Хлебные крошки

Статьи

Непризнанные республики
Политика
Молдова и ПМР

Александр Галин

В ожидании ответов

К итогам встречи президентов Приднестровья и Молдовы

Состоявшуюся 11 апреля встречу Президентов Приднестровской Молдавской Республики и Республики Молдова можно назвать вторым по значимости событием года, после признания суверенитета Косово. Параллели между этими двумя событиями не случайно сегодня проводят многие. Именно косовский прецедент дал толчок размораживанию ситуации на берегах Днестра.

Во-первых, Россия после многочисленных заявлений об универсальности косовского прецедента, все-таки решила не «обезьянничать».

Во-вторых, понимание того, что Россия не спешит признавать Приднестровье, подвигло руководство республики искать новые методы борьбы за независимость, которые выразились в форме «Договора о дружбе и сотрудничестве между Республикой Молдова и Приднестровской Молдавской Республикой», который, по сути, есть не что иное, как предложение Республике Молдова признать ПМР.

Ну, а в-третьих, понимание молдавскими властями неизбежности косовского прецедента вынудило руководство Молдовы задолго до его возникновения искать пути возобновления дружеского диалога с Москвой, в результате которого можно было бы убедить российскую сторону в том, что иметь в союзниках объединенную Молдову для России гораздо выгоднее, нежели одно Приднестровье. Эти три предпосылки и сам косовский прецедент стали прелюдией к встрече президентов двух государств. Напомним, со времени предыдущей такой встречи прошло семь лет.

Факт этой встречи уже сам по себе - событие неординарное. А какой будет реакция Молдовы на предложения приднестровской стороны по урегулированию конфликта, отраженные в «Договоре о дружбе и сотрудничестве между Республикой Молдова и Приднестровской Молдавской Республикой», нетрудно догадаться. Во исполнение воли народа Приднестровья статья первая Договора, четко и однозначно определила, что Молдова и Приднестровье являются суверенными независимыми государствами. В частности, в этой статье говорится: «Высокие Договаривающиеся Стороны строят взаимоотношения на основе принципов взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности, невмешательства во внутренние дела друг друга, недопустимости применения силы или угрозы силой. Никакие положения настоящего Договора не должны толковаться как посягательство на суверенитет и независимость каждой из Высоких Договаривающихся Сторон. Высокие Договаривающиеся Стороны исходят из того, что государственная граница между ними определяется исходя из ныне существующей линии разграничения фактического территориального контроля. Высокие Договаривающиеся Стороны приложат усилия для оперативного решения вопроса делимитации и демаркации государственной границы». То есть, Приднестровье четко и ясно дало понять молдавскому руководству, что ни о каком объединении на федеративных, конфедеративных, а, уж тем более, унитарных началах речи быть не может. ПМР имеет полное право на независимость и намерено этим правом воспользоваться.

Ожидал ли такого поворота событий Воронин? Разумеется, нет. Он приехал в Бендеры, где в минувшую пятницу состоялась встреча дух президентов, с предложением о создании рабочих групп, целью которых стала бы разработка мер, направленных на воплощение в жизнь так называемых «газетных инициатив Воронина». Напомним, что эти инициативы в первую очередь предполагали замену российских миротворцев гражданскими наблюдателями, демилитаризацию региона, создание совместных вооруженных сил, возврат железной дороги Приднестровья в состав МЖД, создание совместного телевидения и ряд других, не менее интересных вопросов. То есть, все инициативы были направлены на поэтапное включение Приднестровье в состав Молдовы. Однако в «Договоре о дружбе и сотрудничестве», предложенном Приднестровской стороной, выдвинуты другие постулаты разрешения молдо-приднестровского конфликта. В частности, в статье пятой договора четко и ясно говорится о том, что «проводимая в регионе миротворческая операция будет оставаться неизменной в соответствии с ранее достигнутыми договоренностями Высоких Договаривающихся Сторон и Российской Федерацией», что само по себе сводит инициативу Воронина о замене миротворческих сил невоенными наблюдателями на нет. Кроме того, понятно, что говорить о совместной армии двух разных государств - бессмысленно. Можно говорить о сотрудничестве в военной сфере, не более того.

Таким образом, на встрече двух президентов, состоявшейся 11 апреля, стороны в очередной раз продемонстрировали диаметральность своих взглядов на пути решения молдо-приднестровской проблемы. Однако назвать ее безрезультативной ни в коей мере нельзя. Во-первых, Игорь Смирнов и Владимир Воронин пришли к согласованной позиции о создании совместных рабочих групп по укреплению мер доверия между Кишиневом и Тирасполем. Эти группы будут работать над проектами, направленными, как предполагается, на развитие инфраструктуры, дорожного строительства, безопасности и разоружения, а также социальной и культурно-гуманитарных сфер. Во-вторых, на встрече президентами было подтверждено желание сторон возобновить переговорный процесс в формате «5+2».

В-третьих, и Молдова и Приднестровье намерены рассмотреть вопрос о снятии ограничений на передвижение высших государственных лиц Молдовы и Приднестровья на своих территориях. Ну, а, в-четвертых, Игорь Смирнов официально вручил Владимиру Воронину «Договор о дружбе и сотрудничестве между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова», который составлен с учетом результатов всех проведенных в Приднестровье референдумов и мог бы стать базовым документом при разрешении конфликта.

Другой вопрос, согласится ли молдавская сторона подписать этот договор? Если вспомнить о Законе Республики Молдова «Об основных положениях особого правового статуса Приднестровского региона РМ» 2005 года, где Приднестровью отводится статус автономно-территориального образования, сродни гагаузскому, а также печальную участь меморандума Козака 2003 года, в котором закреплялось федеративное обустройство Молдовы, трудно представить, что нынешний документ воспримут в Кишиневе без истерии. Позиция Воронина ясна и однозначна – Приднестровье является составной частью унитарной Молдовы. Об этом молдавский президент твердит вот уже 7 лет. Последний раз он заявил об этом в начале апреля на саммите НАТО в Бухаресте: «Молдова по сей день продолжает быть единственным государством Восточной Европы, политически и территориально разделенным, где более полумиллиона молдавских граждан являются заложниками сепаратистского режима. Мы готовы предоставить справедливый статус Приднестровскому региону в составе суверенной, неделимой и территориально целостной Молдовы».

Вряд ли его позиция, спустя неделю после натовского саммита, изменилась хоть на йоту. Даже, несмотря на то, что он решился на встречу с главой так обливаемого им грязью, «сепаратистского режима». Отсюда вытекает закономерные вопросы: для чего Воронин инициировал встречу на высшем уровне, и зачем она вообще была ему нужна, если позиции сторон остались неизменными?

Уж не на саммите ли НАТО ему нашептали, что надо бы позвонить Смирнову и поговорить о возобновлении переговорного процесса? Главное, чтобы он начался, а там мы Приднестровье «додавим»?

И лишь частично прав молдавский политолог Виталий Андриевский, говоря, что Воронину «эти переговоры нужны лишь для электоральных целей, чтобы вывести ПКРМ из кризиса и попытаться добиться еще раз победы на выборах». Несомненно, Воронину нужна еще одна победа, но еще больше Западу нужно избавиться от российского военного присутствия в регионе, а для этого есть только один путь – вернуть ПМР в лоно Молдовы.

Чтобы Воронину или, по крайней мере, партии коммунистов (что, в общем-то, одно и то же) победить на выборах 2009 года, коммунистам, как минимум, надо добиться полного и окончательного урегулирования молдо-приднестровского конфликта. Половинчатые действия желаемого электорального результата не дадут. А значит, в течение оставшегося до выборов года Воронин должен будет пойти на достаточно солидные уступки Приднестровью. Одну из них он уже сделал, заявив, что намеревается обратиться в Евросоюз с тем, чтобы руководству Приднестровья отменили запрет на свободный въезд в Европу. Впрочем, заявление – это еще не реально выполненное действие. Да и разрешение на выезд за пределы ПМР молдо-приднестровскую проблему не решает.

Готов ли Воронин пойти на более значимые шаги – покажет время. Что касается самой России, то она заинтересована урегулировать конфликт за столом переговоров, дабы показать Западу, что развязка сербо-косовского узла была незаконной, поспешной и неоправданной. Тем самым Россия докажет мировому сообществу, что любой конфликт можно решить, опираясь на международно-признанные нормы, ни при каких обстоятельствах не нарушая их. Однако вопрос в данном случае заключается в другом: какой позиции будет придерживаться Москва в возобновившихся переговорах? Если Россия сможет убедить Молдову подписать «Договор о дружбе и сотрудничестве между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова», она действительно докажет, что путем переговоров можно разрешить территориальные проблемы. Если же не найдется иного пути примерения, кроме объединения двух государств, то это однозначно заведет переговорный процесс в тупик, так как руководство Приднестровья четко и бескомпромиссно заявило о том, что руководствоваться будет результатами референдума, на котором, практически весь приднестровский народ заявил о своем желании строить независимое государство.

Не стоит забывать, что в переговорном процессе участвуют ОБСЕ и Украина, а в качестве наблюдателей - США и ЕС, которые, по всей видимости, будут поддерживать позицию Кишинева. Так что переговоры обещают быть сложными. Впрочем, не стоит забегать вперед и делать поспешные прогнозы. Признание Западом Косово может сыграть важную роль в принятии тех или иных решений. Время покажет, какими они будут. Пока же ясно одно – встреча двух президентов поставила больше вопросов, нежели нашла ответов.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie