Хлебные крошки

Статьи

Соотечественники
Политика
Америка

Мария Бутина

«В Америке есть группы, которые пишут на нас доносы»: председатель КСОРС США Елена Брэнсон о своем возвращении в Россию

В рамках проекта RT «Своих не бросаем» Мария Бутина взяла интервью у председателя Координационного совета организаций российских соотечественников (КСОРС) США Елены Брэнсон. В октябре 2020 года из-за преследований ФБР она вернулась на родину. Однако только спустя год Брэнсон согласилась рассказать, что именно ей грозило в Америке и почему она так долго молчала.

- Вы много лет прожили в Америке. Почему уехали, чем занимались?

- В 1991 году было достаточно сложно найти хорошую работу. Я окончила МГУ и преподавала в Бауманском университете. Но мой научный руководитель уехал, перестали платить зарплату. В общем, было непонятно, что делать. И я уехала учиться сначала в университет в Мэриленде, потом перебралась в Лондон, где изучала финансы.

- Но при этом вы сохранили российское гражданство?

- Да, конечно.

- Вас можно считать и россиянкой, и соотечественницей. Много таких, как вы, в Америке?

- В самом деле, соотечественников в США очень много. По разным оценкам, от 5 до 10 млн даже. И конечно, больше всего народу уехало в 1990-е годы.

- И эти люди формируют КСОРС. Расшифруйте, что это.

- КСОРС - это Координационный совет организаций российских соотечественников в США. Он существует сейчас более чем в 100 странах мира. В Соединенных Штатах это большая структура, объединяющая множество организаций соотечественников. Она неформальная, поэтому нигде не зарегистрирована. Соответственно, у КСОРС нет счета в банке. То есть мы деньги ни от кого, в том числе от российского государства, не получаем. А работаем на добровольной, волонтерской основе.

- Чем занимаются эти организации?

- Гуманитарными проектами, продвижением русского языка, русского культурно-исторического наследия. Мы помогаем соотечественникам, которые попали в беду, или координируем, помогаем координировать какие-то проекты. В частности, это и «Бессмертный полк», и большие массовые мероприятия вроде Масленицы.

- Другими словами, на американских политиков вы влияния не оказываете?

- Мы с ними не общаемся. А в последнее время даже не приглашаем их на свои мероприятия. Но, несмотря на это, не так давно американские специальные органы заинтересовались нашей деятельностью.

К нашим активистам стали приходить агенты ФБР, чтобы с ними побеседовать, поговорить о том, чем мы занимаемся.

- В один из дней к вам постучали?

- 29 сентября прошлого года ко мне рано утром позвонили в дверь. Это было очень странно, потому что в доме, в котором я живу, есть консьерж. Никто никогда не звонит в дверь, всегда звонят сначала консьержу. Это было около шести утра. И, когда открылась дверь, на пороге было около 30 агентов ФБР - все одетые в форму, все с пистолетами, в пуленепробиваемых жилетах и с такой штукой, чтобы дверь выбивать, - не знаю, как она называется. Они предъявили ордер на обыск и ордер на то, чтобы, если им что-то не понравится, они могли забрать и меня тоже. Агенты попросили меня выйти и обыскивали квартиру несколько часов.

- Они сказали, что искали?

- Нет, они вообще ничего не сказали. Они даже не хотели говорить, как их зовут. Они попросили выйти и на улице задали интересующие их вопросы.

- Что спрашивали?

- Задавали вопросы о том, чем занимается КСОРС, каким образом мы контактируем с Россией, с кем контактируем в России. Давит ли на нас посольство, заставляет ли нас что-то делать. Спрашивали о контактах, с кем общаемся, кто какие деньги получает, откуда. Конечно же, спрашивали, знакомы ли мы и общаюсь ли я с тобой.

- Что забрали у вас в рамках обыска?

- Забрали все iPhone, все телефоны, все iPad, все компьютеры, которых у меня было три или четыре. Забрали все документы, которые были связаны с налоговыми какими-то декларациями или работой с КСОРС. Забрали огромное количество вещей. Целый фургон вывезли.

- Какие документы вам предъявили?

- Ордер на обыск и опись забранных вещей.

- По каким статьям собирались предъявить обвинение?

- Агент иностранного государства. Сговор с иностранным государством. Иностранный агент и пропаганда, регистрация иностранного пропагандиста. Закон о раскрытии информации об иностранных агентах и расширение регистрации. То есть я не раскрыла информацию о том, что я иностранный агент. Притом, что я не знаю, что такое иностранный агент, и не занимаюсь никакой агентурной работой. После того как они ушли, я внимательно прочитала то, что там было написано. Конечно, испугалась и уехала через месяц после этого обыска.

- Вы реально думали, что вас посадят?

- Да, потому что вероятность была очень большая. У нас же есть твой опыт, который мог повториться со мной.

- С чем вы вылетали, что было в чемодане?

- Я взяла с собой два теплых костюма, которые, думала, мне помогут, если меня заберут.

- В смысле, заберут в тюрьму?

- Ну, на границе, я же не знала, выпустят меня или нет.

- Преследование соотечественников и КСОРС - это что? Следствие русофобии?

- В Америке есть много недоброжелателей, много русофобов. Есть сложившиеся группы, которые пишут доносы на нас. Я думаю, что это следствие этого, скорее всего. Есть просто какая-то часть населения небольшая, но очень активная, которая борется с Россией, с русскими, русскоязычными американцами.

- Почему вы молчали до сегодняшнего дня?

- Я была не готова говорить об этом. Это такой большой шок для меня, и я не хотела никого пугать. Потому что после этого к десяткам людей, которых я знаю, пришли побеседовать: спрашивали об их отношениях со мной, с КСОРС.

После этого многие сказали, что не будут приходить на «Бессмертный полк». Не будут проводить новогодние елки для детей и в целом приходить на мероприятия, которые проводят соотечественники, потому что просто боятся, что их будут преследовать.

- Кто-то еще вернулся так же, как вы, в Россию?

- Каждый день кто-то возвращается. Есть несколько групп в разных социальных сетях, где люди обмениваются информацией о том, как уехать. Рассказывают про свой опыт, говорят, что хотят уехать. Но многие не могут этого сделать. Просто потому, что у них нет гражданства, они уехали из стран СНГ или из Советского Союза.

- Вы помогаете им вернуться?

- Да, я очень хочу создать организацию, которая помогала бы, серьезно помогала. Сейчас мы ежедневно занимаемся этими людьми, даем советы, рассказываем, что нужно сделать. Я считаю это очень важным. Думаю, что действительно надо пересмотреть программу помощи соотечественникам, больше помогать юридически.

- Каково было вернуться в Россию после 30 лет жизни в Америке?

- У меня не было никакой проблемы с адаптацией, потому что я достаточно часто ездила в Россию. Старалась приезжать два-три раза в год. Для меня это было большое счастье - вернуться, потому что я очень люблю Россию, я очень люблю Москву. Это мой родной город. Поэтому у меня не было никаких проблем, не было пустоты. Было просто ощущение радости.

Фонд поддержки и защиты прав соотечественников, проживающих за рубежом

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie