Хлебные крошки

Статьи

Кавказ
Политика

Выбор небогат

Внутриполитический кризис в Грузии

Внутриполитический кризис в Грузии вступил в острую стадию после того, как группа сотрудников госбезопасности ворвалась в офис независимой телекомпании "Рустави-2", чтобы изъять там финансовую документацию в ходе расследования по обвинению в неуплате налогов. В центре Тбилиси начались акции протеста, в которых участвовали несколько тысяч человек, требовавших защитить свободу слова и отправить в отставку правительство и президента. 31 октября 2001 г. в отставку подал министр госбезопасности Вахтанг Кутателадзе, за которым последовали министр внутренних дел Каха Таргамадзе, председатель парламента Зураб Жвания, а затем все правительство в полном составе.

Осенью 2001 г. президент Грузии Эдуард Шеварднадзе должен был решать одновременно множество проблем: шли согласования кандидатур на посты министров и спикера парламента. Важность новых назначений очевидна в той же мере, что и вопрос сохранения российского влияния во всем кавказском регионе. Каковы варианты дальнейшего развития ситуации в Грузии?

"Подтвердились все предварительные прогнозы, говорившие о том, что ситуация может выйти из-под контроля", – заметил в интервью "Союзной газете" заместитель председателя комитета Госдумы по делам соотечественников и связям с СНГ Анатолий Чехоев, отвечающий в нем за кавказское направление. По его мнению, главной причиной народных волнений и правительственных отставок является низкий уровень жизни подавляющего большинства жителей Грузии, "запредельная коррупция в высших эшелонах власти и полная потеря авторитета Эдуардом Шеварднадзе".

Это мнение разделяет и посол России в Грузии в 1996-2000 гг., ныне заведующий отделом Кавказа в Институте стран СНГ Феликс Станевский. Как заметил он "Союзной газете", повод для выступлений мог быть любым, сводить же происходящее к ситуации вокруг телеканала – просто наивно. Дело в "крайней социальной напряженности, глубочайшем социально-экономическом кризисе в Грузии", приведшем к тому, что "недоверие грузин существующей власти достигло критического предела". Становление государственности, полагает бывший посол, вообще достаточно сложный процесс, однако когда во главе его встают люди, исповедующие и пытающиеся реализовать абсолютно нереалистичные идеи, кризис власти неизбежен.

Заметим также, что одной из движущих сил тбилисских манифестантов, несомненно, было чувство национального унижения, пережитого после бесславного окончания очередной авантюры в Абхазии.

Сценарий проведения в Грузии досрочных парламентских выборов, полагает Феликс Станевский, весьма вероятен. Наибольшего успеха на них, скорее всего, добьется бывший министр юстиции, ныне депутат грузинского парламента Михаил Саакашвили, бывший до недавнего времени одним из ключевых фигур пропрезидентского "Союза граждан Грузии". Вообще же, уверен Ф.Станевский, "ясно, что в Грузии начался постшеварднадзевский период". Однако говорить о досрочной отставке президента он считает преждевременным, хотя и не исключает такую возможность.

Как полагает Анатолий Чехоев, место спикера парламента, весьма вероятно, займет бывший посол Грузии в России, бывший госминистр Важа Лордкипанидзе, недавно с триумфальным счетом победивший соперников в борьбе за депутатский мандат. Возможно, считает А.Чехоев, президенту придется поделиться частью полномочий с правительством, однако в любом случае "режим Шеварднадзе обречен, и все это будут лишь конвульсии и агония". Однако глава грузинского государства "никогда добровольно не уйдет в отставку, он будет бороться до последнего, с легкостью сдавая ближайших сподвижников ради сохранения личной власти".

Кто же, однако, может сменить Эдуарда Шеварднадзе, и какое влияние окажет это изменение в высших эшелонах власти Грузии на развитие российско-грузинских отношений? Желающих занять президентский пост в Грузии, как и везде, немало. Загвоздка лишь в том, что реальных кандидатур там еще меньше, чем в России, а внутриполитическая ситуация, пожалуй, посложнее. Все более-менее значимые фигуры на политическом поле наперечет, поэтому в большинстве прогнозов и упоминаются одни и те же фамилии в одних и тех же раскладках.

"Россия заинтересована в том, чтобы у власти в Грузии был пророссийский президент, и это нормально", – считает Анатолий Чехоев. "Однако при всем своем уважении к аджарскому лидеру Аслану Абашидзе должен сказать, что сейчас Грузия, скорее всего, не воспримет в качестве национального лидера ни аджарца, ни мингрела", – заметил депутат. По его мнению, реальными пророссийскими кандидатурами на пост президента являются уже упоминавшийся Важа Лордкипанидзе и глава грузинских коммунистов Джумбер Патиашвили. В паре с кем-нибудь из них может выступить Игорь Георгадзе, бывший глава госбезопасности Грузии, скрывающийся в России от обвинений в организации покушения на Шеварднадзе.

Феликс Станевский оценивает ситуацию несколько по-иному. "Я пессимист в отношении того, что в высшем руководстве Грузии может оказаться фигура, которая поведет страну к сближению с Россией", – отметил он. Дело в том, что главным принципом грузинской политической элиты является дистанцирование от России. Декларируемое сближение с Западом понимается местными политиками исключительно как "независимость от Москвы". "С этой философией грузинского национализма, одним из выразителей которой является Эдуард Шеварднадзе, очень трудно что бы то ни было поделать", – подчеркнул бывший посол, – "Конечно, в стране есть политические деятели, понимающие опасность отхода Грузии от России. Весь вопрос в том, сумеет ли кто-то из них, оказавшись во главе государства, преодолеть инерцию национализма". "Для России не принципиально, кто окажется во главе Грузии, – считает Феликс Станевский, – но я с трудом верю в то, что это будет последовательный и верный сторонник дружбы с Россией".

К сожалению, этот не слишком благоприятный для России прогноз выглядит весьма вероятным. Прежде всего потому, что практически все "пророссийские кандидаты" являются таковыми лишь отчасти и в той мере, в которой Москва готова в это поверить.

В самом деле, на каком основании бывший посол Грузии в России, "на пять с плюсом" отстаивавший в Москве интересы своего государства и затем в течение нескольких лет не без оснований считавшийся "правой рукой" г-на Шеварднадзе может рассматриваться как пророссийская фигура? Разве что принять во внимание хорошие отношения, проще говоря, личные связи, сложившиеся у Важи Лордкипанидзе с многими представителями российской элиты в бытность его послом в РФ. Действительно, эти "мир и дружба", основанные на воспоминаниях о приятно проведенном некогда времени, нередко становятся в России главной причиной для принятия тех или иных решений (взять хотя бы эпопею вокруг урегулирования приднестровского конфликта, где общее комсомольско-партийное прошлое Селезнева, Пастухова, Примакова и бывшего президента Молдавии Лучинского значили гораздо больше, чем реальные интересы страны в регионе).

Другой вариант устроил бы Россию значительно больше. Глава Аджарской автономной республики Аслан Абашидзе, как принято считать, стоит на пророссийских позициях, хотя и не заявляет об этом впрямую, поскольку не намерен создавать себе лишних проблем с Тбилиси. Однако он действительно выступает против вывода из Батуми российской военной базы и за стратегическое партнерство Грузии с Россией, ожидает российских инвестиций в аджарскую экономику.

Г-н Абашидзе, баллотировавшийся в президенты Грузии в прошлом году, снял свою кандидатуру за несколько дней до выборов. В качестве официальных мотивов назывались отсутствие реакции мирового сообщества на фальсификацию результатов прошедших годом раньше парламентских выборов, а также реальные угрозы провокаций и терактов против Аслана Абашидзе, затрудняющие его агитационные поездки по стране. Кстати, на парламентских выборах блок аджарского лидера "Возрождение" занял второе место после президентского "Союза граждан Грузии", создав вторую по численности фракцию в парламенте.

Однако аналитики лишились возможности оценить реальные шансы г-на Абашидзе занять президентский пост. Косвенно о них могут свидетельствовать результаты летнего опроса, проведенного независимой социологической службой "Гори". По этим данным, за аджарского лидера готовы отдать свои голоса 8,5% опрошенных, тогда как за Эдуарда Шеварднадзе – 9,2%, Михаила Саакашвили – 10%, а бывшего первого секретаря ЦК КП Грузии Джумбера Патиашвили – 15,4%. Бывший спикер парламента Зураб Жвания кажется достойным претендентом лишь одному проценту респондентов. Но полтора года назад, когда экономический кризис в стране был нисколько не меньше, за действующего президента проголосовали почти 80% жителей Грузии, тогда как Дж.Патиашвили получил около 17%. А согласно результатам обнародованного на днях исследования, проведенного фондом общественных связей "ННГ Консалтинг" и порталом "ГазетаСНГ.ру", А.Абашидзе занимает второе место в рейтинге наиболее влиятельных политиков Закавказья, уступая только президенту Азербайджана Гейдару Алиеву (Шеварднадзе стоит в нем на 5-м, а Жвания – на 8-м месте).

Аслан Абашидзе высказывал намерение вновь выставить свою кандидатуру на пост президента, однако рассчитывал, что следующие выборы пройдут, как и положено, только через четыре года. Как говорил глава Аджарии, ему хочется положить конец творящейся в стране вакханалии. Однако рискнет ли "осторожный и мудрый" политик (в такой оценке Абашидзе едины, пожалуй, все аналитики) участвовать в досрочной кампании, если она будет объявлена? Впрочем, последнее назначение аджарского лидера на пост спецпредставителя президента по урегулированию в Абхазии свидетельствует, скорее всего, о том, что Шеварднадзе всерьез озаботился поиском преемника. Однако по сведениям из источников в Батуми, Абашидзе играет в свою игру и не пойдет на поводу у грузинского президента. Во всяком случае, занимать пост премьера, о чем сейчас много говорят, он точно не намерен.

Создается впечатление, что для грузинской политической элиты в действительности просто не существует вопроса об углублении какой бы то ни было интеграции с Россией. И если вопрос о возможном выходе из СНГ побуждает местных политиков пускаться в подробные комментарии о вероятности и последствиях такого шага, то предположение о вхождении Грузии в Союз России и Белоруссии, скажем, в качестве наблюдателя (этот статус имеют сейчас Армения и Молдавия) повисает в воздухе: на эту тему здесь не думают, она не интересна, такой шаг невероятен.

Не стоит забывать, что и в наиболее пророссийски настроенной части Грузии – Аджарии – речь идет исключительно о "стратегическом партнерстве с Россией независимой Грузии". А об ассоциированном вхождении в состав России просит одна только Абхазия, для которой в нынешней ситуации это единственный выход. Остальные грузинские регионы такой подход абсолютно не разделяют и сепаратистскую Абхазию за ее поведение осуждают. Другое дело, что после ухода Эдуарда Шеварднадзе абхазский вопрос может быть окончательно решен в рамках сохранения территориальной целостности грузинского государства. При нынешнем президенте этот сценарий невозможен.

Для Грузии крайне актуален вопрос легитимности верховной власти. Гражданскую войну, прокатившуюся по стране десять лет назад и продолжившуюся кровавым конфликтом в Абхазии, вспоминают здесь с болью и содроганием. Поэтому рассматривавшийся, как сообщали о том некоторые СМИ, вариант организации Россией "управляемого конфликта" на территории Грузии с последующей сменой власти в Тбилиси (в качестве возможных преемников Шеварднадзе назывались, в частности, имена Игоря Георгадзе и вице-спикера парламента Вахтанга Рчеулишвили) был изначально нереализуем не только потому, что у Москвы просто нет сейчас финансовых, технических и людских ресурсов, необходимых для реализации этого плана. Проблема легитимности новой власти на долгое время затмила бы все остальные, что в результате привело бы к еще большей дестабилизации внутренней ситуации в Грузии и создало бы России немало лишних сложностей.

Потому Москва продолжает напряженно наблюдать за очередными "внутренними делами" Грузии, не оказывая явной поддержки ни одной из соперничающих сторон. Очевидно одно: трудно переоценить вклад, внесенный в создание и поддержание внутренней нестабильности в стране ее нынешним президентом, Эдуардом Шеварднадзе. Все остальные варианты - не хуже. И хоть выбор небогат, но он имеется. Остается дождаться досрочных президентских выборов.

Беседовала Яна Амелина

Мнение
Абашидзе - хороший выбор

"Если бы Президентом Грузии стал глава Аджарской автономной республики Аслан Абашидзе, в российско-грузинских отношениях многое бы изменилось в лучшую сторону", – заявил в интервью корреспонденту ИА "Росбалт" депутат Государственной думы Виктор Алкснис. "Впрочем, – подчеркнул он, – решать вопрос о том, кому у них быть Президентом, должны сами грузины".

По словам В.Алксниса, Аджария проводит собственную, более перспективную, политику, кардинально отличающуюся от курса официального Тбилиси. В этой грузинской автономии очень сильны пророссийские настроения, ее руководство заинтересовано в сохранении в регионе российского, в том числе военного, присутствия, а А.Абашидзе – "очень мудрый политик". "В Аджарии помнят, что республика сумела избежать трагедии гражданской войны в Грузии только благодаря российским войскам, – отметил депутат, – поэтому нигде больше на территории бывшего Советского Союза нет такого благожелательного отношения к российским военным, как в этой автономии". "Грузии все равно придется учитывать интересы России, от которой она очень сильно зависит экономически, и жить с нами в мире согласии", – полагает Виктор Алкснис.

Статьи по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie