Хлебные крошки

Статьи

Фото: © Владимир Трефилов, РИА «Новости»
Великая геополитическая игра
Политика
Америка

Елена Колебакина-Усманова

Борис Межуев: «Взявшие Капитолий ждали, что Трамп введет военное положение. Другого смысла не было»

«Скорее всего, в Республиканской партии произойдет раскол, и в США установится долгое правление демократов», — считает американист Борис Межуев. В интервью «БИЗНЕС Online» он объясняет, почему Дональд Трамп слил протест своих сторонников и теперь ему грозит уголовное преследование, а также рассказывает о том, какой нож американский лидер сунул в спину побеждающему Байдену.

«Я НЕ ОЖИДАЛ, ЧТО ТРАМП БУДЕТ ТАК ДОЛГО СОПРОТИВЛЯТЬСЯ»

— Борис Вадимович, в новогодние праздники весь мир наблюдал за происходящим в США. Дональд Трамп окончательно проиграл на выборах президента, отчего же возникли беспорядки? Ведь в ноябре вы говорили в интервью «БИЗНЕС Online», что в случае проигрыша Трампа никаких протестов не будет.

— Их и не случилось при проигрыше Трампа. Массовый протест возник гораздо позже. Я говорил о том, что то, что произойдет 3 ноября, что в эти дни мы не увидим массового выступления сторонников Proud boys, белого супрематизма и прочего. Ничего такого не случилось. Сами выборы прошли спокойно. Но я не ожидал, что Трамп будет так долго сопротивляться. Видимо, он даже сам этого не предполагал. Заметьте, еще до голосования коллегии выборщиков 14 декабря Трамп сказал, что в случае победы Байдена в этот день он уйдет, что он не станет сопротивляться, если не сможет добиться в судах доказательства своей правоты, что согласится с решением коллегии выборщиков. Но вдруг что-то произошло. После 14 декабря он отказался действовать так, как сам предполагал. И тут началась какая-то работа каких-то сил, в том числе по мобилизации сторонников Трампа для последнего и окончательного боя. Пошли разговоры о том, что 6 января тоже представляет важную дату — дату сертификации результатов голосования в конгрессе, которую тоже следует использовать для победы над врагом. К 6 января стало понятно, что готовится нечто серьезное. Разумеется, никто не исходит из наивного предположения, что произошедшее имело стихийный характер. Выступление сторонников Трампа в Вашингтоне было организовано, людей подвозили на автобусах, кормили крекерами, ими руководили. Я не хочу сказать, что Трамп хотел нападения на здание конгресса, но у его разгоряченных сторонников могло сложиться такое впечатление.

Это был уже третий марш трампистов на Вашингтон — самый массовый и многочисленный. Трамп уже понял к 6 января, что способен вывести большое количество людей на улицы. Кто-то говорит, что собралось около миллиона сторонников. Это количество, по-моему, превосходило число участников украинского майдана. Теоретически трамписты могли взять город, преодолев сопротивление полиции, или хотя бы организовать примерно то, что сумели сделать сторонники анархистов в Сиэтле или хиппи в 1970-е годы — палаточный городок и очаг сопротивления полиции в центре столицы. Однако они ничего не совершили, кроме нападения на Капитолий.

Может быть, у Трампа были какие-то наивные планы, как воспользоваться протестом. Но едва ли он сейчас заинтересован в том, чтобы их раскрыть.

— У вас есть предположение, что изменилось в головах Трампа или его сторонников?

—  Тут можно гадать и делать разные предположения. Первое, что делает Трамп после выборов, — меняет министра обороны Марка Эспера на Кристофера Миллера. Он убирает потенциально нелояльного министра обороны, который не поддержал его летом 2020 года, на человека, на которого, как, видимо, ошибочно полагал Трамп, он бы мог рассчитывать в кризисной ситуации. Это было, конечно, важное событие. Все, кто наблюдал за действиями президента, обратили на него внимание и напряглись. Какое может быть объяснение? Первое состояло в том, что Трамп собирается начать военные действия за пределами страны. Кстати, нельзя исключать, что такие мысли у президента появлялись, потому что 6 января он отправляет самолеты-бомбардировщики B-52 в Иран. Правда, они, слава богу, там не бомбили, но совершили облет территории страны. Возникло ощущение, что, помимо событий внутри Америки, готовилась какая-то заварушка и вне ее.

Второй момент, который тоже важен. Многие полагали (и об этом писали в либеральной прессе), что в случае серьезных столкновений сторонников «Антифы» со сторонниками Трампа он сможет использовать закон о восстании и ввести военное положение, приостановив действие Конституции. В прошлый раз, когда были выступления сторонников BLM, это сделать не удалось, потому что не поддержала армия, точнее, руководство Пентагона. Трамп понял, что, если воспользуется Законом о восстании, армия не придет к нему на помощь, военные в лучшем случае останутся вне политики. Но сейчас он поменял министра обороны и, вероятно, полагал, что при массовых беспорядках в столице сможет положиться на вооруженные силы или отряды Нацгвардии. Если Трамп об этом и не думал на самом деле, он должен был понимать, что такого рода действий ждут от него и его приверженцы, и его противники.

Трамп упорно создавал впечатление, как плохой игрок в покер, что сможет вытянуть из рукава своего джокера. Даже до сегодняшнего дня представители американских либералов боятся чего-то подобного до 20 января. Те, кто прорвал цепи полицейской обороны Капитолия и захватил на пару часов здание американского Конгресса, видимо, тоже надеялись, что им на помощь придут отряды Нацгвардии, армии, полиции или какие-то другие силовые структуры, которые будут вызваны самим Трампом, чтобы вместе с представителями народного выступления оказать давление на республиканскую часть конгресса и председательствующего в сенате вице-президента, чтобы отложить утверждение результатов голосования выборщиков, назначить какую-нибудь комиссию для пересчета голосов в 5–6 штатах.

Но как только все подошло к финалу, выяснилось, что Трамп ничего подобного делать не собирается. В самый кульминационный момент он неожиданно выступил по телевизору, чтобы сказать: «Ребята, уходите назад, я ни к чему такому не призывал».

«ТРАМП РЕАЛЬНО НЕ СПОСОБЕН ПРОВЕСТИ АКЦИЮ, КОТОРУЮ СОБИРАЛСЯ РЕАЛИЗОВАТЬ»

— Чем это можно объяснить?

— Тут может быть только два объяснения. Первое, о котором все говорят, в том числе наши СМИ, что президент испугался, слился. Когда выступил Байден, Трамп понял, что против него будет возбуждено уголовное дело, его обвинят в государственной измене, поэтому он испугался идти до конца. Вторая версия, о которой тоже писали американские СМИ: Трампа не поддержали военные. Он попытался что-то сделать, чтобы довести дело до конца, но военные, в частности назначенный им министром обороны Кристофер Миллер, дали понять, что будут действовать по собственному сценарию. После этого он или министр армии Райан Маккарти добились введения в здание Капитолия отрядов Нацгвардии, после консультации (что характерно) только с вице-президентом. Последний дал команду использовать отряды Нацгвардии, он не имел на это права. Но министр обороны или министр армии позвонили только вице-президенту, демонстративно проигнорировав позицию своего начальника — главнокомандующего, президента США.

Из этого мы можем сделать вывод, что, возможно, планов не было. Я допускаю, что Трамп просто шантажировал своих врагов, намекая, что у него имелись какие-то планы. Но есть такая теория рефлексивного управления, она заключается в том, что необходимо учитывать не только собственные намерения и мысли, но и то, как твои действия отражаются в сознании других людей. Ты все время должен думать, как другие прочтут, как интерпретируют твои действия, ведь они же не знают твоих подлинных намерений. Я и другие наблюдатели, которые смотрели за происходящим, начиная с назначения Кристофера Миллера, приходили к логичному выводу (особенно после того, как Трамп пересмотрел свое обещание согласиться с коллегией выборщиков), что он ведет дело к объявлению военного положения. По сообщениям прессы, никем, кстати, не опровергнутым, генерал Майкл Флинн, снова сблизившийся с Трампом, советовал ему ввести военное положение. Из этого следует, что либо президент не учитывал, как его действия будут восприниматься противниками и сторонниками (и это большая политическая ошибка), либо слишком учитывал, и дело шло к такому, но в определенный момент позиция силовых структур оказалась не протрамповской. Так что либо-либо.

Что касается массовки, на которую сейчас обращают внимание, то было видно, что она ориентировалась на президента и собственного алгоритма действий у нее не было. С одной стороны, там большое количество людей, ведомых настроениями почти эсхатологического характера. Например, существует конспирологическая сеть QAnon. Наверное, это первый раз в истории, когда огромное движение, имеющее серьезные политические последствия, оказывается порождено теориями заговора в самом экстравагантном виде. Это уникальное явление, на которое надо обратить внимание всем политическим психологам, работающим с массовыми психозами. Некоторое время все смеялись по поводу QAnon. Члены данной сети утверждают, что Трамп является лидером борьбы с сатанинским подпольем, торгующим детьми в сексуальных целях, что все основные лидеры Демократической партии — члены сети педофилов, которая управляет Америкой, а Трамп их всех рано или поздно выведет на чистую воду, победит и отправит за решетку. Поговаривали, что даже Майк Пенс может выступить против президента, потому что тоже причастен к этой подпольной сети. Тут и таинственная смерть в тюрьме миллиардера Джеффри Эпштейна (был арестован в в 2019 году по обвинению в торговле несовершеннолетними и педофилии — прим. ред.) породила кучу конспирологических предположений.

Вывода может быть два. Либо Трамп — человек, который не понимает, что он делает, не осознает последствий своих действий. Либо он просто не контролирует силовые структуры, когда даже его третий министр обороны оказывается нелояльным ему и его планам. Трамп реально не способен провести акцию, которую собирался реализовать.

Но это одна сторона. Есть еще демократы. То, что делали демократы весь последний год, было чревато почти неизбежной катастрофой, поэтому удивляться случившемуся не приходится. Несмотря на всю конспирологию и политическое безумие трампистов, то, что делали сторонники либеральной Америки, производило чудовищное впечатление, в первую очередь я имею в виду провоцирование расовых беспорядков летом 2020 года. Демократы фактически благословили использование погромщиков BLM и «Антифа» против мирных обывателей, тем самым санкционировав ритуальное унижение значительной части Юга Америки вплоть до сброса памятников ее героям. В тот момент возникало впечатление, что белая Америка слилась, испугалась, ушла в подполье. Видимо, отчасти так и случилось.

Но, как это часто бывает, консервативный электорат, почувствовав поддержку президента и поняв, что в решительный момент тот придет на помощь, решил из такого подполья выйти. В то же время существенный момент — никаких элементов самоорганизации у тех людей не имелось. Не было стремления сделать палаточный городок, создать какой-то координационный совет, а ведь в Вашингтоне собрались около миллиона человек, с которыми оказалось бы нелегко справиться Национальной гвардии. Даже хиппи в 1970 году, после бомбардировок Камбоджи, с большей организованностью попытались бороться с президентом Никсоном. Они встали у монумента Линкольну в значительно меньшем числе, и главе государства пришлось выйти из Белого дома и вести с ними диалог. А тут вышел миллион человек, взявших Капитолий, затем пришла Нацгвардия, и этот миллион тут же рассеялся. Зачем же они приходили в здание Капитолия? Вероятно, они ждали, что Трамп введет военное положение. Никакого иного смысла в их действиях не было. Подобное свидетельствует о низком элементе самостоятельности этих людей.

«Я допускаю, что Трамп просто шантажировал своих врагов, намекая, что у него были какие-то планы»

«ОБЕ СТОРОНЫ ПРОДОЛЖАЮТ ВЕСТИ ДЕЛО К ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ»

— Осенью вы говорили, что сторонники Трампа запуганы. Получается, сейчас сам президент мотивировал их на смелость?

— Я не верю в тотальность фальсификаций, цифры поддержки Байдена во время карантина реально увеличились. Многие мирные обыватели почувствовали, что Трамп несет с собой опасность гражданской войны, и захотели проголосовать за более спокойное, тихое будущее, а не то, которое сулил им действующий президент США. Так и произошло. Нельзя отрицать того, что Байден реально выиграл эти выборы. Фальсификации с отправленными по почте бюллетенями наверняка присутствовали, но не надо преувеличивать их значение. Потому я остаюсь при прежнем мнении — люди были запуганы, устали от перспективы непрекращающейся гражданской войны.

Второй момент, который, на мой взгляд, еще более значим. Куда делись Proud boys в июне? Почему тогда никто не вышел на защиту памятников своим героям? Почему в то время на улицах властвовали сторонники BLM и «Антифы»? Я исходил из того, что, если Proud boys не появились на улицах в июне, они не сделают этого и в ноябре. Думаю, они бы не вышли и в январе, если бы не было ясного намека со стороны Трампа, что он их поддержит. Они этого и ждали. Вся философия QAnon строилась на том, что Трамп в решительный момент, как архангел Михаил, как Арагорн в известной саге Толкина, придет на помощь со своим огненным мечом и разгонит гнусную рать сторонников тайной сети глобалистов. Люди действительно ждали, что Трамп придет на помощь. Как только они поняли, что он не готов их поддержать по тем или иным причинам, они ушли. Может быть, глава государства оказался в плену, как некоторые наши коллеги пишут: «Трамп, моргни глазом, если ты в плену, под давлением». Видимо, они думают, что их любимый президент находится под домашним арестом или захвачен в плен. Потому, если бы Трамп не намекнул, что готов идти до конца, ничего бы не произошло. Да, люди были напуганы, но при этом вдруг поверили, что у их справедливой злобы, чувства обиды, возмущения тем, что происходило в 2020 году, появится внешний защитник — президент США. И вот он, смотрите, идет до последнего конца.

Если бы Трамп 14 декабря сообщил городу и миру, что признает результаты выборов, ничего бы не было. Но если уж он пошел в последний решительный бой, то произошло то, что произошло. В этом смысле доля правды у демократов есть: они обвиняют Трампа, что он спровоцировал данное выступление. Другое дело, что они могли бы посмотреть на собственное поведение летом 2020 года, когда они сами провоцировали протестные действия, причем гораздо более хулиганские, чем то, что изобразили правые.

Смотреть на все события надо объективно. Мне же не нравится в нашей протрамповской аналитике то, что она, как спортивный комментатор, на стороне своей любимой команды. Это не аналитика, а фанатские комментарии: «Мы всех победим, мы самые сильные», — хотя все понимают, что это самоуговаривание. Так что ответственность лежит на обеих сторонах, это очевидный факт: обе стороны продолжают вести дело к гражданской войне, надеясь, что традиции США последних 100 лет однозначно исключают ее возможность. Я думаю, что это призрачные надежды, потому что и та, и другая стороны ведут ситуацию к безумному обострению. Никто не может остановиться. Одна сторона, предположительно победившая, пытается мстить, и эта месть выглядит отвратительно. А другая все время исходит из каких-то фантастических предположений о собственной победе в условиях, когда все уже проиграно.

Что надо бы делать Трампу? Конечно, ему следовало уйти в отставку 14 декабря, и он стал бы самым популярным и уважаемым человеком в Республиканской партии. Она бы без него уже ничего не смогла совершить. Трампу стоило бы сразу готовить себе преемника на 2024 год. Не нужно идти самому, учитывая фактор возраста. Но приоритетным кандидатом в президенты и даже самим президентом в 2024 году стал бы выдвиженец Трампа.

— Так все равно же впереди еще четыре года.

— Сейчас это уже сложно сделать. Теперь Трампа обвинят во всех грехах, навесят на него кучу преступлений. Он наверняка законодательно окажется лишен возможности баллотироваться еще раз, а Республиканская партия начнет выбиваться из-под его влияния. До этого можно было бы говорить, что даже в 2022 году Трамп сумел бы на многое претендовать. Но теперь, после 14 декабря, я бы на это не ставил. Республиканец по какой-то причине или из-за давления каких-то сил, которые его поддерживают, самоубийственно делал ставку на 6 января, постоянно давая понять, что использует незапрещенные методы. Мы видим, чем все это закончилось и продолжает развиваться дальше.

— А если бы он ввел военное положение, на что надеялись штурмующие Капитолий?

— Он бы ввел военное положение, если бы у него были лояльные военные. Если бы они сказали, что выполнят любой приказ президента, то сложилась бы другая ситуация. Тогда, может, и не пришлось бы вводить военное положение. Просто все бы понимали, что с Трампом шутки плохи, так как армия в его руках. Никто бы ему не устраивал жутких акций BLM, никто бы не запугивал избирателей погромами, не прибегал бы к фальсификациям, которые все-таки, вероятно, были. Трамп мог бы тогда многое сделать, например использовать лояльный ему судейский корпус. Тогда бы иск Техаса о нарушении избирательных правил могли бы выдвинуть гораздо раньше, он оказался бы тогда принят Верховным судом, и голосование по почте уже на стадии избирательной кампании признали бы неконституционным. Получилось бы многое совершить еще до выборов, если бы Трамп понимал, что имеет поддержку и разведывательного, и военного сообществ. Разведывательное не было с самого начала лояльно ему, тут, видимо, требовалась серьезная чистка, но военные изначально были с ним. Трамп потерял их поддержку в течение первых двух лет своего правления, перессорившись со всеми генералами, которых сам призвал в администрацию. В итоге президент даже не смог найти лояльного ему министра обороны из всех генералов. Еще до 3 ноября глава государства публично критиковал Пентагон за чересчур раздутый военный бюджет. Он почти не скрывал, что готов заменить военных частными военными компаниями. А лично преданного ему генерала Флинна отправил в отставку спустя 24 дня после назначения по идиотскому обвинению. Если бы Трамп имел хоть какую-то мощную силовую группировку (а военная была наиболее подходящей), не ссорился бы с ней, не поддавался бы на разводки прессы, вбивавшей клин между ним и Мэттисом, то ничего бы вообще не случилось, Трамп бы спокойно выиграл выборы в ноябре 2020 года, и никто бы не пикнул. Все бы понимали: если что, Трамп призовет армию, и та наведет порядок.

Но уже в июне 2020-го стало ясно, что за Трампом нет лояльной армии, что он не может опереться на лояльные ему силы Нацгвардии, которые подчинялись также не ему, полиция была запугана и деморализована. Кстати, эта деморализация очень ясно проявилась в событиях 6 января, когда полиция не особенно сильно боролась с наступавшими: кто-то им сочувствовал, кто-то не понимал, как себя вести в условиях запугивания и террора летом 2020 года. В итоге оказалось, что за Трампом стоит только та огромная толпа людей, верящих, что он мессия. Конечно, это некоторая сила, но довольно сомнительная. Когда на защиту Верховного совета РФ в 1993 году пришли люди с фашистскими лозунгами и фашистской атрибутикой, стало ясно, что они окажутся фактором поражения. А тут СМИ выхватили из толпы людей, на майках которых было написано, что 6 миллионов евреев, уничтоженных в Холокосте, недостаточно для решения еврейского вопроса. Возможно, это провокаторы, но несложно убедиться независимому аналитику, что очень многие alt-right в Америке настроены антисемитски. Они, конечно, противники демократов, могли прийти на помощь Трампу, но только компрометировали его.

Я считаю, что коли ты проиграл противнику контроль над силовыми структурами еще два года назад, то лучше бы сделать ставку на будущее, на 2024 год, а не пытаться провоцировать столкновения в условиях собственной слабости, когда за тобой реально ничего нет. А если сейчас, не дай бог, в день инаугурации начнутся серьезные столкновения с использованием оружия, попытки захвата очередного здания парламента, то вся мощь американской Фемиды ударит именно по правым популистам по всем направлениям! Уже сейчас ясно, что мы имеем дело с чем-то бо́льшим, чем маккартизм. Реакция против трампизма уже превосходит маккартизм по своему размаху, поэтому будет запрет и на работу, и на политическое участие.

Я смотрю на это с той точки зрения, что здесь есть и огромная вина демократов, американского истеблишмента, которые поразительным образом не учитывали факт существования «другой Америки», которая по-прежнему верит в Трампа и видит в нем своего защитника. Они просто не считают нужным это принимать во внимание, относятся к ним так, как российские либералы — к большей части российского населения, считая, что они находятся в плену коммунистических симпатий, что эти люди — отстой, потому надо в лучшем случае заткнуть им рты, а в худшем — экономическими мерами сократить их численность.

С другой стороны, те люди, которые пытаются сопротивляться, выбрали абсолютно неадекватного лидера. Трамп не просто политически слабый, он неподготовленный для политики лидер, не адекватный для нее. В наших СМИ (даже больше, чем в американских) среди фанатов Трампа начинает появляться философия, что его неадекватность — это преимущество, что только такой человек, хулиган и хам, и может быть героем сопротивления. Подобное мне напоминает «ельцинобесие»: так называемые «демократы» тогда тоже говорили, что только такой человек, который много пьет и еле связывает слова в предложения, с его очень заметными недостатками, только он и способен одолеть коммунистическую гидру. Я замечаю, что часто утверждают одни и те же люди: тогда они так заявляли про Ельцина, а сейчас про Трампа. Такое стремление обнаружить в персональных недостатках политические достоинства, подобная философия в духе «Конька-Горбунка»: «Старший умный был детина, средний сын и так и сяк, младший вовсе был дурак». Последний, как мы помним, в итоге и оказывается победителем.

— Иван-дурак у нас всегда главный положительный герой.

— Да, раз дурак, то он и есть победитель и любимец фортуны. Это так по-русски. Любопытно, но такая русская черта сейчас приписывается американцам. Впрочем, может быть, наша национальная склонность к аномалии действительно передалась американцам.

Реально Трамп проиграл уже в первые два года, потеряв поддержку всех силовых структур. Да, он добился поддержки избирателей, его полюбила глубинная Америка, и он победил бы на выборах в 2020 году, если бы не коронавирус. Республиканский избиратель полюбил Трампа, но все-таки помимо этого есть совокупная позиция истеблишмента — самое главное, силового. Если ты хочешь бороться с deep state, то должен уметь бороться с глубинным государством. Трамп оказался не способен к этому. Уже к 2019 году стало ясно, что свою борьбу он проиграет. Ставку на него — личностную, эмоциональную и уж тем более политическую — делать было нельзя. Его следовало мягко убедить принять проигрыш и использовать свое политическое влияние для 2024 года. Это было сложно, но возможно: партия подчинялась ему, избиратель поддерживал его, все получилось бы переиграть заново. Но упрямое сопротивление за непонятно какие перспективы в условиях, когда ты сам не готов или не можешь идти до конца, — все это бессмысленно.

Так что я ни от каких своих прогнозов и констатаций не отказываюсь. Да, немного переоценил молчание глубинного американского народа летом этого года. Он просто ждал последнего часа, как рекомендовал QAnon, сообщая, что «Шторм надвигается» и близится последний бой, в который пойдут трамписты во главе с самим президентом против гнусной армии негодяев, которые торгуют детьми.

«Демократическая партия становится партией американского истеблишмента, и он постарается юридически закрепить свою победу» 

«СТОРОННИКИ БЕЛОЙ АМЕРИКИ ПОЧТИ УЖЕ НЕ СКРЫВАЮТ СВОЮ РАСОВУЮ ОЗАБОЧЕННОСТЬ»

— Насколько я знаю, вы допускаете раскол в Республиканской партии и то, что может появиться новая. Какой она будет?

— Мне кажется, возникнет новая партия. Белая идентичность, сторонники белой Америки почти уже не скрывают свою расовую озабоченность, уже не просто консервативную, а расовую. Они тоже чувствуют, что имеют право выступить со своими требованиями. Это люди, которые не пойдут за истеблишментом Республиканской партии. Наверняка они станут искать какого-то своего человека, которому смогут верить, и едва ли он окажется с распростертыми объятиями принят истеблишментом Республиканской партии, ее основными финансовыми спонсорами. Идеологией такой новой партии уже не будет либертарианская, теперь не удастся «продать» ее сторонникам белой идентичности как своего рода консерватизм light. Это едва ли окажется неоконсерватизм эпохи Буша-младшего или Уильяма Бакли – младшего. И не факт, что религиозная составляющая правого республиканизма, то есть идея борьбы против абортов, выдвинется на первый план. Будет очень ясно высказано, что белый человек в Америке должен иметь право защищать свои интересы. Возможно, к этому добавится яростное сопротивление разрушению патриархальной семьи, мужского начала в семье. Третий важный момент — из либертарианского пакета возьмут идею защиты частной собственности от закрытий, вызванных всякими эпидемиологическими мерами и так далее. Мой магазин, моя ферма, мой privacy должны быть защищены законом, и никакая федеральная или региональная бюрократия не может наложить на это руку.

Идея расово-этнической идентичности, идея государственного порядка и идея privacy окажутся поставлены во главу угла. Видимо, возникнет и профашистское движение, такая новая партия. Уже сейчас ясно, что не удастся ее маргинализировать, как когда-то партию прогресса, которую создал Теодор Рузвельт. Сейчас видно, что республиканский избиратель будет голосовать за данную партию либо ей надо давать место внутри республиканцев, что тоже сложно представить. Так что, скорее всего, произойдет раскол в Республиканской партии. Это приведет к тому, что установится долгое правление демократов. Две части республиканцев и третья партия станут долго соперничать между собой, пока одна не победит окончательно в американской системе. Я думаю, такое случится где-то после 12 лет демократического правления. Потому мне представляется, что следует ожидать длительного правления демократов в силу раскола Республиканской партии. Не удастся одной партии быстро победить другую и создать привлекательного кандидата.

— Есть версия, что Демократическая партия стремится установить монопольное государство. Вы с этим согласны?

— Я с этим отчасти готов согласиться. Демократическая становится партией американского истеблишмента, и он постарается юридически закрепить свою победу. Самое очевидное — увеличат количество штатов, статус штата окажется предоставлен округу Колумбия и, возможно, Пуэрто-Рико. Это приведет к тому, что появятся дополнительно четыре сенатора, скорее всего, они будут демократами, равно как и количество выборщиков от Демократической партии. В отмену коллегии выборщиков я не верю.

Еще очень важный момент: трехпартийная система могла бы быть устойчива в США, если бы в Америке имелось пропорциональное представительство. Тогда бы такая система работала, возникала бы третья партия, которая тоже получала бы голоса. Но в мажоритарной системе, как в Америке, такое невозможно представить, так как рано или поздно люди выбирают одну из двух партий. Поэтому я думаю, что демократы попытаются закрепить свое монопольное правление с помощью расширения количества штатов.

— Можно ли утверждать, что последние события разрушили политические и правовые институты в США?

— Это констатация очевидного. Нанесен сильный удар по американской демократии, безусловно, страна раскололась на две части. Демократия существует в условиях некого консенсуса, когда проигравший понимает, что он не теряет все, что проигрыш на выборах не означает, что он пойдет в тюрьму — наоборот, он будет занимать место в политической элите в качестве системной оппозиции. Но сейчас очевидно, что кто-то все-таки отправится в тюрьму. Поэтому какая тут возможна демократия? А если ее нет, то рушится все остальное: суды, разделение властей, право собственности — все те механизмы, предохраняющие Америку от авторитарного управления. Такое мы и видим. Консенсус очень важен, Америка долго на нем работала. Это не какая-то естественная вещь, а сложная работа по обнаружению общих пунктов, которые сближали Юг и Север. Они давно расколоты.

Поначалу была просто диктатура Республиканской партии. Демократы только дважды Гровера Кливленда провели. Потом, начиная с Вильсона, наоборот, установилось фактически монопольное правление Демократической партии. Эйзенхауэр, который пришел после Трумэна, скорее, являлся только по имени республиканцем. А потом мы видим, что произошло серьезное сближение двух партий, в какой-то момент стало очевидно, что нет большой разницы, кто победит — демократ или республиканец, скажем, Форд или Картер, результат окажется примерно одним и тем же.

А потом стала постепенно появляться некая новая сила в Америке — консервативное движение. Эта новая сила развивалась в первую очередь внутри Республиканской партии. Она позволила Югу, который в основном голосовал за Демократическую, перейти в стан республиканцев. Когда начались процессы форсированной десегрегации, то недовольные южане, которых призывали насильно любить чернокожее население, жить с ним в гармонии и единстве, стали голосовать за консерваторов, но не потому, что считали, что те отражают их убеждения, а потому, что чувствовали, что те защищают права штатов, борются против давления государства на экономику и местное самоуправление. Тогда возник консерватизм light, они сами называли себя новыми правыми. Это были люди, далекие от всяких расовых чувств, переживаний, но в силу элементов своей идеологии они оказались в состоянии отражать запросы расово озабоченного белого населения, религиозные запросы, связанные с сохранением традиционной семьи, защищать уклад, который позволяет белому человеку жить в белой среде. Когда я говорю о людях, исповедующих принципы «белой идентичности», я говорю не о сторонниках рабства, а о тех, кто желал жить в своем собственном мире, не смешиваться с чернокожим или латиноамериканским населением во что-то единое. Они не имели доступа в мейнстримную политику, но представлявшее в том числе и их интересы консервативное движение вполне вписывалось в двухпартийную систему.

Но постепенно равновесие разрушалось. Другая сторона хотела слишком быстрых изменений: она ратовала уже не просто за равноправие чернокожего населения и белой Америки, она призывала заплатить чернокожему населению за время расового угнетения преимуществами в плане работы, образования. Но и этого оказалось недостаточно — началась эпидемия покаяния, воодушевленные так называемой «новой этикой» протестанты стали сбрасывать статуи тех или иных неприятных им фигур американской истории, пролистывать на предмет выявления расистского криминала историю культуры и философии, предлагая вычеркнуть из нее Аристотеля, потому что он тоже что-то говорил про рабство и оправдывал его в Древней Греции. И тут это прорвало уже в другую сторону. Не будем преувеличивать силу данного прорыва, потому что пока еще он не вылился во что-то серьезное. Но такую часть Америки вы уже не купите ни на каких консерваторов light, подобная Америка уже захочет видеть своими представителями людей, которые будут говорить про белую Америку, про то, что белый человек имеет право на равное отношение с чернокожим, что он не обязан каяться за преступления, совершенные его далекими предками, что он не хочет относиться к чернокожим хулиганам как-то особенно сочувственно из-за того, что их предки оказались вывезены из Африки и находились в рабском состоянии. Он имеет право на защиту своего образа жизни, своего прихода и так далее. Я думаю, это прорвется, никуда не денется.

Конечно, было бы идеально, если бы подобное лидерство политики белой идентичности взяли на себя религиозные консерваторы, в первую очередь католические. Это люди, которые могли бы своим христианским пониманием и сознанием расовое чувство чуть-чуть облагородить. Если черная идентичность так ярко проявилась в 2020 году, то и белую никуда не денешь. Но все-таки расовая озабоченность в любой форме в самой себе несет языческие компоненты. Будет лучше, если такой протест возглавят люди христианского сознания, которые не дадут перевести данное движение в сторону фашизма, прямо языческого или квазихристианского толка в духе Ку-клукс-клана. Америке надлежит, скорее, одухотвориться европейскими христианскими идеями. Одного такого разумного консерватора в США я знаю — это Такер Карлсон, ведущий телеканала Fox News. Если такие люди смогут возглавить данное движение, это будет большой плюс. Конечно, наивно думать, что белого мужчину можно поставить на колени и заставить каяться. Естественно, люди не собираются отказываться от своих прав, ценностей, образа жизни. Но и фашизация такого течения тоже возможна.


«ЛУЧШЕ БЫ ТРАМПУ СЕЙЧАС УЙТИ С ПОЛИТИЧЕСКОЙ СЦЕНЫ И СМЕНИТЬ МЕСТО ЖИТЕЛЬСТВА»

— Что скажете насчет будущего Трампа? Много сейчас обсуждали и его досрочную отставку, хотя до инаугурации Байдена остается всего несколько дней.

— До 14 декабря я говорил, что будущее у него хорошее, не надо только идти в президенты в 2024 году. Но сейчас, мне кажется, ему вообще стоит уйти из политики. Политически он проиграл. Стремление Трампа и его сторонников доказать обратное, мне кажется, ни к чему хорошему не приведет. Это политически отыгранная фигура. Его желание оставаться на политической сцене приведет к плохим последствиям для него лично и для его сторонников.

— Вы верите в уголовное преследование Трампа?

—  Я считаю это почти неизбежным. Я бы на его месте подумал сейчас о смене места жительства, причем ему такое надо сделать, не дожидаясь 20 января. Конечно, уголовное преследование возникнет. Как его может не быть? Возможно, Трамп отобьется с помощью адвокатов, попытается доказать, что не то имел в виду, что произошла ошибка интерпретации его слов митингующими. Он способен, используя свои деньги и влияние, отбиться от обвинения в подстрекательстве к мятежу. Наверняка возникнет сенатская комиссия по расследованию событий 6 января. Трампу придется отвечать перед данной комиссией под присягой. Если он солжет, то совершит уголовное преступление. Наверняка ему предъявят соответствующие статьи обвинения, наверное, состоится суд. Скорее всего, судебное дело закончится для Трампа печально.

Так что уголовное дело будет в любом случае. Лучше бы Трампу сейчас уйти с политической сцены и сменить, как я уже сказал, место жительства. Понятно, на какую страну.

— Израиль?

— Естественно. Данная страна сохранит ему возможности для хорошей жизни, так как он многое для нее сделал. Видимо, это та страна, которая даст ему шанс дожить безбедно. Но это не означает, что удастся избежать обвинений, которые коснутся многих людей. Даже не надо к гадалке ходить. Уже сейчас, с точки зрения того дела, за которое Трамп боролся, надо поскорее уйти с политической сцены и заняться защитой себя и семьи. Политического будущего у него нет, а если он попытается его все-таки обеспечить, это приведет только к негативным последствиям. Бывают такие люди в истории, которые совершают правильное дело, стоят во многом на правильных позициях, но при этом оказываются лично настолько неадекватными, что тем самым компрометируют свое дело. Это как раз тот самый случай.

К сожалению, часто у таких людей оказывается много глупых сторонников, которые поют им осанны, гимны, говорят, что он великий, неповторимый вместо того, чтобы указывать на его ошибки. Такие персонажи были и в нашей истории. Трамп тоже такой человек. Разговоры о том, какой он хороший, поскольку он такой плохой, как в русских народных сказках, не надо выдавать за серьезный политический анализ.

— Может, Трампу тогда в Россию стоит переехать, раз у нас он такой герой?

— Я бы ему не советовал переезжать в Россию, потому что это сразу даст повод говорить, что он русский агент.

— Пелоси и так уже заявила, что он «служанка Путина».

— Это ничего хорошего не даст ни ему, ни его делу. В то же время никто не говорит, что он агент Израиля, просто неприлично такое заявлять, это табуированная тема. Никто не станет обвинять Трампа за то, что он многое сделал для Израиля, наоборот, это будет восприниматься как его большое достижение, в том числе некоторыми его противниками.

«НАСТУПАЕТ ДОЛГОЕ ПРАВЛЕНИЕ ДЕМОКРАТОВ, ПОБЕДА ТОГО, ЧТО У НАС НАЗЫВАЕТСЯ ГЛОБАЛИЗМОМ»

— Получается, трампистов совсем не останется?

— Давайте разделять слово «трампизм» на две части. С одной стороны, есть объективный набор позиций, за которые Трамп выступал, и это останется. С другой — существует культ одной личности, который является фактором национального сумасшествия, даже уже почти международного. Если первое явление важное и должно остаться, то второе, будем надеяться, отойдет в прошлое. Но, к сожалению, сохранится еще долгое время и первое, и второе. Чем быстрее первое отделится от второго, трампизм как идеология от трампизма как квазирелигиозного культа, тем лучше.

— Но разве не продолжают политизировать фигуру Трампа те же действия его противников по закрытию его аккаунтов в «Твиттере»?

— Да, но закрыли и генерала Флинна, и Стива Бэннона.

— Так ведь уже говорят, что из-за этого перестала действовать первая поправка к Конституции в части свободы слова.

— Трудно сказать, надо разбираться, можно ли назвать закрытие частного аккаунта в частной компании нарушением первой поправки к Конституции. Это сложный вопрос по отношению к тому, как мы оцениваем соцсети: как СМИ или как предприятие сферы услуг. Но мы видим, что и откровенно предприятия сферы обслуживания начинают дискриминировать своих клиентов по принципу правильного или неправильного мировоззрения. Но ничего хорошего в подобном нет. Естественно, это проявление наступающего царства однопартийной диктатуры.

— То есть Демократическая партия устанавливает недемократический режим.

— Конечно. Кстати, и в период второго Рузвельта это был слабодемократический режим. Это был однопартийный режим с сильным подавлением свободы слова. Другое дело, что тогда шла война, и все объяснялось интересами победы в ней. Но подобное слабо вязалось с демократией в классическом смысле. Сейчас то же самое, только в худшей форме. Да, наступает долгое правление демократов, победа того, что у нас называется глобализмом. Я бы не назвал это глобализмом, скорее, перед нами неоатлантизм. Это не глобализм в клинтоновском смысле слова, но диктатура некоторого цивилизационного блока, который пытается подавить сопротивление себе на национальном уровне. Атлантика мыслит себя как целостное единство, как демократическая цивилизация, которая станет пытаться уничтожить национальный бунт. Это будет такая форма диктатуры.

Другое дело, что я не думаю, что они откажутся от элементов демократии, все равно останутся выборы, люди сохранят избирательные права. Это будет напоминать больше всего (только с другим знаком) Россию после 1993 года: какие-то партии запрещены, какие-то газеты закрыты, кто-то в тюрьме. Тем более, я думаю, на какой-то момент демократическая диктатура избавит себя от внутренних оппонентов, потому что они окажутся маргинализованы и расколоты, несмотря на то, что все сейчас боятся, что они возьмутся за оружие и начнутся перестрелки. Я еще раз говорю, эти люди сами без Трампа ничего не могут сделать, они сумели мобилизоваться, потому что президент их позвал. Без него они абсолютно беспомощны. Ждать, что сейчас такие люди создадут отряды самообороны, которые будут претендовать на захват власти хотя бы в собственных городах и штатах, несерьезно.

«У меня чувство, что Байден лично будет не способен вдохнуть новую жизнь в идею американской исключительность»

«СМЫСЛ ПРИХОДА БАЙДЕНА — ДОКАЗАТЬ, ЧТО АМЕРИКА — ЭТО ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЙ ЛИДЕР»

— Какой вы видите Америку в ближайшие четыре года? Усмирит ли Байден эту толпу сторонников Трампа?

— Думаю, толпу сторонников Трампа он усмирит. Но он получит депрессивную Америку. Я ждал от победы Байдена, что он вдохнет какую-то силу в страну как центр глобальной атлантистской цивилизации, что это будет подъем международных организаций, вступление Штатов в соглашение по климату, что это станет расцветом неоглобализма в духе Обамы. Но, кажется, этого не произойдет. У меня чувство, что Байден лично окажется не способен вдохнуть новую жизнь в идею американской исключительности. Это будет отступающая цивилизация. Я объясню, почему так думаю. В чем заключалась внешнеполитическая задача Байдена? Создание атлантического, трансатлантического единства. Это означало бы отрыв стран Европы от Китая в условиях, когда он технологически переиграл США, сделать так, чтобы Франция и Германия, как и Великобритания, отказались бы от китайского 5G, от участия в проектах Huawei, отказались покупать китайское оборудование по заведомо заниженным ценам и все-таки обратились к американскому хай-теку, сделать все, чтобы Китай воспринимался как враг, идеологический соперник. В этом состояла задача Байдена. Я не представляю, что в нынешней ситуации Америка способна кого-то в этом убедить, сейчас доказать, что по-прежнему является сияющим градом на холме, приобщение к которому имеет какое-то мистическое значение. Как цивилизационный лидер США выглядят сейчас сомнительно. А в этом был смысл прихода Байдена — доказать, что Америка — это цивилизационный лидер, а не просто национальное государство, которое должно действовать в собственных эгоистических интересах (это как раз и есть трампизм). А цивилизационное лидерство — взятие на вооружение идей демократии, прав человека, новой этики, феминизма, экологического сознания. Но мне трудно себе представить, что теперь подобное возможно. В конечном итоге разочарование в Байдене окажется очень сильным. Трампу удалось всунуть нож в спину побеждающего противника. Он не обеспечил себе политическое будущее, но победителю подгадил.

— Риск гражданской войны все еще сохраняется?

— В риск гражданской войны я не верю. Полноценная гражданская война невозможна, только какие-то отдельные протестные выступления, стычки, террористические акты. Это действительно уже внутренний терроризм без дураков. Может быть некая стрельба от отчаяния, партизанские акции людей, которые чувствуют, что их уничтожают — это возможно. Все это внесет элементы депрессивности в американские жизнь, культуру, самосознание. Но полноценная гражданская война, когда штат выступил бы против другого, — вряд ли. Однако будущее Америки после таких событий, если честно, мне кажется мрачным.

С другой стороны, я верю, что западная цивилизация все-таки сохранит лидерство. Но как, с помощью кого и чего? С помощью каких стран и идей? Это сложный вопрос. Я думаю, лидерство будет. Я бы сейчас присмотрелся к роли Великобритании. Может, она попытается теперь вернуть себе какие-то функции лидера, возможно, внутри Германии возникнут новые идеи и силы, которые, в отличие от Ангелы Меркель, станут все-таки мечтать об особой германской миссии. Возможно, во Франции начнут появляться такие фигуры. Но Америка, конечно, должна зализывать раны. То, что произошло, так просто не излечишь. К сожалению, там побеждает идея мести. А это самая бесперспективная из всех — мстить большинству. Я бы на месте Байдена сейчас помиловал Трампа, отказался бы от уголовного преследования, не обвинял бы его во внутреннем терроризме, а отнесся бы с некоторым сожалением к произошедшему, попытался бы сыграть роль президента Форда после Уотергейтского скандала, который помиловал Никсона и обеспечил единство Америки после трагичного для нее события. Но риторика Байдена, Пелоси и всей этой компании не оставляет надежды на то, что там такая мудрая позиция может победить. Пока лидирует идея мести, реванша, отношения к противникам как к врагам народа и сокрытие собственной ответственности за происходящее. Я бы даже сказал, что демократы больше ответственны за произошедшее, хотя и с Трампа я бы тоже ответственности не снимал.

БИЗНЕС Online

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie