Хлебные крошки

Комментарии экспертов

Великая геополитическая игра
Политика
Россия

Александр Гущин

19 августа 1991 года было окончательно угроблено советское государство

19 августа 1991 года было окончательно угроблено советское государство. Именно так, не в декабре 91-го, а в августе - это был последний гвоздь, последний акт пьесы, продолжавшейся много лет и начавшейся задолго до перестройки.

Конечно, можно сколько угодно говорить о заговоре против Горбачева вместе (тайно) с Ельциным или наоборот вместе с Горбачёвым, который все знал. Это все интересно, но не настолько важно. В конечном счете среди путчистов не нашлось харизматичных лидеров, они не были поддержаны качественно в информационном плане, они проиграли, потому что не могли выиграть.

Путч - это интересная, символичная, но не поворотная точка нашей истории. Потому что эффективно реформировать Союз, что само по себе было гигантской задачей (гораздо более сложной, чем транзит в Испании или даже реформы в Китае), если и можно было, то ранее - этот шанс был окончательно упущен в 1987-89 гг.

И дело тут не в одном Горбачеве, роль которого любят преувеличивать, а в неспособности всего советского правящего и, кстати говоря, интеллектуального класса, обслуживающего правящий режим, пойти по пути сбережения и модернизации, пусть даже авторитарной. Конечно, этот путь предполагал бы и применение системной силы, для подавления в том числе национальных сепаратизмов, но и сегодня при всех разговорах о бескровности и безъядерности распада, никто не может убедить нас в том, что в случае такой авторитарной модернизации, с крайне ограниченным и медленным реформированием политической системы, мы бы больше потеряли, чем приобрели.

Смотря на современные общества постсоветских государств, почти везде мы видим социальную деградацию. Да, это слишком общим мазком, но по большому счету это так. Поэтому сохранение Союза, которое многие считают утопией, приводя свои аргументы, (тоже заслуживающие внимания и анализа), или по крайней мере его ядра, было бы с высоты пройденных 30 лет очень желательным.

Другое дело, что для такого пути, помимо решимости, нужны были колоссальный потенциал прогноза, четкое понимание того, к чему мы идем, политическая воля. Этого не было, что может быть важным аргументом в пользу того, что Союз с трудом мог быть реформируем. Ведь бюрократия и интеллектуальный класс в центре и республиках решили, что нужно идти по более простому пути, а консервативные силы при этом скорее поражали своей косностью. В итоге страна, полностью защищённая в военном плане, разрушалась, а элита не способна оказалась ее сохранить.

Конечно, внешний фактор тоже, хотя и второстепенно, присутствовал, потому что уступки на внешней арене ложились на подготовленную советской пропагандой почву ложного пацифизма, а главное на почву образа высокого качества жизни на Западе, когда в силу конвергенции и роста информационных технологий и потоков оказалось возможным сравнивать.

ГКЧП же вызывает скорее жалость и сожаление. Он и опоздал, будучи не в состоянии противостоять желанию общества и бюрократии жить «как на Западе» (причем это желание в реальности было больше о благах, чем о демократии), и катастрофически интеллектуально и в волевом плане не дотягивал до взятой на себя роли, которую функционеры не могли потянуть.

Александр Гущин

Комментарии по теме

Партнеры

Продолжая просматривать этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie