

- В первую очередь должен оцениваться уровень профессиональной подготовки. И должна работать служба собственной безопасности, которая должна выявлять, какая мотивация привела человека в полицию. Если, например, армянин живет в Петербурге больше 20 лет, у него нет криминальной подоплеки, он нормально работает, то какие могут быть к нему вопросы? Ведь не только диаспоры, но и местные ОПГ могут быть заинтересованы в продвижении своих людей…

- А вы довольны своей службой собственной безопасности?

- По крайней мере, я вижу, что ребята работают.

Вопросы из Твиттера

- Вопрос от читателя из Твиттера: собираетесь ли вы вести свой твиттер? Пишут, что от этого будет большая польза.

- Вы знаете, я еще не готов к тому, чтобы вести свой твиттер. У нас на сайте это форма «обращение», пожалуйста, пусть люди пишут, обращаются, вся информация до меня будет доходить. Она и доходит, когда какие-то проблемы, о чем граждане хотели бы сообщить. А Твиттер — это что-то такое, мне кажется, личное. Человек должен быть готов к этому.

- Тогда блог на «Фонтанке»...

- Любая форма приветствуется.

- Вопросы от читателей. Вадим: "Когда можно будет получить лицензию на травматическое оружие? Сейчас ее можно получить после прохождения курсов в специальных школах. А таких в Петербурге нет".

- Насколько я в курсе, такие школы есть. Другое дело, что их мало в Петербурге. Это сфера госуслуг, и за количество школ мы не отвечает. Но само направление взято нами под особый контроль. Если вы заметили, когда мы проводили переаттестацию, то ротации подверглись кадры в двух подразделениях районных управлений: это ГИБДД и лицензионно-разрешительная служба. Это делано для того, чтобы дать понять, что у них теперь новые должности, новые территории и новые законы в сфере оказания услуг населению, которые регламентируют их деятельность, и давайте работайте с нуля. Проблема есть, но мы ее будем решать.

- Есть большой блок вопросов, которые можно озаглавить следующим образом - "Хотим видеть полицию". В частности, читатели спрашивают, когда можно будет увидеть на улице пеших полицейских, во дворах - наряды ППС? Спрашивают также, существует ли регламент по времени для выполнения заявок граждан по «02»?

- Что касается пеших полицейских, то тут надо подходить аргументированно к вопросу, где они нужны. Для этого надо смотреть территорию, например, есть ли там места массового отдыха. Если брать парковую зону, то там, может, и нужны пешие наряды. По нашим планам, там будут и конные патрули. Но для большинства улиц города достаточно мобильных нарядов на специальных полицейских автомобилях, которые должны быть оборудованы специальным инновационным, высокотехнологичным оборудованием, системами доступа. Для них самое главное — это оперативное реагирование на те или иные сигналы о происшествиях.

Я не обещаю, что в каждом дворе будет патрульный полицейский. Это утопия. Тем более что все идет вперед, мир идет вперед, технологии развиваются. В Петербурге внедряется АПК (аппаратно-программный комплекс) «Безопасный город». Причем несколько лет назад эта система была признана одной из самых передовых в целом по стране. О ней докладывали на одном из заседаний Национального антитеррористического комитета. После чего было рекомендовано, чтобы другие субъекты взяли за пример подход к проблеме именно с Петербурга. За этот АПК отвечает город, и недавно мы направили ему свои предложения по правоохранительному сегменту. Предложения по установке видеокамер, по установке кнопок «гражданин - полиция», по созданию информационно-телекоммуникационной системы доступа, по оснащению пунктов уполномоченных полиции.

Я думаю, что в 2012 году у нас будет прорыв по внедрению информационных технологий. Тем более что мы ввели специальную должность — замначальника тыла, который будет курировать все эти вопросы. Помните, в 1950 - 1960-х годах был фильм «Сержант милиции»? Там показывали, что вот он постовой — он ходит, у него есть маршрут. Но тогда были одни условия для работы. Сейчас условия другие. Все меняется. И мы стараемся идти в ногу со временем. Если мы оставим пеших полицейских, то мы останемся на уровне 1950 - 1960-х годов.

Что же касается вопроса о звонках по «02», то регламента нет. Но у нас сейчас главная задача, чтобы это время было минимальным. Как правило, это зависит от места нахождения наряда. Но немаловажна и профессиональная подготовка дежурных, которые должны принять правильное решение о том, кого куда направить.

- Кстати, в рамках реформы количество сотрудников дежурных частей отделов полиции было уменьшено до двух. Что не может не сказаться на скорости приема и обработки заявок. Не планируете ли вы выйти с инициативой об увеличении штата дежурных частей?

- Мы сейчас напрямую занимаемся дежурными частями. В первую очередь мы занимаемся их техническим перевооружением. Мы проанализировали нужды дежурных частей и сделали две программы - для города и области. Так, есть договоренности о выделении из бюджета города 25 миллионов рублей, а из областного бюджета - 45 миллионов рублей на эти нужды.

Что касается людского ресурса, то мы сейчас этим также пристально занимаемся. Я всегда говорил, что дежурная часть — это лицо органа внутренних дел. От того, как организована дежурная часть, зависит, как будет организовано раскрытие преступления. Я уже не говорю о выезде на место происшествия, о работе оперативно-следственной группы.

И набор туда людей должен быть не по остаточному принципу. Там должны быть те сотрудники, которые реально понимают, каким образом организовать осмотр места происшествия, работу оперативно-следственной группы, как работают и взаимодействуют все службы. Это универсальный руководитель. Раньше было такое понятие на предприятиях — ночной директор. Вот дежурный — это ночной руководитель органа внутренних дел.

Вопросы из блога:

- Вопросы от жителей сельской местности: «Куда бежать за помощью жителям деревень и поселков, если отделы полиции в сельской местности разогнаны, а двери, грубо говоря, заколочены?» - и второй, похожий: «Когда прекратится общение с полицией через граммофоны, все двери закрыты, чего боимся? Террориста это все равно не остановит…»

- Мы еще раз проанализируем и посмотрим ситуацию по первому вопросу. Реформирование произошло. Где-то были ликвидированы отделы, где-то стали пункты полиции, где-то отделения, где-то остался участковый уполномоченный. Мы сделаем так, чтобы граждане знали, куда обратиться. Да, в области с этим действительно тяжелая ситуация.

Что касается закрытых дверей, то стоит отметить, что все объекты внутренних дел – помещения режимные. Тут надо разобраться, когда это было: если ночью - один вопрос, если круглые сутки… Меры собственной безопасности тоже должны соблюдаться, но так, чтобы не перегнуть палку. Доступ граждан должен быть свободным.

- Что нужно сделать, чтобы привлечь в ряды полиции честных молодых людей с высшим юридическим образованием? Вот почему человек идет в ГАИ? Тяжелая работа, жуткая шапка, полосатая палка, стоит, теряет здоровье, но понятно, почему он туда идет. Убираем коррупционную составляющую, и он уже не пойдет туда, чтобы грабить автомобилистов. А зачем он тогда туда пойдет? Какая система мотивировок у него должна быть? Зарплата все же не самая большая. Здоровье гробится быстро. В чем состоит его порыв? Как вы сами отвечаете на этот вопрос?

- Наверное, мотивация (при соблюдении вопросов нормального денежного содержания сотрудника, создания нормальных условий для работы, материально-технического оснащения, решения вопросов самосовершенствования в системе профессиональной подготовки) может быть только одна - желание работать. Я приведу пример с военными. Военных училищ много, как и специализаций в полиции. Есть танковые, артиллерийские, пехотные. И тогда мы шли в армию и понимали, что мы защищены. Потому что заработная плата высокая. Социальное обеспечение есть. Вопрос с квартирным обеспечением, если тебя посылают в гарнизон, решается. То есть созданы условия.

- Еще и уважение...

- Еще и уважение. Как вы правильно подметили - со стороны общества. Если мы сможем создать эту базу, а первые шаги в этом направлении сделаны, тогда появится мотивация приходить в полицию для реализации своих возможностей и амбиций. Реализации как человека и гражданина.

- А как у вас с губернаторами Петербурга и области складываются отношения?

- Нормальные рабочие отношения.

- А почему вы не член правительства города?

- У нас федеральный орган исполнительной власти, и главное управление является территориальным органом федерального органа исполнительной власти. Раньше было двоякое подчинение — федеральному центру и отчасти региону. Это было еще с советских времен. Сейчас вертикаль федерального ведомства у нас четко выстроена. У нас есть свои территориальные органы регионального уровня в Петербурге и Ленинградской области. Ниже у нас районный уровень.

- Как часто вам приходится контактировать с губернаторами посредством телефонных звонков или на уровне очного общения?

- Во-первых, есть такая форма, как координационное совещание правоохранительных органов, которое возглавляют губернаторы. Есть еще ряд межведомственных комиссий, есть ряд вопросов, которые обсуждаются на правительстве, где необходимо присутствие должностных лиц главка. По крайней мере, такого случая, когда мы не могли бы друг друга найти при решении каких-то срочных оперативных вопросов, не было. Последний раз вы, наверное, в курсе, мы проводили учения, присутствовал губернатор...

- Даже пистолет взял...

- Кроме пистолета там еще кое-что... В любом случае это крайне показательно и для ребят тоже. Поприсутствовал, посмотрел.

- В связи с выборами вам какие-нибудь задачи ставились дополнительные?

- Да. Как вы думаете, какую задачу нам поставили?

- Обеспечение правопорядка?

- Правильно. Вот эту задачу нам и поставили.

- Михаил Игоревич, давайте вернемся к кадровым перестановкам. После вашего назначения были назначены начальники УМВД, ОМВД. По какой системе происходили эти перестановки? Получилось так, что единицы были уволены, единицы остались на своих местах, а большая часть поменялась районами. По какому принципу была эта перетасовка? И можно ли уже говорить о результатах?

- Мы оценивали несколько моментов. Первое - профессиональный уровень руководителя, его образование. Второе - время нахождения в должности, каких результатов добилось его оперативное подразделение за период его пребывания в должности. Третье - наличие противопоказаний для прохождения дальнейшей службы в этой должности. Учитывался и возрастной ценз. Был целый комплекс критериев, по которым мы оценивали деятельность и провели ротацию. Наверное, одна из основных причин ротации — это длительность нахождения в должности тех или иных руководителей, потому что мы считаем, что новые руководители смогут по-новому посмотреть на организацию работы, сохранив лучшее, внести что-то новое.

- Но в ротации тоже есть недостатки. Если сотрудник в одном районе прошел путь от оперуполномоченного до начальника управления, он владеет обстановкой, каждого знает в лицо. Проработал на одном месте лет 15, и его перебрасывают в другой конец города.

- Вы знаете, я бы с вами согласился, если бы речь шла об участковом уполномоченном или простом опере. Оперуполномоченный полиции действительно знает всех и каждого, но на уровне начальника управления районного звена - это уже управленец. Он не должен знать каждого жителя в лицо, он должен знать проблемы района, как правильно расставить акценты и как правильно поставить задачу, организовать исполнение и обеспечить это исполнение. А для этого он должен, в том числе, и контактировать с руководителями правоохранительных структур, администрации.

Управленца можно ставить на любой район, он познакомится с личным составом, оценит его профессиональную подготовку, сможет проводить свои решения. А то, что он знает каждого жителя района... это еще ничего не значит. И с другой стороны, каждому человеку должно быть интересно работать. Вот, к примеру, мы назначили в Ломоносовский отдел Сергея Борисовича Музыку, он раньше работал в ОРЧ по линии собственной безопасности. Я у него был 6-го числа. Мы прилетели туда - у него глаза горят. Я его увидел и понял, что это - его. Он говорит: «Михаил Игоревич, вот я там сидел, я понимал, что мне не интересно, я деградирую, а здесь я пришел, все новое, мне интересно».

А человек, который 5 - 6 лет просидел, он это знает и то знает, ему уже не интересно. У каждого руководителя притупляется чувство ответственности через определенное время.

- Есть ли сейчас в главке отдельный заместитель, который курирует работу в Ленинградской области, как это было раньше?

- Раньше к области относились «по остаточному принципу». Вроде бы был руководитель, но у него не было аппарата управления, который помогал бы ему решать все возникающие вопросы. Сейчас за область отвечают все руководители. Если это вопросы следствия – то зам по следствию, если вопросы оперативные, то зам по КМ, если вопросы тыла – то зам по тылу. И сами подчиненные начинают понимать, что они отвечают и за город, и за область. При аттестации мы начали спрашивать, как городские сотрудники могут охарактеризовать обстановку в области. И мы не услышали ответа, так как они просто не знают, они не выезжали туда. То же и с вопросами обеспечения – что-то есть, чего-то нет. А все мы прекрасно понимаем, что у нас некоторые люди живут в области, а преступления приезжают совершать в город и наоборот. Возьмем Ломоносовский район, к примеру: численность населения - 70 тысяч человек, в выходные и летом – до 350 тысяч. Конечно, здесь должно быть комплексное решение всех вопросов.

- Корпоративный вопрос. Во время акций 31-го числа порой возникают конфликтные ситуации с журналистами. Вряд ли это позиция руководства главка. Ни вы, ни министр не даете указаний противодействовать журналистам. В чем причина? В том, что рядовые сотрудники не понимают, что журналисты тоже выполняют свою работу, или в чем-то другом?

- С каждым случаем надо разбираться индивидуально. Как вы помните, 2 - 3 года назад первые марши несогласных и другие подобные акции протеста стали происходить в Москве. И были первые случаи, когда журналисты и сотрудники правоохранительных органов, скажем так, недопоняли друг друга. Тогда министр дал команду, и мы наладили хорошее взаимодействие с представителями СМИ. И это срабатывает.

Иногда, я подчеркиваю, иногда, журналисты где-то сознательно провоцируют совершение противоправных действий. Ведь когда журналисты снабжены бейджами и прочим – вопросов нет, они работают, сотрудники их даже в какой-то мере защищают, предупреждают, что вот сюда не надо, и т.д. А я помню случай с задержанием одного человека, который только уже после того, как его погрузили в автобус, достал документы, сказал, что он журналист.

- Часто приходилось слышать, что журналисты провоцируют. И не только милицию. У нас журналисты такие крутые ребята, что они и СК «провоцировали». Но ведь журналист – человек гражданский. А вот человек в погонах не должен поддаваться на провокации гражданских лиц. Если тебя спровоцировал журналист, то что с тобой будет, если ты столкнешься с серьезными персонажами?

- Я бы не хотел сейчас говорить о провокациях. А нервы, если вы посмотрите, у наших сотрудников гораздо крепче, чем у наших коллег из зарубежных стран. Там при малейшем нарушении порядка или угрозе столкновения начинают применять спецсредства, силу, а потом не обращают внимания на то, что о них говорит пресса. Так вот... посмотрите на наших сотрудников. Я считаю, что с нервами у них все в порядке. Хотя, может быть, где-то какие-то индивидуальные случаи бывают…

- Что-то необычное для себя в Петербурге обнаружили?

- Здесь совершенно иной темп жизни, чем в Москве. Но сейчас - или я уже под питерцев подстроился, то ли питерцы под меня – легче стало.

- Вы сказали, что на выбор профессии повлияли детективные книги. Вы продолжаете читать детективы? Что вы сейчас читаете?

- Последнее, что я читал, – это «12 стульев». Я сейчас люблю книги, которые легко читать, которые не нагружают.

- Откуда вы получаете информацию?

- Из СМИ. У нас постоянно мониторятся выпуски новостей, печатные, интернет-издания…Но первым я пришел к вам.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie